Принц проснулся из-за тишины. Будто мир умер. Сел на кровати, с лица соскользнули пропитанные снадобьями марлевые компрессы. Кровать скрипнула, и звук показался громче шторма. Океан молчи, царит мертвенный штиль. Принц подошёл к окну окликнуть дракона, такая тишина явно неспроста... снаружи никого нет. Утёс залит серебряным светом, а лес у подножия похож на океан тьмы. Под ногами поскрипывают половицы, башня стонет.
— Какого... — Прошептал принц.
Говорить громче кажется преступлением. Крылья носа раздулись, уловив новый, но хорошо знакомый запах. Гарь. Густой и сладкий аромат. Принц выбежал из башни, остановился на пороге. Вдали у подножия гор в стороне башни Фелаксии, поднимается столб чёрного дыма. Основание подсвеченной всполохами огня.
Колючие мурашки осыпали плечи, побежали по спине и рукам. Вернулся в башню, тороплив и криво нацепил накладную грудь, набросил прогулочное платье. Скрипя зубами от злобы на ситуацию и сыновий дол перед отцом, который вынужден выплачивать из-за древнего обещания оного.
Выметался наружу и побежал к пожарищу, чувствуя, как ледяная лапа страха сжимает сердце. Морозные иглы пронзают, скрипят на хребте. Ворвался в лес, как дикий тур, понёсся, закрывая лицо локтями и сшибая молодые деревья, выворачивая с корнем. Низкие ветви цепляются за платье, стараются сорвать, оголить тело, чтобы ужаснуться и удивиться. С каждым шагом сердце бьётся быстрее, разгоняет кипящую кровь, мышц стонут от переполняющей силы.
Выметался на поляну и остановился, ухватившись рукой за дерево. Отчего-то жалобно затрещало, ствол ощутимо хрустнул и в пальцах остался весомый кусок сырой древесины. На поляне лежит обугленный гастрафет. Металлические части оплавились, а от телеги, на которой он размещался, остались только обода и гвозди.
— Нет... — Выдохнул принц и завертел головой, боясь разглядеть среди деревьев мёртвого дракона.
Дуновение ветра принесло бой баранов. Принц оскалился, отряхнул платье и пошёл на звук. Стискивая кулаки.
***
Чем ближе, тем жутче бой барабанов, через него проступают голоса, полные кровожадной радости. Пахнет гарью и горелым мясом. Принц прошёл через кустарник и остановился в тени. На широкой поляне беснуются мужчины в набедренных повязках, отсветы пламени играют бликами на потных телах. Рядом с огромным костром, где вместо дров горят стволы вековых деревьев, лежат связанные драконы. Морды обвиты железными цепями, как и лапы.
На противоположной стороне из брёвен возведён высокий трон, на котором восседает... Принц заморгал, сначала решил, что это огр. Но нет, огромный воин, в одной набедренной повязке. Бронзовая кожа покрыта линиями ритуальных татуировок, а чёрные волосы прижаты золотым обручем. Одной рукой он держит огромный рог с вином, а другой... Альму. Принцесса пытается сторониться, но исполин гулко смеётся и прижимает к себе и вскидывает рог в очередном тосте. От него веет дикой силой, а при каждом движении мышцы вздуваются, красуясь толстыми венами и прожилками.
Шек ёрзает, старается подняться, но на шею наброшенной несколько цепей на стальных кольях, вбитых в землю по шляпки. Фелаксия, судя по всему, без сознания. Принц облегчённо выдохнул и стиснул зубы, у подножия трона стоят железные клетки. В одной сгорбился неизвестный мужчина, телосложение не уступающий вождю варваров, а в другой — уже знакомый сир Дваждыбабойбит. Последний выглядит даже хуже, чем в последнюю встречу.
Принц сплюнул в сторону, подтянул рукава, за время бега порвавшиеся в лохмы, выше локтя, и шагнул на поляну. Сначала его не заметили, затем ближайшие гуляки замолкли и остановились, глядя на «принцессу» круглыми глазами.
Барабаны стихли, и все взгляды устремились к незваному гостю. Даже Шек утих. Альма замерла, прижав кулачки к груди, а принц только сейчас разглядел стальной ошейник. В глазах начало краснеть, а кулаки сжались с отчётливым хрустом.
— Ба! — Взревел вождь, наклоняясь и указывая на «принцессу» рогом. — Последняя девка сама пришла! А мы хотели оставить тебя на утро! Тащите её ко мне!