Какая, в сущности, досадная ошибка —
Одна ненужная, напрасная улыбка.
За ней последует такая же другая.
За ней — ещё одна, и нет конца и края.
Так, улыбаясь, я живу и в смех играю —
И погибаю, пропадаю, умираю.
То боль, то радость — я ношу любые маски
И становлюсь героем чьей-то глупой сказки.
И бесполезны все Всевышнего подсказки —
Они уходят в неизвестность без огласки.
И столько раз всё начинал сначала,
Что начинать сначала снова не пристало.
И столько раз стоял с надеждой у причала —
И ничего, и пустота, и вновь начало.
Стираем мел с доски, и пишем, вновь стираем,
И строим замки, не достроив — разрушаем.
И упускаем, постоянно упускаем.
И пропускаем, и, проснувшись, засыпаем.
И как забыть, что впереди — тупик?
Как делать вид, что ничего не знаешь?
Что ты — как все — предав себя, играешь,
И то, что ты конца не замечаешь?
О Боже, почему понять дано,
Что жизнь — обман,
Что мир вокруг — кино,
Но мне сорвать экран не суждено
И что кому-то это всё равно?
Конвульсии отравы горьким ядом.
Но Ты, Господь, всегда со мною рядом,
Прикрыт тончайшим призрачным нарядом,
И Ты меня всегда пронзаешь взглядом.
И ничего другого мне не надо,
Как пить ту боль и наслаждаться ядом,
И под незримым содрогаться Взглядом,
И задыхаться разложенья смрадом,
Чем быть как все захваченным парадом
Или беззвучным пресмыкаться гадом.
(Между 18 и 20 декабря 2007)