Найти тему
Ирина Павлович

Нежное укрощение ярости - Глава 33

Я открыла глаза и села на кровати, спустив ноги на пол. Голова немного кружилась, но чувствовала я себя приемлемо. Из вены в руке торчал катетер, мне поставили капельницу. Я пыталась вспомнить, что произошло.

В голове стоял туман, мелькали обрывки фраз, лица. Глеб, Яр. Яр так ласково что-то говорил мне. О ужас, я вспомнила: Глеб пытался меня изнасиловать. Зачем? А я так опьянела, что не могла отбиваться. Но я ничего не пила, кроме сока.

А потом зашел Яр, и я так боялась, так боялась, что он подумает, что я решила ему отомстить с Глебом. А сил объяснять не было. Кошмар, какой кошмар!Я с трудом приподнялась и огляделась.

В каюте были только я и врач. Тот сидел на кресле и читал книгу.

Он заметил, что я очнулась, подошел:

— Как вы себя чувствуете? — спросил он.

— Хорошо, намного лучше, что со мной было? — мой голос внезапно был осипшим.

— Ничего страшного, какой-то седативный коктейль приняли.

— Где Яр? Мне срочно нужно его найти.

— Вам лучше полежать, еще немного отдохнуть, прошло совсем немного времени, как вас принесли, капельница еще недостаточно подействовала, — попытался успокоить меня врач.

Но я не могла отдыхать. Я хотела вспомнить. Прикрыла глаза и еще раз попыталась восстановить в памяти хоть что-то определенное. Почему-то вспомнила ласковый и обеспокоенный взгляд Яра, он шептал мне что-то хорошее. Это было до или после?

Вдруг я резко открыла глаза.

Яр ворвался и ударил Глеба. Он был в ярости.

К черту отдых. Я вытащила катетер из вены. Врач неодобрительно покачал головой и подал мне ватку. Я зажала ее, согнув локоть, и вышла из каюты. Кружилась голова, тошнило, коридор то удлинялся, то укорачивался, в ушах стоял непрекращающийся шум.

Вспомнила подслушанный разговор Глеба и какой-то женщины. Они не Яра собирались опоить, а меня. Но в чем был смысл? Глеб просто хотел меня изнасиловать? Бред.

Я шла, шатаясь, то и дело опиралась на стены.

Он убьет его. Если я не успею, он убьет.

Не надо, милый.

Я помнила, что он сделал с Савельевым из-за Любы. Что, если в этот раз его некому будет удержать?

Добралась до его каюты. Дверь была заперта, но я слышала его голос, крики, удары. Я принялась, как потерпевшая, долбиться в дверь.

Открыла Кристина, она подхватила меня, потому что я буквально чуть ли не свалилась ей в руки. Яр подскочил, бережно принял меня из рук Кристины, и отвел к креслу.

Пока он держал меня, я шептала: «Яр, не надо, пожалуйста, милый, не стоит». Он усадил меня в кресло, а я цеплялась за его руки и молила, одними глазами, потому что сил на слова у меня не было.

Я потратила все силы на то, чтобы найти его. А теперь перед глазами было темно, смутный силуэт Яра и шум в ушах.

— Сделай ей кофе, — коротко отдал приказ Яр, по всей видимости, Кристине.

Я слышала голоса. Глеб нарывался. Он оскорблял Яра. Будто пытался вывести его из терпения. Так, стойте, стойте. А меня изнасиловать он пытался ради чего? Чтобы вывести из себя Яра? Но с чего он решил, что из-за меня Яр взбесится? Но Яр взбесился.

Кристина заставила выпить крепкий кофе. В голове и глазах прояснилось.

В комнате были Яр, Глеб и Кристина.

Глеб сидел на стуле, руки были сзади то ли связаны, то ли скованы наручниками, мне не видно было. Но одна нога точно была прикована к ножке стула. Лицо в крови.

Кристина присела рядом со мной на ручку кресла и взяла меня за руку.

— Ты правда в норме? — спросила она меня.

— Да, все хорошо, — мне была приятна ее забота.

— Надо же какая идиллия, — усмехнулся Глеб, выплевывая на ковер кровь. — Ты не заслуживаешь людей, которые тебя окружают, Яр. Просто не заслуживаешь.

Яр поднялся со стула, Глеб отпрянул назад, весь сжался. Яр хохотнул.

— Слушай, задолбал этот цирк. Я понял, ты пытаешься вывести меня из себя. Ну херово выходит, что тут скажешь. Как видишь, нос у тебя цел, глаза на месте, череп не треснул. Рассказывай давай, дружище, все как есть рассказывай и лучше не виляй, я сам руки об тебя марать не стану. Но есть люди, которые умеют вытягивать полезную информацию. Так какого черта ты устроил?

Глеб даже приосанился, злая усмешка мелькнула на лице.

— Это долгая история, ты точно хочешь ее услышать? А вывезешь? Ты же долбаный псих. В головушке не помутится?

— Ты за мою головушку не переживай, ты за свою переживай, как бы в нее опять не прилетело, — парировал Яр.

— Извини, Марго, — сказал Глеб мне, — к тебе лично у меня претензий нет, просто ты оказалась там, где оказалась, с этим придурком, — Глеб кивнул на Яра.

— А причем здесь я? — я решила вмешаться.

— Да при том, что наш Яр влюбился, — Глеб засмеялся.

Я взглянула на Яра. Что? Яр страдальчески на меня посмотрел и отвернулся к Глебу. Яр так себя вел, что я готова была поверить, что Глеб прав и только что всковырнул душевную рану Яра. Поверить не могу, нет, конечно, нет. Глеб продолжал.

— Поверить не могу, и в кого? — Глеб смерил меня презрительным взглядом.

Яр тут же отвесил ему. Голова Глеба чуть не отлетела, как мяч.

— Не смей её оскорблять! — Яр чуть не рычал.

— Яр, не надо! — это уже я попыталась вскочить с кресла, но Кристина удержала.

Плевать, пусть оскорбляет. Обидно, но тут даже привыкла. Куда больше меня интересовала уверенность Глеба в то, что Яр влюбился в меня. С чего он это взял?

Яр отошел к окну.

Я смотрела то на Глеба, то на Яра.

Глеб смотрел прямо на меня.

— Удивляешься, Марго? Он тебе не сказал, что любит? Нехорошо, Ярик, что ж ты с малышкой-то творишь. Так давай я тебе скажу, Марго. Я его хорошо знаю, очень долго знаю и, конечно, не мог не заметить. Я знаю, как он себя ведет, когда теряет голову от женщины. Так уже было с Полиной. Правда Полина ему была не по зубам. Она из него веревки вила, она умела различать тех, кто пойдет в гору, в ней словно компас на будущие богатства был встроен. А ты, Марго, хоть и другая, но знаю я таких, поиграешь на раненом сердце нашего Яра, ах, я такая нежная и нуждаюсь в защите, защити меня, грозный и могучий Яр. Что, уже рот разинула на лакомый кусочек? Представила богатую беззаботную жизнь?

Последняя фраза была такой абсурдной. Если до нее мне казалось, что Глеб открывает какую-то неведомую правду. То после этой фразы я убедилась, что Глеб несет чушь. Это было так абсурдно, что я даже улыбнулась.

— Не срослось у меня с тобой, Марго. Очень жаль, хорошая была задумка опоить и затрахать тебя до беспамятства. А этот, — Глеб снова кивнул на Яра, — он же предсказуемый, как бульдозер. Если бы все получилось, и он вошел в каюту, когда я тебя трахаю, разбираться бы не стал. Наш Яр, несмотря на то что с виду грозный, в душе ранимый, как юноша. Меня обвинять он не стал бы. А вот ты в его глазах резко стала бы шлюхой. А дальше гневный Ярик опять бы в свою депрессию ушел. Что и требовалось.

Так я была права, он хотел вывести Яра из себя. Но если он не думал, что Яр накинется на него, то что же он хотел.

Яр отвернулся от окна, в два шага преодолел расстояние до Глеба, сжал его горло, пока тот хрипел, на ухо ему что-то говорил. Глеб посинел.

Я расслышала обрывки: «Думаешь, Полина ради денег…? Отчего ж не тебя тогда…? Или ты не перспективный…?»

Наконец, Яр отпустил его, тот долго не мог отдышаться, но все же пришел в себя и заговорил.

Я видела, как поменялось выражение его лица. Черты заострились, глаза заблестели, он словно собирался сказать что-то такое, после чего обратного пути не будет, и это было видно не вооруженным глазом.

Что-то сказал ему Яр такое для Глеба важное, что стерло усмешечку с его лица начисто. Осталась одна неприкрытая злоба, и из-за злобы его понесло. Он словно не мог удержать ее в себе. Будто копил годами. Каждое слово было ядом.

И мы все, я, Кристина, Яр, покрывались мурашками от того, что слышали.

— Это ты должен был сдохнуть! — рявкнул Глеб на Яра. — Ты должен был сдохнуть в той машине, но погибла она!

— Здесь ты прав, — спокойно ответил Яр. — Но тебе-то что с этого?

— Какой же ты дебил все-таки, — усмехнулся Глеб. — Твоя же машина тогда в ремонте была, помнишь?

— Допустим, — Яр сдвинул брови.

— И поехать ты должен был на ее машине, ты же всегда брал ее машину, если что, хотя вроде целый автопарк в наличии.

Я видела, как напрягся Яр. До белых костяшек сжимал кулаки. Казалось, он начинает понимать, к чему ведет Глеб.

Не понимали только мы с Кристиной и, тем не менее не сложно было догадаться, что этот разговор добром не закончится.

— Продолжай, — процедил свозь зубы Яр.— Я подшаманил с тормозами. Ты же придурок, гоняешь, как сумасшедший. Ты должен был сдохнуть, — сказал чуть ли не шепотом Глеб и тут же закричал. Страшно так закричал, будто его режут: — Ты должен был сдохнуть в той машине, а не Поля!

На Яра было жутко смотреть. Я не понимала, ценой каких усилий он себя сдерживает. Я сидела, боясь издать хоть какой-то звук. Но Кристина молчать не стала.

Она вскочила, подошла к Глебу и сказала таким ледяным тоном, что мне показалось, будто сейчас она на самом деле представляет куда большую угрозу для Глеба, чем Яр.

— А скажи-ка, Глебушка. Ты зачем это сделал? Тебе Яр денег мало давал? Ты хотел больше?

— Потому что я любил ее, я любил Полю всем сердцем. С того самого дня, как впервые увидел ее, — он метнул в Яра взгляд, полный ненависти. — Но она выбрала его.

— Вот оно как, — задумчиво произнесла Кристина.

— Да, вот так, Крис, — продолжил Глеб и выдал всю историю целиком.

Оказалось, что Глеб, влюбившись в Полину тогда же, когда Яр познакомился с ней, сразу понял, что у него нет шансов. Бороться он за свою любовь не стал. Яр был его лучшим другом, и он не собирался вставлять ему палки в колеса.

Но такая любовь, любовь, которая не проходит, а с каждым днем становится только сильнее, к тому же — неразделенная любовь, отравляет не только сердце, но и душу.

И он бы не лез, если бы был уверен, что Полина любит Яра. Но Полина с Яром играла, Яр с Полиной стал нервным, недоверчивым, он постоянно был на взводе. Как ни странно, но с таким Яром дела делались раз в десять быстрее, чем когда-либо.

Его начали бояться. Пошел слух о неукротимости Яра. Боялись заочно.

— Если бы она тебя любила, — вздохнул Глеб. — Я бы никогда, слышишь, ты мудак, никогда бы. Но она не любила. Я ей признался. Она… Она не хотела рисковать. Ей не нужен был я, но связываться с тобой, чтобы освободиться, она тоже не хотела. Полина боялась тебя.

Яр стиснул зубы.

Глеб продолжал.

Глеб никак не мог понять, чем он хуже Яра. Не мог он понять, о какой вообще любви между Яром и Полиной идет речь, если со стороны они были похожи на безумную испанскую семью из глупого сериала. Ругань каждый день.

То она орет на Яра, то он на нее.

Казалось, что рано или поздно эти двое поубивают друг друга. С каждым годом любовь Глеба крепчала и вместе с тем все больше отравляла его душу и разум.

— А потом мне пришла в голову простая идея, я удивлялся, почему раньше она не приходила в голову. Ведь Полина не утверждала, что любит тебя. Она сказала, что боится тебя, что устала. Я мог стать ее освободителем. Всего лишь надо убить тебя.

Глеб посмотрел в лицо Яру.

— Я бы убил тебя. И был бы прав. Весь мир бы вздохнул с облегчением. Полина бы вздохнула. И мы бы были счастливы обычной спокойной нормальной любовью.

Но тогда, когда я решился воплотить свой план, оказалось, что Полина беременна Маратом. Планы пришлось отложить. Конечно, не из-за тебя, только из-за Полины. Я не хотел ей такого испытания, как смерть мужа, когда она носит под сердцем ребенка. Я стал ждать.

И чем дольше он ждал, тем больше ненавидел Яра. Ненависть, настоянная на годах. Ненависть к сопернику из-за неразделенной любви женщины, помноженная на решимость и на нежелание дальше жить без Полины, превратила Глеба в человека, живущего одной мыслью — убрать с дороги Яра.

Когда он решился претворить план с тормозами в машине в жизнь, конечно, Глеб никак не рассчитывал, что получится так как получится.

Но смерть Полины не только не остановила Глеба, все для него стало еще хуже. Теперь ему было недостаточно смерти Яра. Конечно, он винил исключительно Яра в смерти Полины.

Его рассудок настолько помутился от ненависти, что он уже перестал различать, где добро, а где зло. Кто и в чем виноват на самом деле.

— Ты, наверное, теперь думаешь, что имеешь право не винить себя в ее смерти, да, Яр? — спросил Глеб Яра.

Яр молчал. Он сел в кресло и словно забыл обо всех нас.

Я представляла, какое сейчас переосмысление всех последних лет происходит в нем. Мне хотелось как-то принять в этом участие. Помочь ему. Но сейчас вмешиваться и что-то говорить точно не к месту.

И потому я молчала. Меня трясло. Сказывалось действие препарата, страх, накаленная обстановка, и непредсказуемость — что сейчас будет-то.

Повисла странная пауза, и в этот момент на Глеба бросилась Кристина в одно мгновение расцарапала ему рожу, как бешеная тигрица.

Яр вскочил, прижал ее к себе и оттащил от Глеба.

— Я убью тебя, скотина! — кричала Кристины. — Ты никогда бы не получил Полину. Потому что она пусть и нервная, пусть и стерва, и доводила Яра своими капризами и выходками, но она знает толк в крутых мужиках. А ты еще пытаешься виноватым Яра сделать?! Да, что у тебя в голове, идиот!

Я поняла из этой сцены только одно. Если сейчас случится что-то страшное, Кристина не будет мне помогать. Она скорее поможет Яру расправиться с Глебом. Внутри все похолодело.

продолжение следует...

Контент взят из интернета

Автор книги Лули Тан Цу