Битва идёт, продолжается битва… Что остаётся душе моей павшей? Только молитва и только молитва к Матери Божьей, Заступнице нашей. Льются незримые слёзы России, сиро в природе и на́ сердце сиро… Старые доски скрипят как живые в мёртвой тиши равнодушного мира. "Радуйся!" – слышу я собственный голос, словно от сердца гора откололась – и полегчало… и тяжесть свалилась: Божия Матерь за нас помолилась – и под Её Материнским покровом о́жило сердце молитвенным словом. 4 ноября 1999 г. Оскар Грачёв
Битва идёт, продолжается битва…
Что остаётся душе моей павшей?
Только молитва и только молитва
к Матери Божьей, Заступнице нашей.
Льются незримые слёзы России,
сиро в природе и на́ сердце сиро…
Старые доски скрипят как живые
в мёртвой тиши равнодушного мира.
"Радуйся!" – слышу я собственный голос,
словно от сердца гора откололась –
и полегчало… и тяжесть свалилась:
Божия Матерь за нас помолилась –
и под Её Материнским покровом
о́жило сердце молитвенным словом.
4 ноября 1999 г.
Оскар Грачёв