Эпиграф:
Часто величайшие воины никогда не были известны, потому что они были заняты войной, с которой не всегда возвращались.
Поэтому говорят, что история делается кровью героев, но записывается пером трусливых чиновников.
Многим боевым искусствам прошлого учились во время военных конфликтов, восстаний или работы в службе безопасности, а потом возвращались домой. Часто, эти люди не искали ни выгоды, ни славы, поэтому их наследие осталось далеким воспоминанием.
(взято с сайта http://taipinginstitute.com/)
Профессор Лян Шумин в своем труде «Культуры Востока и Запада» выделяет три типа культуры: европейскую, индийскую и китайскую. Он пишет, что особенность западной культуры состоит в ее направленности в будущее, отличие китайской в стремлении к середине, а индийская культура стремится к прошлому.[1]
Однако, на счет китайской середины все сложно...
«Раньше люди полагали, что золотой век (хуанцзинь шицзе) находится в прошлом, а современный мир клонится к упадку».
В течение достаточно длительного времени (в том числе и весь последний династический цикл), в Китае господствовала идеология «неоконфуцианства». В конфуцианской идеологии существует достаточно большое количество практических принципов, обеспечивавших жизнестойкость китайской цивилизации. При этом, ядром системы ценностей является сыновняя почтительность. Последовательное соблюдение сыновней почтительности вело к почитанию традиции и неприятию нового. [2]
«Конфуцианская мораль и конфуцианские каноны, с их почитанием старины, сохраняли на протяжении двух тысячелетий китайское общество в абсолютной неподвижности. Конфуцианские идеи суть основа, на которой создана блестящая цивилизация китайского феодального общества, но в них же и истоки его упадка», – пишет китайский обществовед Хань Кэцин.[3]
Китайская культура более консервативна и закрыта по сравнению с западной. Однако, есть некие характерные особенности китайской цивилизации, при помощи которых сохраняется ее жизнеспособность. Это, во-первых, почитание старины, не как способа создания нового через разрушение старого, а сочетание и старого, и нового. Подобное сочетание сейчас облекается в удобный, понятный для народных масс лозунг «гу вэй цзинь юн» (古为今用, gǔwéi jīn yòng) – «древность на службу современности», который демонстрирует преданность традициям и ориентацию на современность.
Во-вторых, принцип «переваривания» (китаизации) чужеродных культур, как главного метода использования достижений других цивилизаций. Контакты с западной культурой, обладающей инновационным потенциалом, стимулировали изменения в традиционном способе мышления китайцев. «Чжун ти си юн» (中体西用, zhōngtǐ xī yòng) – «западные новшества на китайской основе». Данная формулировка является ключевой для политики Китая, начиная с XIX века и означает готовность использовать достижения западной цивилизации, но с ориентацией на собственный путь развития.
Таким образом, способность к учебе, к восприятию достижений других культур, к соединению этих достижений с национальными особенностями стала ключом для сохранения стабильности китайской культуры и в наши дни. [2]
Все вышесказанное напрямую относится и к азиатским боевым искусствам. «Традиция - это передача огня, а не сохранение пепла»* - в этой фразе вся суть китайских традиционных боевых искусств.
Традиция - это не делать так, как делал отец, дед и прадед. Традиция - это сохранение всего лучшего, что создали предки и на базе всего этого движение вперед. А не создание некой «аморфно-консервативной традиции», а которую, например, превратились старые японские фехтовальные школы.
* Реальный автор афоризма не известен, как и его исходный вариант.
Мир меняется. Меняются технологии, меняется мироустройство. Жизнь никогда не стоит на месте. Несмотря на отсталость, консервативность и инертность государственной машины династии Цин, китайские боевые искусства с середины ХIХ перешли в очередную фазу активного развития, достигшую своего пика в период активного слома старого общества. Именно тогда и зародился весь тот самый мир Улинь, который мы знаем сегодня.
Это все была присказка. Теперь «сказка».
Достаточно интересно наблюдать, как очень многие евро-американские практики традиционных китайских (да и не только китайских) боевых искусств, являющиеся по рождению и мировоззрению представителями культурных парадигм «да здравствует прогресс», «золой век цивилизации впереди» и т.д., слишком буквально воспринимают идею о «золотом веке» ТБИ и необходимости поиска «истинных корней старых школ» («Старое» - значит лучшее. Все старое - наиболее боевое и практичное»). Наверное да, но.....Но опять же вмешивается исторический контекст.
В истории китайских боевых искусств «Нового времени» (т.е династия Цин и далее) можно укрупнено выделить три больших этапа: 1) До начала ХХ века (фактически до подавления восстания боксеров. 2) С начала ХХ века по 1950 -е годы, 3) С конца 1970-х годов до наших дней (иногда третий этап начинают с 1950 -х годов, но, на мой взгляд, это не совсем верно).
«Золотым» же веком боевых искусств провинции Гуандун считаются годы между падением династии Цин и приходом в 1949 году к власти коммунистической партии.
Однако, почему-то не принято учитывать, что в бурном ХХ веке даже 40-50 лет для такой темы как наша - огромный срок. Совершенно разные цели и задачи боевых искусств времен конца династии и одноименного продукта, созданного в 20-30 годах ХХ века, привели к тому, что стили и школы с одними и теми же названиями приобрели уже совершенно другой вид.
Как уже писал ранее, в 2017 году я присутствовал на мастер-классе Дмитрия Моисеева по Северному Богомолу. Кроме всего прочего, в программе рассматривалась «Динамика изменения за 50 последних лет формальных комплексов на примере таолу «Бэнбу», в ретроспективе по линиям трех разных учителей». Если сравнивать самый поздний вариант с самым ранним, то на первый взгляд вообще мало общего.
Раз уж мы заговорили о «старых школах», то стоит эти самые «старые школы» рассмотреть по ближе.* Но сначала надо понять, ЧТО вообще стоит понимать под «старыми школами»?
*Чем мы и займемся наконец в следующей публикации.
Несмотря на то, что многие кулачные школы ведут свою родословную с времен династии Мин, а иногда даже и Тан, и Сун, первое документированное упоминание конкретных школ и фамилий - это трактат генерала Ци Цзигуана. Поэтому не просто так правление Мин часто называют «Золотым веком ушу».
Возможно да. Но никто не знает, как реально выглядели эти кулачные школы времен Мин, и насколько одноименные современные школы являются их правоприемницами. Или это такой же плод воображения, как позже был Южный Шаолинь и романы «Уся»?
Наиболее ранним описанием рукопашного боя периода Мин является труд «Основы канона кулачного боя» генерала Ци Цзигуана (1561-1562 года написания), включенный в «Новый трактат записей о достижениях» (紀效新書, Цзисяо синьшу).
Но, положив руку на сердце, мне очень трудно воспринимать этот набор картинок (32 позиции, которые генерал выбрал из лучших кулачных школ того времени), кроме как «солдатскую производственную гимнастику.» Вот например, несколько поз из этого известного труда. Прямо «верх совершенства кулачного боя»!!)).
Судя по всему, печально известные участники боя в Макао 1954 года, тренировались именно по этой книге.
Сам генерал утверждал, что хотя кулачный бой на поле боя бесполезен, но его можно использовать для тренировки войск, в том числе, для воспитания мужества. Более того, практика кулачного боя была хорошей отправной точкой для обучения вооружению: «В целом, - пишет Ци, - шест, меч дао, копье, боевой трезубец, обоюдоострый меч цзянь, лук и стрелы, серп и щит - все это продолжается от техники работы голыми руками для тренировки тела и рук. Техника кулачного боя - основа боевых искусств».
Современник Ци Цзигуана Хэ Лянчэнь (1565 г.р.) также утверждал, что «при занятиях боевыми искусствами следует начинать с кулачного боя и переходить к обучению фехтования шестом. Когда вы освоите безоружные приемы и фехтование шестом, вам будет особенно легко овладеть мечом, копьем и всеми другими техниками». [4]
Однако, сам Ци неоднозначно относился к собственному творению. Двадцать лет спустя, когда генерал, которого освободили от должности, сел за пересмотр своих трудов, он решил полностью исключить из них раздел о кулачном бое. [5]
Легенда говорит, что методы кулачного боя во времена Мин были в основном популярны в армии. Это было пиковым периодом развития подобных искусств в армии. Но в годы династии Мин, в связи с постепенным внедрением огнестрельного оружия, эти первоначально воинские боевые искусства стали передаваться народу. Происходила постепенная тенденция: «превращение оружия в кулаки».* [5]
*Сразу же возникает вопрос: а нет ли здесь подмены понятий и о каких искусствах изначально шла речь? Об оружейных или все таки кулачных?
Ну, а как у нас обстояли дела с кулачным боем в династию Цин? А все почти так же как и при Минах. Упоминаний очень много. В основном устных. И, чаще всего, заимствованных из художественной литературы. И, в них, в первую очередь, фигурирует, естественно, Шаолинь и его методы. Но в отличие от эпохи Мин начали появляться многочисленные печатные издания.
Например, есть два известных анонимных рукописных руководства, приписываемых периоду Цин, имеющих настолько сильное сходство, что ученые рассматривают их как две версии одного труда. Изданы они были уже в республиканскую эпоху (1912-1949). Это «Трактат о кулачном бое, Сборник приемов кулачного боя» (中國古代武藝珍本叢編: Quan jing quan fa bei yao, Цюань цзин, Цюань фа бэйяо), якобы опубликован впервые в 1784 году, и «Секретная передача формул кулачного боя Сюаньцзи по акупунктурным точкам» (玄機秘授穴道拳訣 Xuanji mishou xuedao quanjue, Сюаньцзи мишоу сюэдао цюань цзюэ).
Утверждается, что эти два руководства основаны на более раннем тексте, который был написан во времена переходного периода от династии Мин к династии Цин. Несмотря на то, что «Трактат о кулачном бое» и «Акупунктурные точки Сюаньцзи» прослеживаются через почти идентичную линию мирян-практиков до монастыря Шаолинь, трактаты написаны явно под влиянием трудов Ци Цзигуана, с заимствованием целых абзацев из «Трактата о кулачном бое» (Jixiao xinshu: shiba juan ben, Цюань цзин цзияо). Одним из отличий является роль Шаолиня в эволюции рукопашного боя голыми руками.
В республиканский период были опубликованы многочисленные трактаты с похожими, или идентичными названиями..
Самый известный из них – «Секретные формулы шаолиньского метода кулачного боя» (Shaolin quanshu mijue, Шаолинь цюаньшу мицзюэ, 1915), который до сих пор некоторые считают подлинным произведением.
Еще одна книга с названием Quanjing quanfa beiyao, была опубликована в Шанхан в 1918 году и представляет собой сборник различных сочинений о кулачном бое. Часть текстов была написана неизвестными авторами, но остальные были известны (например, те же «Тридцать две позиции» Ци Цзигуана).
Однако ученые доказали, что большинство этих публикаций не имеют никакого отношения к монастырю. Например, «Секретные формулы» описывают южно-китайский Хунцюань, который связан с Шаолинем только легендой.
Вот отрывок из книги Цзэн Чжаошэна «История Гуандунского ушу»:
«Была проведена тщательная исследовательская работа в отношении некоторых известных мастеров боевых искусств, таких как Цай Цзюи, Чжи Шань, Хун Сигуан, Фан Шиюй и других.
Согласно «Секретным формулам Шаолиньского кулачного боя», «Шаолиньский кулак Гуандуна передан от Цай Цзюи, который был выдающимся человеком из Гуандуна и начал свою карьеру в военной науке во времена правления Чуньчжэна». Мы провели глубокое исследование в городе Чжаоцин, и также проверили уездные и провинциальные хроники (в оригинальном тесте идет перечисление). Там нет упоминания о человеке по имени Цай Цзюи.
Согласно преданию, Чжи Шань был мастером чань (дзен) в Храме Шаолинь, который передал свои навыки в Гуанчжоу, в Храме Гуан Сяо. Мы проверили летопись Храма Шаолинь, и среди 70 монахов нет представителя с фамилией «Чжи». Кроме того, говорится, что Хун Сигуан был уроженцем района Хуасянь, преподавал кулачный бой в Большом Буддийском храме, а Фан Шиюй был из Гаояо, его родители были известными людьми. Мы изучили записи Хуасяня и Гаояо, и хроники семьи Хун. В них нет упоминаний о данном человеке и его делах. На самом деле, Чжи Шань, Хун Сигуан и Фан Шиюй — они все являются вымышленными персонажами, принадлежащими к области фантазии и литературы. [6]
В общем, все как в стиле старинной китайской забавы с философскими трактатами: взять старое известное название, прилепить в нему свой текст, и подписать чужим именем. А сам, типа продолжатель идей.
Промежуточный вывод: все эти истории мутные и не особо достоверные. Самое раннее известное упоминание о шаолиньском кулачном бое встречается в середине ХVI века, но кулачный бой (цюань) вытеснил бой с посохом как доминирующую форму шаолиньской боевой подготовки только к середине периода Цин (ХVIII и начало ХIХ веков). [5]
Учитывая императорский запрет на «тренировки кулачному бою и бою на шестах» для гражданских лиц, и, в первую очередь, непростую логистику тех лет, сложно сказать на сколько Хэнаньский монастырь мог действительно оказать влияние на кулачный бой на Юге Китая (и оказал ли вообще). Также сложно сказать насколько вообще эти рукописные издания исторически достоверны, как широко были распространены, и на сколько отражают реалии тех лет. Это все вопросы, на которые, вероятно, ответа мы уже не получим.
Зато, благодаря оцифровке, для нас стал доступен интересный и реально информативный такой печатный феномен, как Энциклопедии повседневного использования. Это особый жанр литературы, представляющий из себя сборники по различным областям науки, культуры и искусства. В некоторых из них публиковалась информация о рукопашном бое, включая приемы удары руками и ногами, а также техники захвата и приемы борьбы. Есть даже тактика свободного боя.
Энциклопедии являются очень полезным справочником для изучения техник древних боевых искусств, эволюции техник боевых искусств, и их по-прежнему очень интересно изучать. Там есть даже некоторые техники, которые сейчас довольно редки. Возможно, если внимательно исследовать их, то можно восстановить некоторые приемы, которые были утеряны. [7]
Но, «Энциклопедии повседневного пользования» - пласт большой и пока малоисследованный. Поэтому, для того, чтобы делать какие-то выводы пока не достаточно информации.
Ну, а как у нас обстояли дела с «печатным словом» во времена Цин на Юге в Лянгуане? Судя по тем источникам, которые дожили до наших дней, обстояли они не особо разнообразно. Среди чиновников, занимающихся местной самообороной, большую популярность имели военные мысли все того же Ци Цзигуана. В 1849 году был опубликовал сборник «Миньгочжай цичжун», направленный на устранение военных проблем, выявленных британской агрессией. Это руководство включало в себя в том числе и два знаменитых трактата по обучению войск и военной организации генерала Ци Цзигуана. В 1853 году сборник был официально одобрен троном и распространен по всем провинциям как руководство к местной самообороне. [8]
Так же сохранился до наших дней (причем в нескольких различных вариантах, один из которых даже был переведен на английский язык еще в ХIХ веке) такой печатный артефакт как «Избранные приемы героического бокса (雄拳折法, Xióng quán zhé fǎ) под авторством Гао Синфана (高興方 Gāoxìng fāng).[9] На сей день, это единственный, известный мне письменный источник по боевым искусствам этого региона времен поздней династии Цин. На его примере мы имеем возможность видеть, как вероятно выглядел в это время кулачный бой в Гуандуне.
Датировка этого произведения делает его особенно интересным, поскольку, несмотря на фольклорные утверждения о невероятно древних генеалогиях, вторая половина ХIХ века -это именно та эпоха, когда появились многие из знаковых стилей боевых искусств этого региона (Хун Га, Цай Ли Фо, Южный Богомол, Вин Чунь, Белый Журавль и т.д.).
В первой части брошюры, изданной в районе Гуанчжоу в 1870-х годах, изображены приемы кулачного боя и некоторые вспомогательные методы тренировки. Вторая часть посвящена приемам с посохом, шуандао, шуанцзянь, течи, парными щитами, вилами и другим оружием, распространенным в тех краях. По косвенным признакам, можно предположить что техники, описанные и изображенные на рисунках, являются изображениями Цай Ли Фо, в том виде, который эта школа, вероятно, имела в конце ХIХ века.
Что явно бросается в глаза - приемы достаточно просты (если не сказать примитивны). Судя по картинкам, за 300 лет с времен Ци Цзигуана, в кулачном бое мало что изменилось.
К счастью, некоторую, достаточно уникальную, информацию о военном и военно-гражданском деле (в том числе и о занятиях боевыми искусствами в регионе) мы можем получить от европейских наблюдателей (в первую очередь британских), проживавших во второй половине ХIХ века в Гонконге и в районе Кантона (Гуанчжоу). Вот что писали в 1829 году о китайском кулачном бое в британском еженедельнике «Кантонский регистр» (Canton Register) за 18 июня 1829 года, выходившем в Гуанчжоу (Кантоне):
«Кулачный бой — искусство самообороны, также преподаваемое в Китае. Оно широко практикуется, хотя и не одобряется местными органами власти. В уголовном кодексе об этом ничего не говорится.
Первый урок для китайского боксера состоит в том, чтобы плотно обмотать свой длинный хвост вокруг головы, раздеться до пояса, затем поставить правую ногу вперед и изо всех сил нанести тяжелый удар правым кулаком по мешку, подвешенному для этой цели. Ему предписывается поочередно менять руки и ноги, контролируя дыхание, и ударять в мешок с песком справа и слева в течение нескольких часов. Это упражнение причудливо называют «обрушивание стен и опрокидывание парапетов».
На втором уроке боксер сжимает в каждой руке «каменный замок», то есть тяжелый камень, обработанный в форме китайского замка. Затем, раздевшись, он практикуется в вытягивании на длину руки этих гирь, справа и слева, пока не устанет. Он должен менять ноги и руки одновременно. Этот урок называется «золотой дракон, выпускающий когти». [10]
Еще более интересной и информативной для нас является статья, опубликованная в гонконгском журнале «Чайна ревью» (China Review) за 1874 год под названием «Благородное искусство самообороны в Китае» (The Noble Art of Self-Defence in China), автором, подписавшимся инициалами L.С.P. [11]
Китайцы имеют очень смутное представление о кулачном бое («fighting with the fists»). Их нужно очень сильно спровоцировать, чтобы склонить к драке. Не вызывает сомнений тот факт, что поток брани, которым обмениваются два крепких азиата, может скорее закончится ничем, чем перебранка, которая спровоцирует конфликт на британском полубаке (носовой кубрик корабля) и закончится дракой и увечьями.
Когда дерутся китайцы, то они предпочитают использовать бамбуковые палки или камень. Если им приходиться драться без оружия, они могут схватить друг друга за голову и продолжать бороться в такой манере, которая понравилась бы любому человеку, обладающему спортивным азартом.
Про реалии Юга Китая конца династии Цин (иностранная интервенция, восстания, гражданская война, локальные клановые конфликты из-за ресурсов) я уже писал ранее. Все это в совокупности оставляло очень мало место для использования кулачного боя, как для чего-то большего, чем «метод психофизической подготовки» и драки на помосте для потехи публики в ярмарочные дни.
Ну и возвращаемся к теме «старых школ»:
Эти искусства [ХIХ века] не были похожи на то, что мы видим сегодня. Родовые кланы или подразделения ополченцев обычно сами занимались наймом инструкторов. Чаще всего, это были бывшие военнослужащие армии Цин. То, чему их учили, обычно представляло собой смесь различных навыков, выбранных из-за их практичности и простоты использования, а не какой-либо единый «связанный» стиль. В большинстве случаев, деревенские ополченцы не имели доступа к огнестрельному оружию, и основное внимание уделялось обучению с использованием простого оружия, в частности, шеста, копья, щита из ротанга и меча. Иногда преподавали и кулачный бой, хотя, возможно, не так часто, как могли бы предположить многие современные читатели. [12]
Да-да - это вот как раз про те самые «старые школы». Является ли вышеописанное для нас актуальным или интересным с практической точки зрения сегодняшнего дня? Если рассматривать именно кулачный бой - то вряд ли. Даже как культурный пласт для реконструкторов. [Практики с традиционным оружием - тема отдельного рассмотрения]
Вся история человеческого общества показывает нам, что еще с самого зарождения человеческой цивилизации люди предпочитали убивать себе подобных любыми доступными для них подручными средствами, постоянно совершенствуя как орудия убийства, так и методы их использования, пройдя длинный путь от палки-копалки, до термоядерных бомб и боевых лазеров. А пока на поле боя «рулит» оружие - с голыми руками там делать нечего.
Да, у кулачного боя была, есть и будет своя историческая и практическая ниша. Но это уже совсем другая история.
[1] 梁漱溟. 东西文化及其哲学 / 梁漱溟著 (Лян Шумин. Культуры Востока и Запада и их философии / под. ред. Лян Шумина). Шанхайское издательство научно-технических документов. 2015;
[2] Борох Л.Н. «Общественная мысль Китая и социализм (Начало XXв.)» – Москва: Наука, Гл. ред. вост. лит., 1984.
[3] 现代,后现代与中国的现代化 (Хань Кэцин. Модерн, постмодерн и модернизация Китая) // 社会科学研究 (Шэхуй кэсюе яньцзю). –1999. - №4.
[4] He Liangchen, Zhenji, 2.26.
[5] Meir Shahar, The Shaolin Monastery: History, Religion and the Chinese Martial Arts, The University of Hawai'i Press, 2008
[6] Zhaosheng, Guangdong Wushu Shi (A History of Guangdong Martial Arts) (Guangzhou: Guangdong ren min chu ban she, 1989). Кит. 曾昭胜, 广东武术史 广东人民出版社
[7] Д.Моисеев. «Энциклопедии для повседневного использования в годы Мин и Цин, или простыми словами о важном явлении культуры Поднебесной».
[8] Ch'ing shih-Iu, Hsien-feng, 20: 17; Liu Chin-tsao, ed., Ch'ing-ch'ao hsu wen-hsien t'ung-k'ao (Shanghai, 1936), 9620; Kiukiang 1874, 24:5b
[9] https://brennantranslation.wordpress.com/2020/02/19/hero-boxing/
[10] Статья в «Кантонском регистре» (Canton Register) за 18 июня 1829 года, написанная Уильямом Уайтманом Вудом (William Whiteman Wood).
[11] https://chinesemartialstudies.files.wordpress.com/2012/09/noble-art-of-self-defense.pdf
[12] Benjamin N. Judkins, Jon Nielson, The Creation of Wing Chun: A Social History of the Southern Chinese Martial Arts Hardcover – August 1, 2015
Для интересующихся "внутренним" искусством старых школ: https://vk.com/event226808662
Андрей Гороховик. Минск. Август 2024 г.