Встретились как-то в таверне два некроманта, и один другому давай рассказывать о своих экспериментах, как он зомби все умнее и умнее делает. Второй слушал, слушал, да никак его эти речи не впечатляли. Наконец, он и сам заговорил:
— А я своих зомби умнее делать больше никогда не буду. Чем они глупее — тем меньше проблем.
— Как это так? — удивился первый некромант.
— Создал я как-то таких умных зомби, что они даже говорить умели. Отправил их деревеньку ближайшую грабить, а сам стал ждать. К вечеру вижу — возвращаются. Ну, думаю, принесли мне добычу! А они как давай ворота моего замка штурмовать! На меня же и обозлились.
— Кто-то контроль перехватил?
— Да как бы не так! Когда контроль перехватывают, то зомби начинают питаться от маны нового хозяина, а эти мою ману жрут и мои же ворота ломают! Их... — некромант вздохнул, — заболтали.
Его собеседник хохотнул.
— Священник на путь истинный направил?
— Да нет, священника они в первую очередь в подвал загнали и люк камнем придавили, чтоб не вылез. Это я все узнал, когда их препарировать начал и память извлекать. Там бард был. Его тоже в какую-то башню загнали, да на той башне был балкон, так он на него вышел и на уши моим мертвякам присел. «Я знаю, кем вы были, когда еще жили. Слушайте, и я все раскрою!» — это он им сказал.
— Ага, мертвецы же не помнят ничего о прежней жизни, но знают, что когда-то жили, отсюда и ненависть к живущим у них дикая, на зависти замешанная. А он откуда о них узнал? Ты из этой же деревни трупы собирал?
— Да ничего он не знал, просто наврал. Эти ж барды на ходу такое придумают, что историки лет десять проверять будут, а так и не решат, правда или ложь. Вот этот и начал им с балкона заливать, какие они хорошие при жизни были, какие славные подвиги совершали и как их всех любили. Только некромант, мол, тела похитил, да суть их извратил. Обычные бы зомби и слушать не стали, потому что понять бы не смогли, а мои уши развесили, вопросы барду задают, о прошлой жизни узнают. Это уже не разорение деревни, а лекция какая-то!
Некромант с раздражением постучал по столу, а затем продолжил:
— Однорукому зомби наплел, что тот великий воин был, невинных защищал, а руку в бою потерял. Но я же помню, что он у меня одноруким получился, потому что его в хранилище крысы обглодали. Воин он, как же. Вот так всем и наплел, что я над их памятью надругался и вместо почетного посмертия обрек деревни грабить. Да я их даже не на самом кладбище выкапывал, а за оградой, куда разбойников хоронили! И вот они с пустыми руками ко мне вернулись, да против меня же и восстали. Я их, конечно, сразу упокоил, но потом пришлось самому всех их на костер таскать и ворота латать.
Первый некромант развеселился.
— Бывает же, а! Я хоть на опыте знаю, что зомби к режущему оружию уязвимы, а вот чтобы острый язык тоже к этому относился, даже не догадывался!
— Я тебя предупредил, а ты хоть смейся дальше, хоть думай, делать ли своих кадавров умнее табуретки.
Сказал он так и ушел по своим делам. Новые зомби сами себя не откопают.