АВТОСТОПОМ В АД
Лето близилось к концу, а я, нехорошая девочка, за все каникулы так и не выбралась погостить к бабушке. Когда до начала занятий в институте оставалась всего неделя, решила наверстать упущенное.
Дорога была дальней, с пересадками. Поезд, в котором ехала, пришел на станцию с опозданием в сорок минут, и на автобусную станцию я неслась галопом, чтобы успеть на шестичасовую маршрутку. К моему удивлению, на остановке никого не было, зато висело новое расписание - оказывается, часть рейсов по этому маршруту отменили и следующий автобус будет только в семь двадцать.
Это означало, что в деревню попаду не раньше восьми, а ведь до бабушкиного дома еще три километра пешком. Однако топать через посадку одной, да еще в кромешной тьме... Согласитесь, в таком «путешествии» приятного крайне мало!
Конечно, я знала, что молодым девушкам небезопасно пользоваться услугами «частников», но темноты боялась гораздо больше, чем незнакомцев. Поэтому я решительно шагнула к бордюру и подняла руку.
Машин на трассе было мало, и все они проносились мимо. Я голосовала больше получаса, пока наконец возле меня не притормозил старенький пикапчик.
Сунула голову в приоткрытое окошко:
— Добрый день, до Даниловки не подбросите? - спросила, осматривая водителя.
Это был худощавый мужичок лет сорока в засаленной бейсболке и растянутой трикотажной кофте, надетой поверх футболки.
«Типичный фермер. И одет соответственно...» - продолжала я изучение.
Бабушка говорит, что деревенские люди - бесхитростные и добрые, значит, к этому мужчине можно садиться без опаски. Однако, если честно, он мне не понравился. И неухоженность тут была не при чем. Просто в мелких, костистых чертах его лица было что-то неприятное, делающее его похожим на какого-то хищного зверька - то ли куницу, то ли хорька. И глаз практически не видно из-за низко надвинутого на лоб козырька бейсболки...
— До Даниловки? - переспросил мужичок с улыбкой.
— Конечно, подброшу, мне как раз по пути...
Именно его улыбка - открытая и доброжелательная - развеяла мои сомнения. Я уселась рядом с водителем, пристроив дорожную сумку в ногах. В салоне ожидаемо воняло бензином, потом и сигаретным дымом, но присутствовал еще один запах
- неожиданный и чуждый.
Это был тонкий аромат изысканных и явно недешевых женских духов...
— Домой добираетесь? - спросил водитель.
— Нет, к бабушке в гости.
— А сама откуда будешь?
Я ответила.
— Городская, значит.. С мамой и папой живешь?
— С мамой и сестрой.
— А отец? Другую семью завел?
— От водки сдох! Туда ему и дорога! - вырвалось у меня.
Сколько раз я запрещала себе вспоминать об отце, но не получалось: слишком глубокие и болезненные раны он оставил в моей душе. И никогда о нем не говорила, эта тема была для меня табу.
А тут сработал «эффект попутчика», когда совершенно незнакомому человеку выбалтываешь наболевшее.
Я рассказала «фермеру» о том, как отец по пьяни избивал маму и нас с сестрой, как гонялся за нами по квартире с топором, как водил в дом мерзких собутыльников, один из которых однажды меня чуть не изнасиловал...
— Твой батя по сравнению с моим ангелом был, - сказал водила. - Мой такие штуки со мной вытворял, что... да незачем тебе это знать...
Мужик вдруг поддернул рукав кофты и показал страшный рубец на запястье.
— Видала? Это он меня, восьмилетнего, за непослушание вилами «учил».
Чуть выше жуткого шрама я увидела небольшую татуировку в виде глаза. Но рассмотреть ее как следует не удалось - мужик торопливо потянул край рукава вниз.
...За окном мелькнул синий указатель: «Даниловка», поля сменились сельскими домиками, выглядывающими из-за заборов.
— Остановите, пожалуйста, возле рынка, - попросила я, роясь в сумочке в поисках кошелька.
— Показывай, где твоя бабка живет, я тебя прямо к ее дому подброшу, - предложил водитель.
— Спасибо, не нужно... Бабушка не в самом селе живет, а на выселках. До нее еще три километра.
— Тем более довезу, - продолжал настаивать водитель. - У тебя небось сумка тяжелая. Да и темнеет уже. Негоже такой красавице одной в темноте... - он улыбнулся, и снова его улыбка обезоружила меня и полностью притупила бдительность.
— Тогда сразу за сельсоветом повернете направо, доедете до конца улицы, а там через лесок, никуда уже не сворачивая...
Пока мы ехали по селу, водитель спрашивал о какой-то ерунде, но, как въехали в посадку, неожиданно замолчал. Его дыхание стало шумным и прерывистым, на руках, лежащих на руле, вздулись вены, а на виске выступили капли пота. Видно, лоб тоже вспотел, потому что мужчина вытер его ладонью. Для этого ему пришлось поднять козырек бейсболки, и я, столкнувшись с его почти безумным взглядом, похолодела. Мужик резко ударил по тормозам и со словами: «Мне нужно... ненадолго...» выскочил из машины и скрылся за кустами.
Вернулся минут через семь, как ни в чем не бывало сел за руль и, насвистывая что-то веселое, благополучно довез меня до нужного места.
— Птичка моя ненаглядная! - обрадовалась мне бабушка. - А чем же ты от райцентра добиралась? Как доехала?
Я объяснила, и бабуля побледнела:
— Ирочка, разве можно в чужую машину садиться?
У нас в районе за последний год три девушки бесследно пропали! А четвертую изнасиловали и чуть не убили - чудом выжила!
— А последняя насильника запомнила?
— Да она после травмы умом тронулась. Заговариваться стала... Уверяла, что у того нелюдя только один глаз, да и тот на руке!
На следующий день я втайне от бабушки позвонила в полицию и рассказала о мужике из пикапа, который, возможно, является маньяком.
Позже пыталась понять: почему он пожалел меня, а не убил? Может, из-за того, что оба побывали в аду, в который отцы садисты превратили наше детство?