Найти в Дзене
Такое искусство

Святая Русь, которую мы потеряли. Три картины Михаила Нестерова

Михаил Нестеров — живописец, который выбрал писать картины о вере, найдя собственный стиль в искусстве. Опоэтизированный реализм, сказали про него искусствоведы, "вредная мистика" обвиняли его коллеги. Художник писал Русь Святую, которая искала долгий путь к Богу; в его картинах чувствовалась его душа смиренная, пытливая и чуткая, но сколько же живописец испил страданий за этот творческий путь. Казалось, что он настоящий мученик, чьё сердце всегда принадлежало только Господу. За свою жизнь он был почти врагом народа, а после его наградили Сталинской премией, его картины прятали, он сидел в тюрьме, и ему пришлось писать то, что он совсем не хотел, продолжая втайне от всех создавать религиозную живопись. Но время расставило всё по местам, именно картины о Святой Руси стали тем творческим кладом, который остался потомкам для размышлений о нашей вере, которую почти на целое столетие мы спрятали, отвергли, находясь в долгом поиске другого предопределения. Святая Русь наша страдала, долг
Оглавление

Михаил Нестеров — живописец, который выбрал писать картины о вере, найдя собственный стиль в искусстве. Опоэтизированный реализм, сказали про него искусствоведы, "вредная мистика" обвиняли его коллеги. Художник писал Русь Святую, которая искала долгий путь к Богу; в его картинах чувствовалась его душа смиренная, пытливая и чуткая, но сколько же живописец испил страданий за этот творческий путь. Казалось, что он настоящий мученик, чьё сердце всегда принадлежало только Господу. За свою жизнь он был почти врагом народа, а после его наградили Сталинской премией, его картины прятали, он сидел в тюрьме, и ему пришлось писать то, что он совсем не хотел, продолжая втайне от всех создавать религиозную живопись. Но время расставило всё по местам, именно картины о Святой Руси стали тем творческим кладом, который остался потомкам для размышлений о нашей вере, которую почти на целое столетие мы спрятали, отвергли, находясь в долгом поиске другого предопределения. Святая Русь наша страдала, долго ждала, и возвращение к истокам после долгих размышлений, порицаний и диспутов оказалось неизбежным и большим подарком для верующих людей. Можно сказать, Нестеров — это тот художник, который ничего не объясняет, он заставляет чувствовать свою связь не только с Богом, но и с нашим родом, с нашей историей, и это дорогого стоит, это бесценно!

Мировоззрение художника закладывалось ещё с детства, Нестеров чудом выжил, он сильно заболел и начал чахнуть и вот-вот должен был умереть, мать от горя молилась каждый день, смотря на иконку Тихона Задонского. Надежды почти не было, но маленький Михаил стал понемногу крепнуть. Это было чудо, которое и определило его жизнь, а жизнь у него была немаленькая 80 лет. Он родился, когда была Российская империя, с верою в Бога, а умер, когда был Советский Союз с верою в коммунизм. И всю свою жизнь он охранял православные традиции и чтил память предков, за что его невзлюбили, но Родину он не покинул, как многие в то время, но и новые правила воспринимал с трудом, не противясь, а украдкой обращаясь к холстам и кистям, просто создавая свои картины, пряча их от всех, зарабатывая тем, что писал портреты.

Путь живописца начался с его протеста, отец пророчил ему судьбу коммерсанта, а Михаил Нестеров мечтал стать художником. Он самостоятельно отправился в Москву и поступил учиться в Училище живописи, ваяния и зодчества, попав в класс к прославленному художнику Перову. Отец смирился с выбором сына, но не верил в его успех, сказав, что вот когда у тебя картину купит сам Третьяков, тогда я признаю твой выбор. И Третьяков купил целых две картины, и об одной из них и поговорим, ведь она определила дальнейшее его становление как живописца.

"Видение отроку Варфоломею", 1890 год

Михаил Васильевич Нестеров, Видение отроку Варфоломею. 1889—1890, Государственная Третьяковская галерея, Москва
Михаил Васильевич Нестеров, Видение отроку Варфоломею. 1889—1890, Государственная Третьяковская галерея, Москва
Жить буду не я. Жить будет «Отрок Варфоломей». Вот если через тридцать, через пятьдесят лет после моей смерти он ещё будет что-то говорить людям — значит, он живой, значит, жив и я. Михаил Нестеров.

Когда Нестеров создал эту картину, он не предполагал, чем обернётся её выставка. Сюжет картины рассказывает нам о детстве святого Сергея Радонежского(в миру Варфоломей); однажды гуляя в поле, он увидел схимника и попросил молиться о нём, так как ему не даётся грамота, старец дал ему просфору для "Разумения Святого писания" и пообещал ему молиться. Вроде бы житейский сюжет из жития святого, которого, к слову, Нестеров очень любил и посвятил ему не одну картину, но сколько было шума. Её посчитали нереалистичной, и вообще передвижники не писали картины о святых. Её назвали романтично - религиозной и сочли, что она подрывает устои общества. Но! Это было что-то новое, что-то, что дышало незамыленной оригинальностью. Павел Третьяков это почувствовал. В дальнейшем появится символизм, который обращался к душе, к поискам смысла, зачарованному миру и иррациональности. И вот эта картина была удивительным предзнамением новоявленного стиля. Художника просят закрасить нимб схимника, отказаться от его ангелоподобности, но живописец остался верен своему и в дальнейшем будет писать нимб на многих работах. А ведь этот символ увёл от рациональных воззрений, поместив зрителя в мир грёз и видений, что было для передвижников сродни отступничеству. Всё, что соприкасало Нестерова с уставами передвижников — это то, что он написал пейзаж с действительно существующего места, и всё. Радонеж, в котором жил святой, был написан с натуры.

Единственным человеком, который поймёт замысел живописца, станет критик Александр Бенуа; он отметит убедительность и простоту картины, и эта простота будет тем сильным аргументом, который признает в художнике творца нового стиля. Картина станет самой значимой в его творчестве.

После художник не отступит от своего пути и будет писать картины про Святую Русь, а также создавать росписи в храмах. Перед Революцией он напишет ещё одну весомую работу о том, что потеряет своё значение на долгие годы. Такой России, которая была, уже не будет, и тот творческий путь, которым шёл художник, перестанет иметь смысл.

"На Руси.Душа народа" 1916 год

Михаил Васильевич Нестеров, На Руси.Душа народа. 1914—1916, Государственная Третьяковская галерея, Москва
Михаил Васильевич Нестеров, На Руси.Душа народа. 1914—1916, Государственная Третьяковская галерея, Москва

На берегу реки Волги собралась толпа людей. Некоторые лица узнаваемые. Рассмотрите картину. Всё на ней люди из разных эпох. Это и писатели, и военные, и простые люди, и философы. Они собрались неслучайно, кажется, художник предсказал распутье, на котором стоят люди, стоит Россия. За кем будущее, какой выбор будет сделан? Смотришь на картину и понимаешь, а выбор-то этот неизбежен. Художник вместо мальчика, за которым стоит разношёрстная толпа, хотел написать Спасителя, но передумал. Но почему?

Живописец написал это полотно, выразив тем самым идею идеала России. И этим идеалом была святость. Этот тот путь, с которого, по его мнению, не нужно сворачивать.

О картине он сказал, что мальчик олицетворяет образ детей, с их добрым сердцем и не истерзанной пороками душой. "Вы не обретёте Царство небесное, пока не будете как дети». Художник тем самым возложил надежды на будущее. Он не видел других дорог, он чувствовал, что должен сказать эту мысль своей работой.

Картину назвали групповым портретом России. Можете, кстати, написать, кого из писателей вы узнаёте, ведь никто неслучаен в его картине.

А после случилась Революция, и его живопись перестала быть актуальной. Святая Русь, которая могла бы существовать когда-то, отныне стало светским государством, безжалостно разорвавшим связь с истоками, но будет ещё одна картина, на которую стоит обратить внимание.

"Несение креста", 1924 год

Михаил Васильевич Нестеров, Несение креста, 1924, Государственная Третьяковская галерея, Москва
Михаил Васильевич Нестеров, Несение креста, 1924, Государственная Третьяковская галерея, Москва

Россия, по словам Нестерова, погибла, но не погибло желание вернуть её к тому пути, который дан ей когда-то, и художник уже втайне пишет свои картины. Мастерскую разграбили. Почти ничего не осталось ни от вещей, ни от той прошлой жизни, которая была у живописца. И если другие люди приспосабливались, то Нестеров чувствовал крах, чувствовал то, что мог чувствовать верующий человек, чьё испытание было сохранить себя, невзирая на новые реалии. Запрет верить касался не только отказаться от Бога, но и изменения себя в угоду новым правилам. Этого художник вынести не мог. И он писал снова и снова картины, неся свою веру как тайну, которую нужно беречь. В эти тяжёлые для него дни он пишет ещё одну значимую картину, драматическую и сильную, в которой заключает весь смысл того, с чем столкнулся. Этой картиной станет "Несение креста".

Он удивит всех, он не отрёкся от веры, но в искусстве он примкнул к модернистам. Христос идёт на Голгофу сюжет неновый для искусства, он несёт свой крест. У художника тоже был свой крест, быть в России, но мучиться от того, что нельзя больше ничего изменить. Он был тем, для кого революция была не победой, а большим поражением. Страдания Христа он напишет правдоподобно со всей проникновенной мощностью. Его образ Христа получился отнюдь не божественным, он смог передать страдания в лице, как если бы страдал не Бог, а человек. В картине заключён сакральный смысл страдания России и её уже собственная выбранная Голгофа.

Нестеров в конце жизни посвятит себя портретному жанру, будет писать знаменитых людей, но навсегда останется тем, кто создал образ Святой Руси.

Весь его посыл заключался в том, чтобы провозгласить в живописи слова когда-то сказанные Иоанном Кронштадтским о возвращение России "к святой, непорочной, спасительной, победоносной вере своей, чтобы быть победоносной страной, прославленной, как в старое, верующее время..."

Нестеров был тем, кто говорил со зрителем на языке сердца. Он понимал силу веры, его Россия была Святой Русью, которой, быть может, никогда не было исторически, но она есть и будет в душе каждого русского человека. И этот идеал истинного предназначения страны, всегда виднелся и будет виднеться на горизонте, какие бы политические события ни происходили.

Нестеров был не один, кто не смог отказаться от веры, многие люди молились всё равно по-тихому, украдкой, если можно так сказать, и я понимаю, что не все могли с лёгкостью принять то, что Россия стыла светским государством. Постепенно всё начало меняться только после Великой Отечественной войны, но думаю, были люди, которые также тяжело расставались с верой. В этом и была большая человеческая трагедия, ведь душе нужно стремиться к росту, к тем идеалам, которые были забыты.

P.S. В искусстве отныне тоже были изменения, и касались они того, что новые художники больше не писали картин о вере и Боге, обратив всё своё внимание на поиск новых идеалов, новых идей. Общество стремительно менялось, появился авангард, примитивизм, соцреализм и многое другое, новое искусство обратилось к поиску новых смыслов, но каким путём после большого поворота должна была идти Россия так и не смогли определить, а, быть может, этот вопрос нужно снова обсуждать и в искусстве в том числе?

Спасибо, что прочитали до конца, надеюсь, было интересно. Спасибо, что читаете и смотрите канал, у которого сейчас небольшой взлёт. Это радует и мотивирует. Прекрасного отдыха у кого отпуск, и прекрасного настроения у кого нет, пусть лето вас радует солнечными днями и такими долгожданными дождями! Ещё раз большое спасибо за интерес к искусству. ❤

До встречи в следующих публикациях! 💫

Подписывайтесь также на мой вдохновляющий

телеграм канал, чтобы знать как создаются шедевры, в чем секрет вдохновения, и какие романы рождали великие произведения искусства.Всем буду признательна и очень рада!