Какая возрастная разница между детьми самая удачная?
Вопрос для меня скорее риторический. Точного и правильного ответа не подразумевается. Сколько не гадай на кофейной гуще, а точная цифра верная для вас, со статистикой всё равно не сойдётся.
В каждой семье эта цифра будет разной. Она зависит от готовности родителей, от их уверенности в себе и ресурсности. Наличия помощи родных или возможности часть обязанностей делегировать няне.
Между моими сыновьями разница в 13,5 лет. Она огромная. У них нет общих интересов, кроме залипания в телевизор или бабушкиных блинчиков со сметаной. В остальном они почти не пересекаются.
Егор закончил девятый класс, после школы ходит на подработку и встречается с девушкой. Янь обожает смотреть на проходящие мимо поезда и лепить в песочнице куличики. Вечером Ян слушает как играет на гитаре папа. Егор в это время провожает на автобус даму сердца.
У Яна ощущается явный признак кризиса трёхлеток. Мы уже пережили истерики по поводу разрезанного банана и теперь заранее уточняем, что можно делать с фруктами, а что нельзя.
Обувь для прогулок он выбирает тоже сам. По этой причине его наряд порою сильно контрастирует с низом. Сейчас он решает, куда нам идти на прогулку и когда возвращаться домой. Такие фразы, как: «мы спешим», «нам нужно торопиться» или «о, Божечки, мы опоздаем!» вышли из чата. Мы просто никуда больше не спешим. Получится, так получится.
У Егора затяжной период юношеского нигилизма, эра отрицания авторитета старших и полный дзен в движениях. Этот парень живёт не спеша. Честное слово. Даже опаздывая на школьный автобус он не будет бежать. Просто пойдёт на маршрутку, если не успел. В самом крайнем случае, может попросить меня предупредить классного руководителя, что задержится. И вообще не парится из-за невыполненной домашки. Ему норм.
Если взять моих детей по отдельности, они живут в своём ритме, постепенно меняя мою зону комфорта на три части. Одна треть принадлежит Яну, у меня нет вариантов сопротивляться или отстраняться. Он только входит в эту жизнь, проверяя меня и всю оставшуюся вселенную на прочность.
Вторая треть — это Егорова часть. Тут намного сложнее. Мы застряли где-то посередине, между отношениями мама-мама и мама-друг. Оба постоянно спотыкаемся. И перманентно обижаемся друг на друга.
Я не готова терять тяжёлую броню родительского авторитета. С другой стороны, я никогда на него и не давила. Нет такого потенциала. Есть желание жить в мире. Но мы постоянно бодаемся. И наши бодания в доме напрягают остальных.
Бесконечное лавирование между потребностями и ценностями детей сводят с ума. А ещё есть муж. И он у меня в любом случае на первом месте. Потому что мой супруг — это моя жизнь, моя стена и мой надёжный товарищ. Не будет у нас гармонии, посыпется всё. И оставшаяся треть, где присутствует горячий кофе, тёплые объятия и забота, разложится на атомы. И тогда мама превратится в злую, недолюбленную колдунью. И конец семейному теплу и атмосфере доверия.