Вечер в роддоме. Жарко. Кондиционеров в родзале, естественно, нет. Вентиляция работает через раз, преимущественно осенью.
В родблоке 4 женщины. Одна из них - первородка Анна.
Слышим крик из палаты: "У меня что-то полилось."
Осмотр на кресле. Увы, случилось выпадение петель пуповины. Откровенно говоря, этого можно было избежать. Ибо в диагнозе выставлено многоводие. При начале родовой деятельности в такой ситуации показана амниотомия - вскрытие плодного пузыря. Анна же была категорически против данной манипуляции, равно как и против стимуляции окситоцином (которую ей никто и не предлагал) и "прочих ваших акушерских приблуд".
"Я - естественница!" Звучало весьма убедительно, да. Взрослый, разумный подход. 34 годика, как никак. Странно только, что не под ёлкой рожает.
Ну что ж, о показаниях к амниотомии уведомлена, о возможных последствиях в случае отказа предупреждена. Подписанная бумажка в истории родов имеется.
Правда, разгребать последствия все равно пришлось нам - тем, кто далек от естественности со всеми своими крючками-амниотомами и окситоцинами. Воды отошли, а вместе с ними на выход устремилась пуповина. Казалось бы, фальстарт. Однако объем матки несколько уменьшился и голова тоже - хлоп, поспешила на выход и встала. Куда надо встала, стреловидным швом как и полагается. Ну и пуповину ту самую прижала.
Хорошо, мы все на месте были. В смысле, со свободными руками, которыми можно было эту самую голову отодвинуть, хоть немного уменьшая давление на пуповину. Обратно петлю засунуть уже не получилось, сердцебиение плода начало страдать. Справедливости ради надо сказать, что согласие на операцию "естественница" подписала мгновенно, пока ехала в операционную на каталке с моей рукой во влагалище.
Наркоз ей полагался эндотрахеальный, ни о какой спинальной анестезии речи и не шло. Ответственный дежурный врач и операционная сестра начали без меня. Я руку из причинного места вытащила, быстро помылась, оделась и встала на свое место. Все делаем молча, только жесты и взгляды - в команде работать давно привыкли, изредка какое слово от хирурга операционной сестре проскочит. И так до извлечения ребёнка. О его состоянии в такой ситуации можно лишь догадываться.
В спешке у нас даже не было возможности позвонить неонатологам, этим занимались уже акушерки. К счастью, неонатолог тоже оказался весьма быстроног.
Ребёнок на 6 баллов. Девочка, 3200г, 52 см. Могло быть лучше. А могло - и хуже. Гипоксия острая, но извлекли относительно быстро. Летальные случаи даже в роддоме, когда не успевали какие-то минуты, нам тоже, к сожалению, известны. На своём опыте...
Как только ребёнка унесли, все выдохнули.
У анестезиолога все под контролем. Он уже шутить изволил.
-Что, Анастасия Сергеевна, дежурство с кукольного театра начать решили?
Ржём как кони. Нас отпустило. Юмор, понятный не всем. Но женщина под наркозом, а значит, слышат только свои.
Стресс, конечно, нехилый. Спустя несколько лет такой работы я уже не удивляюсь словам своего учителя, профессора-онколога: "Средняя продолжительность жизни хирургов в России - 54 года." Это он говорил в 2012г. Сейчас, возможно, ещё меньше.
С ребёнком в итоге все нормально. На 5е сутки выписали. Маменьку его, естественницу на всю голову, тоже. Она как от наркоза отошла в реанимации, так сразу названивать начала - маме и подруге. Сокрушалась, что сама родить не могла. Потому что "золотого часа", о котором она так мечтала, не случилось. О ребёнке, кстати, особо не волновалась.
Я за стенкой дневники писала, анестезиолог рядышком комментировал вполголоса ее разговор. "Ничего-ничего. В следующий раз родишь. И сома, и плотву..."
P.s.: то была единственная операция за дежурство. Все остальное, как обычно - в поте, мыле, крови, околоплодных водах и меконии. И даже анестезиолога не особо беспокоили. А единственным желанием в 6 утра были лишь 5 минут под прохладным душем. Увы, не сбылось. Двойню с полным открытием привезли...