Никогда ещё ваш автор не доходила до слёз, пытаясь распутать ниточку интересной темы и разгадать загадку места, куда попала. Но ведь всё когда-то случается впервые…
Меня гуляли по иорданской столице. Я была в Аммане несчётное количество раз, но сюда без своих добрых знакомых никогда бы не попала: дорогой район Западного Аммана, виллы, сады, люксовые продуктовые, где можно найти даже то, что больше нигде нельзя.
Церковь они приготовили для меня сюрпризом, не предупреждая.
Когда подошли поближе, сказали, что знают только принадлежность — Сирийская. Внутри никогда не были. И мы пошли наудачу искать "нутрь".
Прозвучит цинично, но нам повезло, церковь была открыта: в одном из залов для торжеств (да, прямо в церкви) собрались люди, чтобы помянуть кого-то из своего прихода. А дальше — всё тот же арабский мир, добрее которого к "путнику" нет, и вот уже нам дают провожатого, чтобы показал церковь и рассказал про неё.
Я была счастлива, что у одного из нас отличный арабский язык и что всё рассказанное я потом услышу на русском, и ушла фотографировать. Но… Вот бывают такие "но", что ломают все предположения. У провожатого оказался не совсем иорданский язык, а знаток иорданского был бесконечно далёк от церковной темы в принципе. Итог: фотографии — пожалуйста, а что за церковь, почему так странно устроена — понимания почти ноль.
Странно устроена — это про алтари. Вот здесь на фото их три, боковые просто прикрыты завесами.
То есть, помимо основного, не два в дополнительных приделах, как бывает в наших церквях, а вот так, рядком и не за царскими вратами.
Я вернулась к провожатому с вопросом и услышала удивительное: во время молитвы завесы открываются, но если человек за день пришёл не на одну службу, а больше, то каждый раз он должен так поменять своё местоположение, чтобы перед ним был другой алтарь.
Переспросила: церковь ортодоксальная? Православная, то есть, традиционная? — Да. Решила: ну, да так да, потом разберусь, интернет ведь знает всё.
Сначала надо было разобраться с Сирийской церковью. Ведь название же явно не географическое. Очевидно, что понятие несёт иной смысл, куда глубже и историчнее.
Вот сейчас тот, кто не просто блогер, а разбирается в теме, может начинать надо мной смеяться. Я же в конце попытки раскрутить нитку преемственности восточных христианских церквей подавилась слезами бессилия что-либо понять.
Сирийская православная церковь также известна как Западно-Сирийская церковь. Официально - Сирийский православный патриархат Антиохии и всего Востока, а неофициально - Якобитская церковь, то есть, восточно-православная церковь, которая отделилась от Антиохийской церкви. Церковь поддерживает монофизитскую доктрину в христологии и использует Литургию святого Иакова, связанную с Джеймсом Справедливым. Классический сирийский язык является официальным и богослужебным языком церкви (это как у нас старославянский практически).
В шестом веке иерархическая структура монофизитов в регионе была еще более исправлена Джейкобом Барадеем, в то время как прохалкидонская фракция сформировалась, чтобы стать Греческой православной церковью Антиохии (частью более широкой Восточной православной церкви) и маронитской церковью (Восточной католической церковью).
Христиане Сирии и Египта, отвергнувшие монофизитство и принявшие постановление Халкидонского Собора, сохранили лояльность императору в Константинополе. За это они были названы мелхитами. В настоящее время это христиане византийского обряда, принадлежащие к патриархатам Антиохии, Иерусалима и Александрии, независимо от того, униаты они или нет.
В одиннадцатом веке начинается процесс разделения церквей Востока и Запада. Церковь Востока обычно называется православной, а церковь Запада — католической. В настоящее время мелхиты могут быть как католиками, так и православными. То же самое относится и к сирийцам, коптам, несторианам и армянам. Все марониты являются католиками.
На этом месте я и сдалась. Сирийская, и ладно. Пойду, решила, утешусь своими фотографиями. Церковь внутри очень гармонична: одновременно строга и красива.
Не знаю, понятно ли по фото, но в куполе (кубики вокруг люстры) устроены объемные световые "фонари", через которые в определённые часы в молельный зал попадает солнечный свет. Мы были в предвечернее время, игру бликов не увидели. Но представили!
На выходе ждали ещё одно удивление и ещё одно открытие. Нам ведь сказали, что церковь православная, почему же Дева Мария совершенно католическая? Этого я тоже до сих пор не понимаю.
А именно открытие ждало уже дома, когда стала расшифровывать надписи на фотографиях.
Стела памяти столетия со времени Сайфо
Это название преступлению против человечности дали сирийцы. Точно такому же преступлению, что в том же 1915 году совершалось против армян. Не одни армяне "мешали" туркам "строить государство", сирийцы и ассирийцы тоже должны были быть вычищены с турецкой земли. Об армянской трагедии знают все (кроме турок, разумеется). А Сайфо? Здесь интернет помог: меньшие, чем армянские, цифры, но не меньшие ужасы от рук турок. Почему мы так мало или вообще ничего не знаем об этой странице истории Ближнего Востока? Вы не поверите: христианские ветви — сирийская православная, халдейская католическая и ассирийская церковь Востока — не смогли объединить усилия в защите общих интересов и общей памяти.
Снова и снова я думаю: какая же это бессмыслица — делить Единого Бога!
Ну вот, надо же, искала имя этой церкви, искала! Даже в Сирию писала знающему другу, а оно у меня тоже было на снимке:
Кафедральный собор святого Ефрема Сирийской церкви
Ефрем Сирин (ок. 306 - 373 гг.) — так он у нас известен больше. На этот раз житие святого пересказывать не буду, скажу только, что Сирийский он (или Низибийский) — по месту рождения в сирийском городе Низибия и потому, что написал множество церковных гимнов на древнем сирийском языке. Самая же известная написанная Ефремом Сирином молитва — покаянная, читается она в Великий пост.
Вот тут-то мы с вами и дошли до Александра нашего Сергеевича Пушкина
Отцы пустынники и жены непорочны,
Чтоб сердцем возлетать во области заочны,
Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв,
Сложили множество божественных молитв;
Но ни одна из них меня не умиляет,
Как та, которую священник повторяет
Во дни печальные Великого поста;
Всех чаще мне она приходит на уста
И падшего крепит неведомою силой:
Владыко дней моих! дух праздности унылой,
Любоначалия, змеи сокрытой сей,
И празднословия не дай душе моей.
Но дай мне зреть мои, о боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья,
И дух смирения, терпения, любви
И целомудрия мне в сердце оживи.
Она здесь, эта молитва Ефрема Сирина. Написано стихотворение в 1836, в последнее лето Пушкина, издано уже после того, как самого его не стало.
Вот так бывает. Холодный март иорданского Аммана, сирийская церковь с неразгаданными алтарями и историей безумной делёжки христиан между иерархами, о необходимости в которых в Библии днём с огнём ничего не найдёшь, почитаемый на Руси святой, его молитва, Пушкин, русский блогер в Иордании… Какой маленький у нас мир, как близко в нём всё, как аккуратно надо его беречь.
Но... Я написала это вчера, 14 июля 2024 для воскресного вашего чтения. Но написала и поняла: надо отложить хотя бы на день, не даст Дзен места для святых и церкви далёкой мусульманской страны, когда в фаворе очередные безумные, злые, совсем не человеко- и миролюбивые новости? Погрустим от этого вместе? Хотите? Вы знаете как это сделать даже молча – просто поставить лайк. Такая вот смесь чувств и технологий...