Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Sport24.ru

Доводил до бешенства Тарасова, мухлевал на глазах у всех, подкупал судей? Истории об Эпштейне

«В организационных вопросах Николаю Семенычу равных не было». Николая Эпштейна, вне всяких сомнений, можно назвать легендой советского хоккея. В 1953 году начинающий тренер приехал в Воскресенск. Его задачей было создание хоккейной команды мастеров на базе местного химического комбината. Получается, что Николай Семенович стоял у истоков основания легендарного «Химика». Благодаря энтузиазму еще совсем молодого по тренерским меркам Эпштейна в городе в кратчайшие сроки появилась и открытая ледовая арена с искусственным льдом, и своя команда мастеров. «Эпштейн был интересным человеком. Ребята идут, печенье бросят — а он следом: «Зажрались, мать их!» Поднимет, отряхнет — съест. К нему игрок подходит, пропил всю зарплату: «Николай Семеныч, ограбили». Тот будто верит: «Ну смотри мне! В последний раз!». Достает деньги из кармана, отсчитывает. Он с авоськой ходил, полной купюр. По 200 тысяч в авоське носил — уму непостижимо. Когда братья Рагулины подросли, по ночам на простынях девок к себе в н

«В организационных вопросах Николаю Семенычу равных не было».

Николая Эпштейна, вне всяких сомнений, можно назвать легендой советского хоккея. В 1953 году начинающий тренер приехал в Воскресенск. Его задачей было создание хоккейной команды мастеров на базе местного химического комбината. Получается, что Николай Семенович стоял у истоков основания легендарного «Химика». Благодаря энтузиазму еще совсем молодого по тренерским меркам Эпштейна в городе в кратчайшие сроки появилась и открытая ледовая арена с искусственным льдом, и своя команда мастеров.

«Эпштейн был интересным человеком. Ребята идут, печенье бросят — а он следом: «Зажрались, мать их!» Поднимет, отряхнет — съест. К нему игрок подходит, пропил всю зарплату: «Николай Семеныч, ограбили». Тот будто верит: «Ну смотри мне! В последний раз!». Достает деньги из кармана, отсчитывает. Он с авоськой ходил, полной купюр. По 200 тысяч в авоське носил — уму непостижимо. Когда братья Рагулины подросли, по ночам на простынях девок к себе в номера поднимали. На второй-третий этаж. Совсем неуправляемые стали. Вот только Эпштейн об этом узнавал позже всех», — вспоминал бывший тренер московского «Спартака» Николай Карпов в интервью.

Николаю Семеновичу повезло — в Воскресенске всегда хватало хоккейных талантов, которые впоследствии вырастали в настоящих звезд Советского Союза. Это обстоятельство и помогало «Химику» выживать из года в год, несмотря на незавидное финансовое положение. Если ведущие клубы страны в лице ЦСКА, «Спартака» и московского «Динамо» могли позволить себе приглашать игроков со стороны, то воскресенцы чаще всего были вынуждены обходиться собственными воспитанниками. Это накладывало свой отпечаток и на стиль игры команды. Анатолий Тарасов рассказывал, что ненавидел играть против «Химика» под руководством Эпштейна. Известно, что Анатолий Владимирович был ярым противником оборонительной игры и признавал только атакующий стиль. А Николай Семенович в матчах против грандов выстраивал такие «заборы», что даже лучшие хоккеисты Советского Союза были не в силах его взломать! Но только такая тактика помогала главному тренеру воскресенцев побеждать в условиях ограниченных ресурсов. Как итог — в 1965 и 1970 годах «Химик» становился бронзовым призером чемпионата СССР.

В Голливуде до такого додуматься не смогли

Эпштейн добивался положительного результата не только с помощью тактики. Известно, что у него были свои тренерские секреты, которые оказывали непосредственное влияние на ход игры. Некоторые из них раскрыл вышеупомянутый Николай Карпов:

«В организационных вопросах Николаю Семенычу равных не было. Он даже комнату специальную оборудовал на арене — чтоб судьи отдыхали, расслаблялись. Девиц им подвозил. Никто не удивлялся, что после этого судьи разве что сами за «Химик» не забивали. Семеныч и с табло мудрил. Помню, в счете ведем, остаются две минуты. Говорю своим: построже, мол. Проходит полторы, две, гляжу на табло — а там все те же две минуты! Как раскусили? В Воскресенске знакомые рассказали: «Коля, деревянному дворцу надо было памятник ставить. Мы время гоняли — то туда, то сюда».