Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

B1ооdу thou art

(Шекспир. Ричард III ) Кровавый день! Злодейство свершено! (Там же) Отправил на имя Байдена в Белый дом обращение, вольно сводящееся ко второму вопросу из предыдущего поста. Преступление не должно остаться ненаказанным. Это я тоже включил в обращение. Теперь повторю известные вещи. Наносить удар по детскому медицинскому центру — это за пределами добра и зла. Я когда-то писал, что у бездны нет дна. Но если это не дно, то что тогда? Впрочем, не нужно забывать про удар по родильному отделению в самом начале: тогда это тоже казалось дном. И похищение и вывоз детей… И театр с надписью большими буквами перед ним: "Дети". (Я сейчас только про детей.) Все, кто принимал (-ет) участие в этих злодеяниях — военные преступники. Те, кто делает это возможным — пособники. Но они с этим жить не будут. Они вне этих категорий и они думают, что они — герои. Ещё они думают, что им всё можно и им за это ничего не будет. Но есть у меня чувство, что однажды они могут понять, что они ошиблись.

(Шекспир. Ричард III )

Кровавый день! Злодейство свершено!
(Там же)

Отправил на имя Байдена в Белый дом обращение, вольно сводящееся ко второму вопросу из предыдущего поста.

Преступление не должно остаться ненаказанным.

Это я тоже включил в обращение.

Теперь повторю известные вещи.

  1. Атака на больницы и госпитали — это военное преступление.
  2. Даже если там лечатся раненые. Они находятся под защитой Женевских Конвенций.
  3. Единственное, когда эта защита снимается, если больница или госпиталь используется в военных целях (например, склад или командный пункт, или казарма).
  4. Но тогда вступает в действие другой пункт: о соразмерности применяемого оружия и о минимизации жертв среди гражданского населения.

Наносить удар по детскому медицинскому центру — это за пределами добра и зла. Я когда-то писал, что у бездны нет дна. Но если это не дно, то что тогда?

Впрочем, не нужно забывать про удар по родильному отделению в самом начале: тогда это тоже казалось дном.

И похищение и вывоз детей…

И театр с надписью большими буквами перед ним: "Дети".

(Я сейчас только про детей.)

Все, кто принимал (-ет) участие в этих злодеяниях — военные преступники.

Те, кто делает это возможным — пособники.

Но они с этим жить не будут.

Они вне этих категорий и они думают, что они — герои.

Ещё они думают, что им всё можно и им за это ничего не будет.

Но есть у меня чувство, что однажды они могут понять, что они ошиблись.