В 1905 году на квартире у поэта-символиста Николая Минского произошло собрание, целью которого было коллективное “служение Богу”, вылившееся в жертвоприношение.
Среди участников были Вячеслав Иванов, Бердяев, Ремизов, Венгеров, Минский (все - с женами), Розанов с падчерицей, Мария Добролюбова, Сологуб. Посетители пытались при помощи движений и кружений по комнате ввести себя в экстаз. Поняв, что это не оказывает эффекта, участники решили выбрать добровольца для жертвоприношения. Им оказался еврей-музыкант, друг падчерицы Розанова. Мужчину символически распяли, пустили кровь, собрали в чашу, смешали с вином и по очереди выпили.
Видно, что в ритуале переплетаются черты христианских таинств и дионисийских мистерий. Как получилось такое смешение? Почему культ Диониса стал важной частью Серебряного века?
Если вы часто задаетесь вопросами во время чтения, то заходите ко мне в телеграм-канал! Я люблю вычитывать интересные вещи, искать ответы на вопросы и, чего уж там, просто обсуждать книги!
Проделки Ницше
Известным фактом является то, что Ницше оказал огромное влияние на культуру Серебряного века. Не менее известным фактом является то, что сочинение “Рождение трагедии из духа музыки” принадлежит перу философа. Идеи, положенные в основу произведения, впечатлили Вячеслава Иванова, который в своих работах и даже жизни обсуждал и развивал и распространял идеи Ницше.
Чем же интересно “Рождение трагедии из духа музыки” в сегодняшнем разговоре? В своем тексте Ницше говорит о двух состояниях человека, которые формируют культуру: аполлоническом и дионисийском. По названиям видно, что название термины берут от имен двух известных древнегреческих богов.
Аполлоническое начало - это торжество рациональности, сдержанности и гармонии, которое порождает пластические искусства. Символика этого начала понятна нам интуитивно. Аполлон - это умеренность, индивидуализм, логика, ясность, выверенность и контроль. Дионисийское начало - строгая противоположность аполлоническому: потеря контроля, неистовость, буйство, слияние, хаос. Оно отвечает за музыку, как за самое страстное и эмоциональное (по мнению Ницше) из искусств. Два этих понятия сходятся как половинки и образуют полную картину мира (а в мире искусства - трагедию). Недостаток одного из начал разрушает равновесие, нарушает всеобщую гармонию. Такое происходит и в современном Ницше мире, ведь культура после Софокла и Эсхила пытается задушить в себе дионисийское и руководствуется лишь логикой, разумом и прогрессом.
Произведения и идеи Ницше были приняты русской интеллигенцией не сразу, и только после 1900 года философ стал невероятно популярен. Его читали, его идеями увлекались. Сама атмосфера века, предчувствие конца, мистицизм и нестабильность, были почвой, на которой хорошо прижились идеи и мысли немецкого философа. Все эти факторы способствовали тому, что в Ницше увидели скорее мистика и пророка. В то же время методами борьбы с кризисами жизненного уклада, государства и церкви стали обращения к прошлому, к другим религиям. Тут ницшеанский дионисийзм пришелся как нельзя вовремя.
Постскриптум
Прежде чем продолжить работу над второй частью статьи, где я расскажу про культ Диониса, хочется пару слов набросать и о “Тайной истории”, которая вынесена в название. Именно про этот роман Донны Тартт я вспомнила, читая о собрании на квартире у Минского. События в романе напомнили мне о том, что в “Тайной истории” дионисийская мистерия несла в себе потерю и контроля, и индивидуальности, встретилось даже убийство - самая настоящая вакханалия. Это было сюжето- и смыслообразующее происшествие. Мне очень интересно видеть, что Дионис появился где-то еще, интересно проследить, какой символикой наполнено его присутствие в Серебряном веке.
Пока я готовлю вторую часть статьи, вы можете посмотреть другие мои работы про античность. Например, здесь рассказываю, в чем на самом деле трагедия Электры, а здесь рассказываю, почему за изнасилование Медузы горгоны Афина наказала ее саму.