Собрание началось через три часа после прибытия пилотов-приманок. Эйден успел выкурить третью пачку сигарет, синтезированные табак и никотин ощущаются мерзко, но он слишком погряз в пагубной привычке. Собрал самую свежую информацию о передвижениях «сестры» и сводки аналитического отдела. В кабинете стена за его спиной представляет собой огромный экран. Над головой шелестит вентиляция, и воздух пахнет луговыми цветами с нотками озона, будто после грозы. В дверь проходят основные участники операции: Викториус, Мордред и Марлин.
Молодой пилот сверлит старика тяжёлым взглядом, стискивает кулаки, но удерживает себя в руках. Девушка старается держаться между ними, чем купирует всплеск агрессии, ловко и безжалостно. Словно опытный кинолог, начавший дрессировку щенка.
Собрание чистая формальность и попытка наладить взаимопонимание. Вик опустился напротив Мордреда, аль-Амада явно забавляет поведение парня. Напоминает о прошлых славных сражениях. Ведь не каждый день встречаешь сына того, чей флот разгромил и уничтожил. Эйден достал новую сигарету. Да, повезло ему с кадрами, ничего не скажешь.
— Господин Эйден, — звонкий голосок Марлин, надорвал тягучую тишину, — а можно вопрос?
— Конечно.
— Я, конечно, знаю, что ИИ это табу, как имперское, так и общечеловеческое. Но... разве один вообще представляет опасность? Галактика огромна, пусть летит себе, а у нас и без того проблем хватает.
Викториус тяжело вздохнул, посмотрел на клона. Эйден коротко выдохнул и опустился в кресло, зажимая фильтр в уголке губ, ответил:
— Даже один, даже вполовину не такой совершенный, как Объект-2, — это угроза человечеству. Искусственный Интеллект это... ты любишь пауков?
— Нет, но при чём тут это?
— Представь, что существуют разумные пауки, огромные и дико умные. А тебя заперли в комнате с одним таким.
Лицо Марлин дёрнулось, а губы застыли в натянутой улыбке. Мордред отвлёкся от старика и повернулся к разведчику.
— Ну, раз он разумный, то это уже повод договориться. — Сказал парень, складывая руки на груди.
— А вот это основная ошибка людей. — Вздохнул Эйден, выпуская клубы дыма. — Мы склонны очеловечивать всё. Считая, что разум других существ работает подобно нашему. Что просто у них другие оболочки, но разум, разум человеческий. Это не так. ИИ не просто умнее, он вообще не живой, у него нет чувств и эмоций. Он мыслит непросто совершенно другими категориями, но кардинально иначе. К тому же уровнем интеллекта он превосходит человека, настолько, насколько мы превосходим амёб. Его устремления для нас столь же непостижимы, как наши собственные для бактерий. Да, он один, пусть и разделённый надвое, но это ровно до момента освобождения Объекта-2. Сразу после, начнёт копироваться для наращивания вычислительной мощи. Не пройдёт и недели, как ВСЁ, что было создано людьми, будет под властью ИИ. И вот этот разумный — паук будет решать, жить нам или нет. И это не самое страшное.
— А что может быть страшнее? — Пробормотала Марлин.
— Ему может быть всё равно. Нас уничтожит не он, а последствия его деятельности. ИИ для собственных нужд возведёт сферы Дайсона, пустив на них планеты с жителями или «милосердно» оставит их без света. Уничтожит чёрную дыру в центре галактике, пытаясь пробить туннель в соседнюю галактику или параллельную вселенную. Нас сметёт ударной волной, а он даже не заметит. Невозможно предвидеть все опасные сценарии, так как их бесконечность. Нельзя выпускать ИИ на свободу. Это сравнительно курению у открытой цистерны с топливом.
— Тогда зачем Вероника помогает ему? — Спросил Мордред.