- Думаете, совсем сельский люд с "катушек съехал" да умом тронулся, ежели цветок папоротника до сей поры по лесам шукает. Кабы-не-так. Цветёт он, папоротник тот. Раз в год и совсем недолго, но кто видел хоть раз это диво, завсегда к Природе-Матушке ближее становится.
- Однажды заглядывал в наш хутор мужичок один. С виду – бродяга, голь перекатная, а каменьев самоцветных полны карманы. Да и серебра со златом в котомке его было столько, что швы расползались от тяжести. Иваном назвался да на краю села шалаш выстроил. В шалаше том и ночь коротал да непогоду переживал. А днём всё на реку ходил. Зайдёт, бывало, в воды по пояс, руки к небу подымет и песнь заведёт. Слова вроде простые и неброские, да за душу цепляют, что репей за портки.
- Накануне, когда день световой на самом пике своём, отправился Ванька в леса дремучие. Долго его не было, думали, сгинул тот в лапах зверя хищного. Всё ж возвертался Ванёк ранним утречком, с пустыми карманами да с порожней котомкой.
- "Куды богатство своё подевал" – спрашали его селяне, а тот в ответ только лыбился, да улыбкою чистой и праведной. Под вечор тогда он костёр на поляне зажёг, да стал прыгать чрез него. Потянулся люд хуторской до кострища. Девки красны да добры молодцы. Нутром, видимо, что-то почуяли, да в пример Ивану стали через пламень сигать. А Купальник тот песнь завёл, да таку звонкую, что слышны слова были за десять вёрст.
- Апосля, когда поленья ужо до углей рассыпались, Ванька на пенёк присел да рассказ завёл. Красны-девицы да добры-молодцы рядком расположились и уши вострили. А говаривал Купальник наш про богатство своё несметное, что в хутор притащил в карманах да котомке. Мол, каждый камешек самоцветный – частичка злобы людской, что собрал он в пути своём долгом. Каждая монета, золотая ли, серебряная – кроха алчности человеческой, что селится в каждом. Вот и бродил он по белу свету, собирал всю корысть людскую, да в котомку складывал. А как пришёл в наш хутор, стал песни Небу петь. Видимо услышали его там бабка Прасковья да дед Никодим, да и указали путь верный. В лес дремучий Иван отправился, в чащу дальнюю, куда стопа людская ни разу не хаживала. Вырыл ямку под деревом, да закопал в ей все грехи человеческие, стало быть – изумруды с алмазами и серебро со златом. Место то водой родниковой полил. Глядь, а через минуту и росток пробился. Папоротник в один миг разросся и зацвёл. Огнём жарким его цветок горел, но не обжигал Ванькиных ладоней, потому как чист он душой был, да сердцем богат. И открылись ему тогда знания об устройстве мироздания. Таинство бытия да Вселенское равновесие. Мудрости вдоволь Иван набрался, да возвертался в наш хутор. В ём и поделился своими размышлениями.
- С той поры и повелось через костёр сигать да песни заводить. Кто чист нутром и духом силён, тот не убоится огня испепеляющего.
- Ну а девки завсегда венки свои плели, потому и плетут до сей поры. На воду запускают – ждуть суженного своего. На то оне и девки. А Ваньку Купальника Прасковья к себя призвала. Таперича, он главный по науке и мудрости Вселенской у ней.
- Когда Иван в путь-дорогу собирался, говаривал хуторянам о цветке папоротника. Вот и ищуть его до сих пор. И, поверьте, находють...
08.07.2024. Е. Баюрин.
другие "версии" интервью вы найдёте в этой подборке: