Две недели на Валааме. Часть 3. Финал.

Помните Фоку из предыдущей части? Услышав, что нас «обидели» семинаристы из позапрошлой части, он слегка разозлился. Огонь вырывался из его ноздрей, глаз, ушей и неназванных отверстий. Сказал: «Щас!» и укатил на мопеде. Вернувшись, вручил огромную шоколадку с коньяком, сказав: «Они очень извиняются». Приятно.

Но одной из самых запоминающихся частей нашей поездки стала трапеза… Когда Фока притащил на с невестой «на покушать», я и подумать не мог, что сие вызовет переживания острее, чем кровавая луна или лежание в гробу. Причем снова мне повезло иметь член бороду, поскольку монастырь-то мужской, бабоньки там тоже кушали, но в отдельном помещении, поскольку их мало.
Монахи, трудники, гости монастыря и прочие лица в количестве человек 200 собрались в просторном зале, больше всего напоминавшем Большой Зал из Хогвартса. Длинные столы, уставленные всякой снедью, высоченные потолки, куча людей в черном.
Еще перед входом в зал, мне было сказано Фокой: «Делай тоже самое, что и остальные». Положим, с задачей «стоять рылом вон туда и молчать» я справился, но, когда все начали креститься и читать молитвы, я почувствовал себя слегка неуютно. Представьте, что вы попали на сцену, где массово танцуют некий танец, а вы движений не знаете.
Но когда началась молитва… Автор нифига не религиозен, но тут и его проняло! Две сотни глоток, читающих нараспев «Отче наш» и еще какие-то молитвы, меня поразили до глубины души. Мало того, что грохот стоял такой, что заливное из рыбы колыхалось, так и красиво жеж! Мне очень хотелось участвовать в этой мистерии, но автор позабыл слова и просто стоял с открытой варежкой, пока действо не закончилось. Но еще поразил тот факт, что невеста с остальными женщинами сидела в малой трапезной за стенкой и им не было слышно ни-че-го! А двери даже не закрыты были…
Кушали много, кушали вкусно. Четыре блюда, непринужденная болтовня, все чудесно. Не хватило только чашки кофе и сигаретки, но это как-то не вписывалось в общую концепцию.

Когда предстояло сворачивать лагерь и отправляться на пристань к теплоходу, Фока вновь решил нам посодействовать и прислал за нами машину с личным водителем. Водителем оказалась некая монахиня, бодро рассекающая по холмистой дороге на ярко-желтом Матизе. Тихая, скромная женщина, облаченная во все черное, что только лицо было на виду, как и положено, вела уверенно, но аккуратно. Но когда на очередной кочке машина громко зацепила днищем какую-то хрень, та на секунду замерла, потом расслабилась, сказала: «Карбоновая защита днища!» и с жестом невероятной крутости надела стильные солнцезащитные очки. Да, Фока нашел водителя себе под стать…

Что автор с собой привез:
- Около килограмма рикотты, отжатой у голодных монахов
- Внушительных размеров кованный гвоздь из развалин церкви
- Серьги, выкопанные из тех же развалин
- Крестик из двух веточек, скрепленных обрывком подрясника одного из монахов (он сам, честное слово!)
- Мешок какой-то ерунды типа фигурки чернокожего боксера, которые насовал автору Фока
- Резная икона святого Фоки, сделанная местным мастером
- Большой дрын, отломанный от лиственницы, которую посадил какой-то очень уважаемый в монастырских кругах деятель
- И, самое главное, невеста.