Один за всех и все за одного! Каналья! Тысяча чертей! Кому не знакомы эти фразы? Сказать, что я обожала эту книгу - это ничего не сказать. Впервые я открыла её по втором классе. Потому что мой одноклассник, Вовка Соловьёв, презрительно скривив уголок рта спросил: "Ты, что, еще не читала Трех мушкетеров?" В нашем классе было только два круглых отличника: я и он. Мы дружили, но так, немного соревновательно. Пришлось отыскать в родительской библиотеке жутко потрепанную толстенькую книжечку и приступить. Дочитав до интриги с подвесками я поняла, что ничего не поняла. Пришлось признать, что Вовка умнее.
Вернулась я к мушкетерам в 12 лет, прочла запоем. Конечно, влюбилась в Д'Артаньяна. Боярский в этой роли, кстати, меня не впечатлил. В юности я свои предпочтения сменила на Атоса, такого молчаливого флегматика. Немного меня, конечно, смущала история с Миледи, которую он, не раздумывая и не попытавшись разобраться, тупо повесил на ближайшем дереве. Но во всем остальном он был просто супер, правда? Уже когда я подошла к тридцатилетию, я подумала, что Арамис - самый желанный мужчина из этой четверки для любой женщины. Он следит за одеждой и внешностью, он не болтает о своих победах на любовном фронте и не пьет как конь. А еще не казнит своих женщин и не лезет обманом в постель к чужой любовнице, как Д'Артаньян к Миледи.
Думаете, теперь я предпочитаю Портоса? Ну, нет. Веселый пустозвон не мой герой. Кто же самый крутой парень? Да Ришелье же! Пока все развлекаются как могут, он работает. Он пытается образумить загулявшую Королеву. Он пытается вернуть к управлению государством и своей женой Короля. Он пытается запретить дуэли, чтобы гвардейцы и мушкетеры занимались своим прямым делом, а не убивали друг друга почем зря. Он видит в Бекингэме врага, коим он и является для Франции.
В первой жутко потрепанной книжечке отсутствовала половинка странички. Многие годы я мучилась вопросом что же там произошло, на этой половинке. Выросла, купила собственный экземпляр, сразу открыла на нужной страничке.
"Д'Артаньян, отскочив назад, выхватил шпагу. Иностранец с быстротой молнии выхватил свою.
- Ради всего святого, милорд! - воскликнула г-жа Бонасье, бросаясь между ними и руками хватаясь за шпаги.
- Милорд! - воскликнул Д'Артаньян, осененный внезапной мыслью. - Милорд!.. Простите, сударь... Но неужели вы...
- Милорд - герцог Бекингэм, вполголоса проговорила г-жа Бонасье. - И теперь вы можете погубить всех нас."
И так далее. Но теперь мне почему-то кажется, что гасконец продал Родину из любви к жене галантерейщика.