Посте смерти папы (папулечки, как говорит мама), она решила построить райский уголок на даче. До этого тут был только забор, дом-вагончик трёхлетней давности и сама земля, на которой папа и мама засеивали всякое по мелочи. Теперь мама решила сделать летнюю беседку, купить готовую баню, организовать небольшой бассейн. А что ей ещё остаётся, когда папы не стало. Только ездить на дачу и обустраивать рай.
Начали с бани, заказали у одной городской конторы. Мама настояла на своём, когда делали бетонные столбики, куда будет поставлена готовая баня. Взяла на помойке небольшие картонные толстостенные коробки, убрала оттуда дно, и вот мы привезли их на дачу. Я привёз маму на машине и полностью доверился ей. Мне было так проще. Почему-то я понадеялся, что если залить в эти коробки без дна бетон, то получится нормально. Попробовал, конечно, вяло настоять на нормальной опалубке из досок, но мама непреклонна. Потому что она всегда непреклонна. Папулечка вот всегда слушался, не возражал, мама всегда это ценила. А я иногда порывался спорить, я более самостоятельный субъект. Тоже самое она говорила про мою жену: самостоятельная какая, споршица! Нам таких в семье не нужно, в сердцах говорила мама. Поэтому я ездил к маме один в последнее время...
И вот мы поставили эти коробки, подложили деревяшечки под некоторыми из них, выставив их таким образом по уровню. Положили ещё внутрь мусорные мешки с отрезанным ножницами дном, чтобы коробки не мокли от бетонной смеси. И стали замешивать бетон в тазу: два ведра отсева, одно ведро цемента, заливаем водой, мешаем скребком, потом ведро щебенки, снова перемешиваем и заливаем в коробки.
Всего должно было быть шесть столбиков высотой сантиметров сорок. Когда я заливал третий столбик, коробку накренило, и когда мы стали поправлять, то порвали её. И тут я не выдерживаю, я психую и начинаю орать, материться даже, нервными движениями беру какие-то доски из домика-вагончика, пилю их пилой по размеру, сколачиваю в формочки под столбики. И через полтора часа шесть деревянных формочек залиты бетоном, выставлены по уровню. Всё как нужно. Я заранее посмотрел обо всём этот в интернете, на всякий случай. Вот пригодилось. Почему-то я снова доверился маме с этими коробками, но доверять нужно было ей всё меньше и меньше... Она молча сидела на стульчике, когда я нервно мельтешил перед ней, когда делал как задумал. Она была растроена. Моя мама немножечко нездорова стала в последние годы, у неё перещелкивает что-то в голове, когда она теряет контроль над ситуацией. Надо мной. Над людьми. И вот она молчит.
Когда я закончил и спросил, довольна она или нет, что все так быстро и правильно сделано, мама ответила не сразу. Я спросил ещё раз и добавил, почему она молчит. Тогда она ответила, скривив губы, что ещё посмотрим, как оно всё выйдет, что ничего определенного сказать не может. Она так и сказала – ничего определенного. Именно такой казённой формулировкой она выразилась. Ладно, ответил я примирительно, пойдём искупаемся на озеро. На наше маленькое озеро по дороге вниз, в нескольких минутах ходьбы от дачи. Мама молча собрала вещи и пошла туда. Как будто не я это предложил, а она сама туда захотела. Я пошёл за ней.
На пляже было несколько человек, наши соседи. Я поприветствовал всех, мама промолчала. Я расстелил полотенце на желто-черном песочке, разделся до трусов, пошел купаться. Нырнул, когда дошел по пояс. Спустя несколько минут разделась до купальника мама и тоже вошла по пояс в наше озеро, окунулась, только без головы. Мы купались недалеко друг от друга минут пятнадцать.
Сначала вышел на берег я, мне хватило, а мама задержалась, ей это купание понравилось явно больше, чем мне. И когда она выходила из воды, я заметил, как расправилось у нее лицо. Она также молчала, но настроение было лучше, очистилось... Может быть ей почаще надо быть на озере. Почаще быть среди природы. В дачно-озерном раю. И когда мы закончим обустраивать дачу, не будет поводов ругаться. Мы будем приезжать сюда, париться в бане, сидеть в летней беседке, плавать в бассейне. Может быть, я даже возьму с собой жену, и они с мамой перестанут ненавидеть друг друга. Будем вспоминать папулечку. Может быть будем улыбаться друг другу.
