Определение Верховного Суда РФ от 27 июня 2024 г. N 305-ЭС24-809
Общество поставило Компании товар, но оплаты не получило. Впоследствии суд взыскал с Компании 5 млн задолженности, но деньги Общество снова не получило - налоговая приняла решение исключить Компанию из ЕГРЮЛ. Исполнительное производство прекратили.
А вскоре и генерального директора Компании Егорова признали банкротом.
Общество обратилось в суд с заявлением о включении в реестр 5 млн задолженности, мотивируя тем, что Егоров при ликвидации Компании действовал недобросовестно (фактически бросил ее, не рассчитавшись с долгами, не принял мер к ее ликвидации в установленном законом порядке, т.е. через ликвидационную комиссию, с извещением кредиторов, с возможным банкротством т.п.).
Суды 3 инстанций отказали.
Позиция судов:
▶️ Наличие непогашенной задолженности у ликвидированной Компании не говорит о вине ее руководителя в этом.
▶️ Егоров не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, так как норма начала действовать с 30.07.2017, а задолженность Компании возникла с 16.05.2016 по 01.12.2016.
▶️ Кредитор имел возможность контролировать решения, принимаемые налоговой службой, однако внесение записи об исключении Компании из ЕГРЮЛ не оспаривал.
Позиция Верховного Суда:
1) Исключение общества из реестра как недействующего в связи с тем, что в ЕГРЮЛ имеются сведения, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления этой ответственности (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ, определение ВС РФ от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).
2) Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций, при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно.
Отсутствие у юрлица документов, хранение которых являлось обязательным, закон связывает с тем, что контролирующее лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие лица за такое поведение несут ответственность (определения ВС РФ от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).
➡️ Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юлица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес").
3) Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность их поведения в процессе, например, при отказе или уклонении от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление КС РФ от 07.02.2023 N 6-П).
➡️ Егоров не представил в суд никаких документов, не дал объяснений о причинах, по которому долг Компании не был уплачен.
4) Кредитор не должен претерпевать неблагоприятные имущественные последствия того, что он не смог помешать контролировавшим должника лицам "бросить бизнес" и уклониться тем самым от расчетов с ним.
Требование Общества включили в реестр в третью очередь.