Каждый раз, когда мы всей семьей собирались навестить родителей мужа, я морально готовилась к настоящему гастрономическому испытанию. Свекровь была радушной женщиной с золотым сердцем и огромным желанием накормить всех до отвала. И вот, в очередной отпуск, мы отправились погостить к родителям. Надо заметить, что дорога на машине занимала порядка десяти часов, поэтому мы раза три, а то и четыре останавливались на легкий перекус. Добирались, обычно, уже ближе к ночи. Так было и в этот раз.
Как только мы переступили порог дома, она радостно встретила нас, обняв внуков, и тут же побежала на летнюю кухню, откуда уже доносились ароматы свежеприготовленной еды. «Вы, наверное, голодные после дороги!» – воскликнула она, не давая нам вставить ни слова. Мы еще даже не успели помыть руки, как перед нами уже стояли тарелки с домашними пирожками. Дети, конечно, не сопротивлялись и тут же принялись за еду, а я уже знала, что это только начало.
После пирожков свекровь достала из духовки огромный противень с картошкой и курицей. «Это ваша любимая, я помню!» — сказала она с такой гордостью, что отказаться было просто невозможно. Мы, конечно, поели, пытаясь намекнуть, что уже сыты. Но, как и оказалось, настоящие испытания только начинались. «Ну что ж, это было только первое блюдо» – заявила она с улыбкой, убирая пустые тарелки. «Сейчас будет борщ, а потом я подам торт!» – добавила она.
Уловив смысл моего взгляда, супруг решил предотвратить появление борща и произнес: «Мама, знаешь, а мы теперь после шести вообще не едим!», на что свекровь, выставляя на стол очередной салат, ответила: «Этим вы можете заниматься дома, а сейчас вы мои гости, и должны быть сыты!»
И тут я поняла, что весь отпуск у нас опять пройдет исключительно под девизом «Еда и только еда». Пока супруг пытался притвориться, что у него еще есть свободное место в желудке, я тихо ускользнула в дом, где уже за диваном прятались дети, хихикая и нашептывая что-то друг другу.
Проснувшись на следующий день, я по неосторожности первой попала в поле зрения свекрови. «Доброе утро! А я уже блины вам пеку, иди пока горячие! А на ужин будут шашлыки, я уже и мясо разморозила!» – строила планы на день свекровь. «Откровенно говоря, после вчерашнего ужина я могла бы спокойно провести день без еды» – подумала я, не решившись произнести эту фразу вслух. «Да, сейчас иду» – еще сонная пробормотала я. Умывшись, я нехотя выдвинулась в сторону летней кухни, на которой раздавался громкий шорох – свекровь с энтузиазмом переворачивала блины, а свекор с удовольствием комментировал каждый переворот: «Ну, этот румяней прежнего!»
Надо сказать, что церемония восхваления еды была особым ритуалом. Стоило только свекрови подать на стол очередную курицу, как свекор, с довольным видом, начинал: «Ну и курочка сегодня удалась, правда? Такая сочная, просто тает во рту! Прелесть!» И даже обычный арбуз становился еще краснее, стесняясь, собственного великолепия. «Такого сладкого арбуза я давно не пробовал! Просто мед!» – восклицал свекор. Свекровь подхватывала: «Да, арбузы в этом году у нас уродились на славу». «А картошечка-то, какая вкусная, нежная! Прямо как облачко! Не пюре, а произведение искусства!» – замечал свекор.
Но вернемся обратно, к утреннему завтраку. Пока я пыталась понять, сколько блинов нужно съесть, чтобы свекровь перестала подкладывать добавку, она уже расписывала обеденные перспективы: «А на обед у нас будет суп с клецками! Помнишь, как он тебе понравился в прошлый раз?» И так весь день был расписан по минутам: от утренних блинов до вечернего шашлыка. Меня снова и снова преследовал бесконечный гастрономический день сурка, в котором за пирожками следовал борщ, за борщом – пирог, а потом арбуз с курицей и шашлык. Порой мне казалось, что мы участвуем в каком-то кулинарном марафоне. Стоило мне только появиться на глазах у свекрови, как сразу поступало предложение пожрать. Да простит меня читатель, но здесь это самый уместный глагол.
В очередной приезд, изрядно устав от назойливости и культа еды, царившего в доме родителей, я заняла решительную позицию и начала намеренно отказываться от всего съедобного, предложенного свекровью. «Я не голодна, спасибо» – говорила я, украдкой дожевывая привезенное с собой яблоко. Свекровь не сдавалась и пыталась разными способами заманить меня в свою кулинарную ловушку. «А пирожки? Они у меня сегодня особенно удались!» – убеждала она, размахивая горячим противнем у меня перед носом. «Нет, спасибо, я на диете» – отвечала я, пытаясь не поддаться на этот шантаж. «Ну, хотя бы кусочек торта, ты же любишь шоколадный торт! Я помню, как ты его в прошлый раз ела!» Она смотрела на меня с такой надеждой, что мне почти было неловко. Почти.
Назойливость свекрови омрачала весь отпуск. Ведь я мечтала просто посидеть в тишине, почитать книгу или насладиться летним вечером. Однако каждый раз мне приходилось занимать оборону и придумывать все новые отговорки.
В один из вечеров я стала невольным свидетелем приватного разговора.
– «Ну почему она не ест то, что я готовлю?» – обиженным тоном жаловалась свекровь моему супругу. «Я стараюсь, а она все отвергает. Может, я делаю что-то не так?»
– «Бинго!» – подумала я.
– «Мама, ты знаешь, как сложно ей приходится после всех твоих изысков. Ты же нас кормишь как в последний раз!» – попытался сгладить ситуацию супруг.
– «Но я просто хочу, чтобы она почувствовала себя как дома! Может, она любит что-то другое? Я могу приготовить, что она захочет» – продолжила свекровь.
– «Вот только не надо таких жертв!» – подумала я, продолжая подслушивать их разговор.
– «Я завтра сам что-нибудь приготовлю. А ты отдохни» – ответил супруг, успокаивая мать.
– «Хорошо, сынок, ты прав. Может, и правда стоит немного отдохнуть» – согласилась свекровь.
Мы оба понимали, что она старалась сделать наш отдых лучшее, забывая, что иногда лучший отдых — это свобода от постоянной суеты и мыслей о том, чем набить свой желудок.
Со временем гастрономические страсти поутихли, но фраза «Иди, поешь!» до сих пор вызывает у меня легкую дрожь в ногах.