В прошлых постах мы говорили о несоответствии стимула и реакции. О том, что есть определённые вещи, ситуации, люди, интонации, на которые мы реагируем «неадекватно». Но если смотреть чуть глубже, наши реакции всегда адекватны. Вопрос только - чему? Возможно, было неадекватно впадать в гнев или провалиться в паническое состояние в ответ просто на тон голоса начальника. Здесь и сейчас на совещании это, вероятно, было и неадекватно. Но возможно, что эта реакция была вполне адекватна той травматической атмосфере, в которой человек рос и сталкивался с нападками, грубостью, унижением. И что-то в тоне голоса начальника на том совещании напомнило ему об этом. И он оказался затоплен эмоциональным «цунами». Или иногда это может ощущаться как внутренний опустошающий «взрыв». Важно не отмахиваться и не стыдиться своих реакций как «неадекватных», а прислушаться к ним. Возможно, таким образом через эти проявления часть нас хочет что-то сказать или даже рассказать. Это может быть очень детская часть нас, у которой нет слов, но которая хочет через такие реакции поведать о том, с чем мы столкнулись там и тогда. О какой-то ранней катастрофе, которую человек пережил или, вернее, «не пережил». Иногда панические приступы, вспышки «неуместных» эмоций, страхи - это единственная форма памяти, которая у нас есть о том периоде нашей жизни. Это память через наши эмоции. Я могу не помнить то, что случилось, но мои «неадекватные» эмоции помнят всё в самых мелких деталях. И такая бессловесная память нуждается в том, чтобы быть выраженной и рассказанной в словах. Точные слова, которые найдены для этих чувств, в итоге освобождают от таких эмоциональных «взрывов».