Слезы текли по щекам Валентины Сергеевны. Она вначале всхлипывала, когда вышла из военкомата, а потом заплакала. И вот теперь идет по улице и заливается слезами. Сын её Славка ушел контрактником на войну в феврале двадцать второго и пропал. Ни писем, ни телефонных звонков от него не было.
Валентина Сергеевна сделала короткий вдох, а следом длинный выдох. Это ей не помогло. Она еще сильнее заплакала. Да ещё военкома вспомнился в расстёгнутом кителе, с пузом свисающем через ремень и розовыми выпуклыми щеками. «Сын Родину пошел защищать, а они, а они…» « Вот гад! Сказал, чтобы я вообще в военкомат не приходила».
Мысли у неё сейчас был путанные от обиды и отчаяния. «Для меня, для всех наших сограждан, каждый из вас – герой. И я очень хочу, чтобы вы почувствовали теплоту наших сердец, теплоту этой поистине всенародной поддержки». «Это же Президент сказал в самом начале войны на каком-то очередном заседании. И потом не раз парней воюющих в Украине героями называл». «И где теплота и поддержка? Где мой сын Славка - герой. Кто хотя бы одним пальцем пошевелил, чтобы его найти? Война третий год идет. Столько же я сына ищу».
В военкомате Валентина Сергеевна была четыре раза. Даже потребовала письменного ответа военкома на вопрос: где мой сын? А сегодня он её выгнал из кабинета. «Чего вы ходите сюда!», - кричал он на неё.
Была она и в гражданской и военной прокуратурах. Наконец-то выяснила, что сына после подписания контракта отправили в Ярославль, в десантно-штурмовой полк. Валентина Сергеевна поехала в эту воинскую часть.
Возле контрольно-пропускного пункта полка она познакомилась с женщинами, которые ожидали, когда их примет командир. Среди них была жена офицера, пропавшего без вести в самом начале специальной военной операции, мама солдата срочника, призванного весной двадцать третьего года и еще четыре женщины безуспешно разыскивающих своих мужей и сыновей. Валентина Сергеевна, конечно же, с ними познакомилась.
- Давай в нашу группу, - предложила ей Нина Петровна - жена пропавшего офицера. – Мы уже как полгода вместе идем по следам наших. Всегда на связи, поддерживаем друг друга. В прошлом месяце ездили на опознание тел погибших солдат и офицеров. Думали, может, своих среди них найдем. А на следующей неделе поедем в Красный Крест. Там списки составили на обмен. Посмотрим и вдруг имена своих увидим.
«Вместе это хорошо, - подумала Валентина Сергеевна. – Пойдем по следам наших пропавших героев. Кто если не мы будет искать наших сыновей и мужей. Тем, кто при власти и должностях это не надо».
После встречи с командиром полка кое-что прояснилось. Десантно штурмовая группа из состава полка вначале февраля заняла позиции на границе Белоруссии и Украины. И двадцать четвертого февраля двадцать второго года десантники пересекли границу Незалежной и устремились к Киеву. Они взяли Гостомель и атаковали аэродром «Антонов». Через три дня укры их выбили с аэродрома, а взлетно-посадочные полосы фактически уничтожили артиллерийскими снарядами. Транспортники с подкреплением там приземлиться уже не могли. Помощь ждать было не откуда.
Десантники снова получили команду сверху взять аэродром. Они его захватили, с большими потерями среди личного состава. Отбивались от вэсэушников почти месяц. Двадцать пятого марта двадцать второго поступил приказ отступить. Живыми из этих боев вышли немногие. Киев нахрапом взять не удалось. Этому, конечно, нашли оправдание. Часть тел погибших удалось вывести. А сколько там осталось никто не знает. И сколько в плену пацанов оказалось тоже никому не ведомо.
Женщины из сложившейся группы по поиску мужей и сыновей просветили Валентину Сергееву. Она поняла, что нужен рапорт военкома в Министерство обороны. Там официальные переговорщики по обмену пленных. Статус пленного никому доказывать не надо. Достаточно солдата внести в список. С этой целью она сегодня и пришла в военкомат. На неё накричали и выгнали.
«Стоп! Хватит реветь! – приказала себе Валентина Сергеевна. – Завтра поеду в приемную Министерства обороны. А сегодня позвоню девчонкам, расскажу им, как меня турнул военком. И их послушаю. Беда у нас одна. А на всех она меньше».
Она вытерла слезы. «Если в министерстве сына в список на обмен не внесут, поеду на фронт, - теперь размышляла она. -Ничего, что мне пятьдесят шесть, я еще крепкая. Буду идти с бойцами вперед до самой польской границы. И на освобожденных территориях искать сына. Найду Славку! Я девчонкам уже о своих планах, как-то говорила. Они, сказали, что ведь там и убить могут… А я им ответила, что путь сподобятся, сама всех фашистов перестреляю. А славку найду!»
»
ПОСЛЕСЛОВИЕ К РАССКАЗУ.
Эта публикация на основе реальных событий и документов.
Александр Плотников, полковник в отставке.