Но таксисты попадали не только в переделки с женщинами, но и в переделки с пассажирами, причем переделки местами очень опасные. Таксисты пропадали со связи, а диспетчера переживали за них всем сердцем. Потому что знали, что так просто связь не пропадает, у этого есть причина. Делится своими страхами с другими, не было смысла, хотя они и сами догадывались, когда я докрикивалась водителя по рации без ответа. Но они слышали только рацию, а я же ещё и по телефону звонила, и телефон тоже не отвечал. Значит не было у водителя возможности ответить. Либо телефон отобрали, либо водителя из машины вывели.
Работал со мной в смене Саша. Красивый, здоровый мужик, мой одногодка. Был он разведен, имел свою жилплощадь, с женщинами может и общался, но рекламы себе не делал. В молодости он прошел Афган, поэтому испугать его было очень сложно. Он брал любые заявки с любыми пассажирами, мне казалось, что он вообще никого не боялся. Настроение у него всегда было стабильно ровное, работу он не прогуливал, выпивал так, что об.этом коллеги по работе не знали. Если диспетчеру нужны были машины на подработку, мог выйти на пару тройку часов не в свою смену. Меня он вдохновлял именно по этому поводу. Всегда готов.
И вот в одну мою смену он пропал на четыре часа. Я знала только одно, он взял пассажиров от бордюра, и сам не знал куда их повез. Что говорить? В то время даже по заявке можно было подхватить кого угодно, а уж от бордюра могли сесть вообще инопланетяне замаскированные. Вот наверное в тот день, Сашка взял именно инопланетян, потому что через полчаса с начала поездки, пропал с орбиты. Ни рация, не телефон не отвечали. Представляете, какие мысли лезли мне в голову? Хорошие мысли испарились уже через час. А через полтора часа я думала только о том, чтобы он остался жив. Других мыслей у меня не было. Таксисты по рации ничего не говорили, а зайдя на базу спрашивали:"Шестнадцатый не объявился?"
И шестнадцатый объявился, когда я уже все жданки съела. И мысленно его уже похоронила и поминки справила. Я услышала что кто то зашёл, потому что хлопнула дверь. Я не ожидала увидеть Сашку, и хотела бросится ему на шею. Но он сделал жест, который говорил о том, что все позже и сел на диван. Вид у него был очень интересный. В лице ни одной кровинки, глаза провалились, скулы торчат. Такое ощущение было, что он не очень здоров, причем не первую неделю. Он достал из кармана только что купленную бутылку водки, открыл ее и стал пить из горла. Саша,только не надо сразу все выпивать! Расскажи мне, что случилось! Где ты пропадал столько времени?
Саша остановился на трети и из другого кармана вытащил булку хлеба и , отломив кусок , стал жевать. А минут через десять из него полилось:" Я никогда не думал, что так бывает, да ещё со мной. Да мне вообще казалось, что все самое страшное осталось в Афгане. Но нет, страшное рядом, и может даже в твоей машине. Представляешь, сели на Школьной трое вроде порядочных мужиков. Им до Раздолья надо. Ну я прикинул, сколько с них содрать можно, и назвал цифру. Они согласились. Деньги вперёд. Отдали. Ну расселись по местам. А за Средним, знаешь, где поворот на Раздолье? Вдруг слышу что то в спину уперлось.
- Мужик, тормози, выходи из машины
Я хотел возмутился, и слышу, что по шее моей ножичек скользит. Холодная такая сталь. А пассажир на колени топорик положил. И как мне быть? Что им нужно? Машину? Деньги? Или просто придурки? Хорошо, что свернуть не успел. А мысли в голове фонтаном бьют. Что делать? Что делать? Что делать? Кто умирать то хочет? И машину жалко. А дальше уже дорога плохая, а если свернуть к Раздолью, там грунтовка, хочешь, не хочешь, притормозишь. В общем, умирать не хочу, что делать, не знаю. А ножик то шею холодит. А топорик то перед глазами. Я уж вроде как с жизнью попрощался, и тут меня просто осенило. Я развернулся и погнал в обратную сторону.
Не думай, что я гнал со скоростью сто километров. Стрелка спидометра перемахнула за двести. В тот момент я молился на свой морковник и понимал, что правильную машину купил. Пассажиры моментально выровнялись.
- Мужик, ты бросай дурить то, с такой скоростью ездить нельзя!
А мне какая разница от чего умирать, от ножа или разбиться? Так что гоню. Они опять с просьбой обращаются, но тон то уже другой. Чувствую, что уже я могу условия диктовать. Ну и диктую.
- Топорик в окно кидани быстренько, а нож мне на колени.
Топор выкинули, нож уже я выкинул, а сам боюсь, вдруг у них ещё что осталось? Высаживать их надо, а где? Их трое, я один, всяко могут меня подмять. И тут смотрю, пункт ГАИ, вот они то мне и нужны! И сегодня они мне друзья, не иначе. Скорость стал сбрасывать за полкилометра. Как раз на стоянке остановился. Пассажиры мои выскочили и бегом на дорогу, знают , что гайцы за ними не побегут. А я пошел осматривать машину. Все хорошо, только короткий ломик сзади оставили. В хозяйстве пригодится. Я машину у базы оставлю? Ну и пошел я. Завтра в семь буду"
Он ушел, а я в очередной раз осознавала, насколько хрупка человеческая жизнь. Не знаешь, когда она закончится, и с помощью чего
Поддержать канал 2202208070220844