- Глафира! Глаша!
- Папенька, звали? А я что - то задумалась совсем...
- Звал, звал, душа моя. О чём задумалась?
- Да так. Подумалось вот - как же чуднО в жизни бывает. Родится человек и живёт себе, ничего не ожидая такого. А жизнь ему сюрпризов всяких наготовила, что он и подумать не мог...
- Да. Твоя правда! А потом оглянешься на дорогу свою и поверить не можешь, что сам своими ногами через все ухабы да овраги пробирался. Хотя, что попусту Бога гневить - и поляны ягодные на солнышке тоже ведь бывают. У Бога всё строго - по справедливости! Заслужил - получи. Поплакал - будет тебе и смех. Что это я? Навела ты меня на мысли!
Я что звал тебя? Хочу сказать, что Евграфий Игнатич с Полуферьей Ильиничной известили о скором своём приезде. Желают зной и душные вечера провести на воздухе. Впрочем, как и всякий год.
- А маменьке известно?
- Конечно, конечно. Мы обсуждали кое - какие нюансы. Наверно удивлена зачем бы я говорю об этом?
У Евграфия Игнатича, известный факт, сын имеется от первого брака. Он будет с ними на этот раз. Будем приглашать на обеденный чай. Ну и...
- Тятенька, вы на что намекаете сейчас? А? А ну - ка, признавайтесь немедленно)
Глаша смутилась этой темы и кровь прилила к лицу.
- Так присмотреться бы. Уж больно семья положительная.
- Ну кому надо, тот и пусть присматривается. А я никуда не тороплюсь. Я ведь по любви хочу, прошептала себе под нос Глаша.
Напевая, она продолжила прогулку по цветущему душистому саду.
- Апраша, ты что здесь?
Апраксия с юности служила в их доме и едва ли не с пелёнок помогала хозяевам с дочкой. Хоть и одна она была у родителей, а хлопот доставила за десятерых сразу. Юла юлой. Глаз да глаз за ней. Уж куда там Антонине Елизаровне углядеть как надо?
Отец Глафиры - Митрий Степаныч человеком был крайне семейным. С молоду любил одну женщину - ТОнюшку, как он сам её и называл. Хотел много детей. Вместе они хотели большую семью, но по здоровью встали какие - то препоны и мечта осталась мечтой.
Вся любовь досталась их дочери - Глафире. Глаша была среднего роста и имела весьма пышные формы. Кровь с молоком! В её больших серых глазах было что - то детское. Наивное. С виду и не скажешь, что девушка на выданье.
Настало чаепитие. Евграфий Игнатич представил сына и выглядело это так: " А вот и сын. Знакомьтесь! "
- Разрешите представиться - Князь Всеволод Евграфьевич Виноградов! Долго жил за границей. Поэтому имею свой особенный взгляд на мироустройство да и на житейские вещи в целом.
- Митрий Степаныч! Будем знакомы. Добро пожаловать! Рассматриваем за честь ваш визит, князь. Премного рады знакомству!
Моя супруга - Антонина Елизаровна! Наша дочь - Глафира Митриевна!
Глафира украдкой пыталась рассмотреть гостя. Его выправка, точёный профиль и утончённые манеры тотчас произвели высокое впечатление на присутствующих.
Беседы велись активно и Апраша только успевала подливать чай и ставить на стол сладкие и пряные угощения.
Никого подобного Глаша не видела прежде. Всеволод был не таким, кого она привыкла видеть.
Гости уже готовы был откланяться, заметно подутомившись от бесед и обсуждений на самые различные темы.
- Глафира, не сочтите за фривольность, но хочу попросить вас составить компанию на вечерней прогулке. Если вам будет угодно, по вашему саду.
- С удовольствием!
Глаша выпорхнула со стула и смотрела широко открытыми глазами в лицо Всеволода. Ей казалось, что слушать рассказы этого необыкновенно интересного человека, можно вечно.
- Глафира, а какие у вас планы на вашу жизнь?
- Ну что сказать? Хочу встретить любовь большую настоящую. Европу увидеть хочу. Картины хочу писать маслом.
- Вот так да! Как интересно! Картины? Вы обладательница дара? Или учиться этому желаете прежде?
- А хотите я вам покажу свои наброски? Я давно этим увлекаюсь. С детства. Как станет на душе больно обидно хоть из кожи бы выпрыгнул, начну рисовать и всё пройдёт. Как душой будто бы рисую и всё на бумагу изольётся. Понимаете?
- Ещё как понимаю! Я пишу стихи. Примерно с такими же чувствами, как и вы.
- А можно вас называть коротко - Сева? Или вас это заденет?
- Буду говорить откровенно - вообще - то мне нравится моё полное имя. Я так себя вижу. Но вам разрешаю называть меня так, как вам более всего удобно.
- Спасибо! И вы меня можете называть просто Глаша.
- А вот и ваше имя в полноте звучит приятнее. Гораздо даже! Я с вашего позволения продолжу обращаться изначально.
- Хорошо. Это вам решать!
Прогулка затянулась и темы никак не заканчивались...
В конце концов Полуферья Ильинична пожаловалась на внезапно открывшуюся головную боль и гости в полном составе покинули усадьбу. Обещались произвести взаимное приглашение на обед в один из ближайших дней.
Глаша целиком охваченная впечатлениями от нового знакомства, долго не могла заснуть.
Шли дни. Приглашения не поступало.
- Апраша! Он красивый? Верно?
- Кто он - то, птичечка моя? Птаха ты моя.
Апраксия очень любила свою подопечную и видела в ней всё ещё маленькую девочку, с которой она проводила секунды, минуты, часы и годы своей жизни.
- Ну как кто? Ты же знаешь о ком я говорю)
Глафира лукаво улыбнулась.
- А...Князь молодой? Да. Красивый. Молодость всегда красива.
- Да нет, Апраша. Я не про то. Он же особенный.
- Птича моя, ты что же это? Что ли влюбилась у меня?
Апраша гладила Глашу по волосам заплетённым в косу.
- Я хочу состричь волосы. Ну не совсем. Пусть короче бы были. Не хочу косу.
- Да что ты, Глашенька! Это же красота, гордость девичья! Это уж если когда за мужем будешь и муж твой не запротивится?
Думаю, маменька с папенькой не дозволят. Не в пору ещё такое делать. Прежде венец надо принять!
- Ой, Апраша....Ну что же всё так не просто в жизни???
- Не тужи, радость моя радостная! Всему своё время. У Бога всё в свой час.
- Граша, что скажешь? Нам бы уже устроить званый обед? Ведь уговор был. Да и хочется пообщаться, новостями обменяться какими...
- Так что тянуть? По концу этой недели и объявим. Посылай с извещением.
Всеволод прекрасно проводил время и почти не бывал за пределами чётко очерченной территории. Да и бывать там особо было негде. Скорому приезду гостей он был несказанно рад.
- Полуферья Ильинична, у вас отменный вкус, должен отметить! Мой отец определённо выиграл, когда встретил вас для судьбы.
- Ох, Всеволод! Мальчик мой! Как же ты талантлив в искусстве комплиментов! Хорошим учителем была заграница. Твоя покойная матушка гордилась бы тобой, будь жива. Знаешь, молюсь о душе её. Смотрю на тебя и каждый раз понимаю -
только прекрасная женщина могла дать жизнь такому сыну! Царствие ей небесное - матушке твоей! Пусть покоится с миром, страдалица!
Сева с глубокой грустью в глазах посмотрел на женщину. Он относился к ней с должным уважением и признательностью.
Званый обед удался. По - настоящему добрые дружеские отношения радовали обе семьи.
Глафира долго и тщательно готовилась к предстоящему визиту. Ей хотелось очаровать Всеволода и произвести неизгладимое впечатление.
Оставшись наедине, князь неожиданно отпустил:
- А ты прихорошенькая! Есть в тебе что - то зовущее. Он уверенно привлёк её губы к своим так близко, что дыхание перехватило на мгновение и рассудок отступил.
Глаша словно ждала этих слов или что - то подобное, что подтвердило бы его мужскую заинтересованность в ней.
Всё случилось неожиданно и абсолютно быстро. В летнем саду.
Раскрасневшиеся молодые люди спешно вернулись в дом - на веранду, где на скрипке давал концерт один знакомый музыкант - Илларион. Он был слепым, но имел идеальный совершенный музыкальный слух. Его игра завораживала. Невозможно было оторваться от этих рвущих душу звуков плачущей скрипки в его виртуозных руках. Иногда Евграфий Игнатич приглашал старого друга, дабы насладиться пением скрипки и одновременно дать возможность музыканту вдохнуть момент признания.
Глафира несколько лет провела в ожидании счастливых перемен. Ей виделось как Всеволод признаётся в чувствах и просит руки и сердца. Она любила его, его образ и верила, что это взаимно. Не дождавшись, устав до изнеможения от тщетности ожиданий, остыла и с полностью холодным рассудком связала себя узами брака с человеком достойным.
Что происходит в жизни князя ей было неизвестно.
Прошли годы... Прошло почти двадцать долгих лет. Многое претерпело неизбежные перемены.
Глафира - жена высокопоставленного чиновника. Мать троих детей. Старшему Севе четырнадцать. Двум дочерям десять и семь лет. Митрий Степаныч и Антонина Елизаровна живут там же и обожают встречать в гости своих ненаглядных внуков. Апраша постарела тоже, но верой и правдой продолжает служить в их доме. Они - её семья. Глашины дети ей тоже родные. Она сердцем так чувствует. И они очень любят добрую светлую женщину, которая просто светится радостью, обнимая их при встрече.
Всеволод Евграфьевич женат. Вскоре после той встречи вернулся за границу и там же и обзавёлся семейством. Есть дочь. Зовут её Таисия - в честь покойной матушки Таисии Тихоновны.
Полуферья Ильинична овдовела не так давно. Евграфий Игнатич ушёл после продолжительной болезни. Семья его сына при каждой возможности навещают её и делают всё, чтобы помочь одинокой женщине, что до последнего была рядом с отцом.
Думается, что Глафира долго любила и не могла забыть молодого князя? Чего, однако, нельзя сказать о самом князе. Скорее всего, его сердце было свободно от чувств? Основополагающий момент в её судьбе был проходящим увлечением в судьбе его. СЕРДЦУ НЕ ПРИКАЖЕШЬ! Такова жизнь...
Если Вам понравилось, пожалуйста, ставьте лайк, подписывайтесь на канал! Оставляйте комментарий!
Желаю Вам счастливой взаимной любви❤️❤️ и всего самого доброго!