Найти в Дзене
Бумажный Слон

Матовое стекло

Она очнулась и открыла глаза. Мозг приходил в себя ещё несколько минут. В какой-то момент она поняла, что лежит в капсуле жизнесбережения. За полупрозрачным сводом капсулы неторопливо моргали огоньки автономного медицинского модуля. Память возвращалась постепенно. Вспомнив, что в самый последний момент натужных усилий она как раз и потеряла сознание от боли, а за миг до этого в её боль ворвался вой сирены, она оцепенела. Пронзительный сигнал предрекал гибель всему экипажу, угрозу крушения всей их космической лаборатории. Но, вот, она жива. Всё хорошо? Или всё плохо? А лаборатория? Тридцать человек, где они? Они выжили? Разблокировала капсулу. Холодный пол. Морозный озонированный воздух. Бормотание приборов и аппаратов. Пульт управления модулем. Журнал событий. «Десять двадцать пять, взрыв силового реактора, причина неизвестна. Десять двадцать пять, взрыв энергетического генератора, причина неизвестна. Десять двадцать шесть, катапультирование автономного медицинского модуля. Десять соро

Она очнулась и открыла глаза. Мозг приходил в себя ещё несколько минут. В какой-то момент она поняла, что лежит в капсуле жизнесбережения. За полупрозрачным сводом капсулы неторопливо моргали огоньки автономного медицинского модуля. Память возвращалась постепенно. Вспомнив, что в самый последний момент натужных усилий она как раз и потеряла сознание от боли, а за миг до этого в её боль ворвался вой сирены, она оцепенела. Пронзительный сигнал предрекал гибель всему экипажу, угрозу крушения всей их космической лаборатории. Но, вот, она жива. Всё хорошо? Или всё плохо? А лаборатория? Тридцать человек, где они? Они выжили?

Разблокировала капсулу. Холодный пол. Морозный озонированный воздух. Бормотание приборов и аппаратов. Пульт управления модулем. Журнал событий. «Десять двадцать пять, взрыв силового реактора, причина неизвестна. Десять двадцать пять, взрыв энергетического генератора, причина неизвестна. Десять двадцать шесть, катапультирование автономного медицинского модуля. Десять сорок две, бортовой врач первой категории Юджин Ноо активирует капсулу жизнесбережения номер два, запускает программу реабилитации новорождённого».

От ворвавшихся воспоминаний, она падает на колени. Как? Как! Как можно такое забыть?! Сынуля! Кроме её, открытой, капсулы, в модуле ещё две. Обе активированы. Подскочив к ближайшей, прикосновением ладони отключает матовость стеклянного купола.
– Сыночек мой!

Проверила состояние ребёнка на мониторе – всё отлично, несмотря на преждевременные роды. Медицинская система чётко соблюдает необходимые регламенты по реанимации и поддержанию жизни. Сдерживая порывы открыть капсулу, чтобы не нарушить внутреннюю экологию, и взять на руки сына, она долго умильно разглядывала новорождённого.

Успокоившись, вспомнила про вторую капсулу. Отключила матовость.
– Юджин…

Показатели Юджина пылали красным и оранжевым цветом. Бортовой врач введён автоматикой в искусственную кому, и подвергается интенсивной терапии. Она смотрела на его изуродованное тело, пока матовость капсулы снова не включилась.
– С такими ранами тебе, дорогой друг, смогут помочь только на Земле.

Земля. Да… Надо дождаться, когда нас найдут. Найдут. Найдут?

Гадство! Экран связи погашен – связь не работает. Пространственный транспондер повреждён… Нет, так нас быстро не найдут. Хорошо, аппаратура прокладки курса сработала. В экстренных случаях автономные модули из Ближнего Космоса всегда возвращаются на Землю. А до Земли… с такой скоростью… три… три недели, двадцать один день. Ну, это не долго. Стоп!

– Да что ж такое?!

Кислородные генераторы модуля оказались в нерабочем состоянии. То ли из-за взрывов, то ли из-за катапультирования. Но они не работали. Ни основной, ни резервный.

– Чёрт!

По наивности думая, что вдруг свершится чудо, и получится запустить кислород, она сняла кожух с генераторов. И теперь с бессильной тоской рассматривала раскрытые их внутренности. Нет, чуда не свершилось. Биологу-исследователю в этом лабиринте проводов и трубок не разобраться. Слава богу, поглотители углекислоты в норме.

Других источников кислорода нет, только патроны. Оставшихся кислородных патронов для трёх человек хватит на семь суток. Господи! Семь суток!

Им не растянуть этот запас на три недели. Это не еда, не вода, где можно как-то вытерпеть их отсутствие. Кстати… ну, конечно, с едой и водой всё в порядке. Лучше бы с кислородом!

Что делать то? Попробовать разогнать модуль? Чем?.. Энергетическая установка, отработав весь запас топлива, отстыковалась, придав дополнительную скорость модулю. Разгоняться нечем.

Увеличить запас кислорода нельзя, увеличить скорость нельзя. Нечем. Нечем. Нечем. За-р-р-раза! И никто не поможет. Лаборатория разрушена, остались только они втроём.

Она сидела на полу, смотрела на кровавые высохшие следы на полу на стенках капсул. Юджин… я не знаю, как ты с такими ранами в одиночку засунул меня и малыша в капсулы, как забрался сам… но ты спас нам жизнь. Ты – герой. Жаль только, что твои усилия оказались напрасны. Нам троим не выжить. Мы все задохнёмся и погибнем… Как увеличить запас кислорода? Как? Никак. Тогда надо сократить потребление?

Поднявшись, она ещё раз проверила уровень запаса кислорода.
– На троих семь дней. На одного… двадцать один день.

Воровато оглянулась на капсулы. На три недели кислорода в обрез на одного человека. И если навигационные службы Земли сработают быстро и эффективно… то… И решать надо быстро. Каждая минута – минус один литр кислорода.

Подготовив шлюзовую камеру, она отключила капсулу от систем жизнесохранения. Закатила её внутрь камеры, встала рядом.
– Юджин, дорогой, прости меня. Не могу я иначе. Не могу по-другому. Мой сыночек должен жить. Хоть и недолго, но ты жил, я жила. А он – нет. Юджин… ты же понимаешь, либо мы гибнем все втроём, либо кто-то один выживает. Ведь ты бы поступил точно так же, окажись на моём месте. Пожалуйста, не кори меня. Хотя… кори, ругай, матери… Я иду за тобой, и мне будет всё равно. Да нет, кого я обманываю, мне не будет всё равно. Юджин, дорогой. Прости меня.

Она хотела отключить матовость купола, взглянуть на Юджина последний раз. Но не смогла – он же тоже будет смотреть на неё. Смотреть обвинительным беззащитным взглядом закрытых глаз.

– Чувствую себя предательницей, преступницей, убийцей. Чёрт! Я не могу!

Она вышла из камеры и заревела, прислонившись к стене.
– Миленький мой, прости. Ради бога, прости меня. Но я должна это сделать. Понимаешь!? Должна. У него должно быть солнце, небо, любовь… Я не могу иначе. Прости. Ну, пожалуйста, прости меня.

Но секунды тикали. Она почти физически ощущала, как уменьшаются запасы кислорода. Наконец, размазывая слёзы по лицу, запустила шлюзование. Электрическая катапульта вытолкнула капсулу в открытый космос.

– Прощай, Юджин. Я назову сына твоим именем.

Вернувшись в медицинский отсек, подошла к оставшейся капсуле. Отключила матовость купола, чтобы в последний раз наглядеться сыном.

– Мамочка… – от увиденного она потеряла сознание и повалилась на пол.

Автор: Hulio

Источник: https://litclubbs.ru/duel/1554-matovoe-steklo.html

Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!

Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.

Читайте также: