Е. М. был молодым, приятной наружности человеком, по слухам, он закончил Ленинградский институт. Он прекрасно владел английским языком и умел интересно подавать материал.
Выглядел он всегда отлично: всегда в костюме, при галстуке, аккуратно подстрижен. Со студентами общался вежливо и если и раздражался из-за чего-то, то старался сдерживаться.
Как-то мы с Ячменевой были свидетельницей его встречи с девушкой. Мы сидели в парке напротив института и видели, как он вышел к ожидавшей его девушке: он нежно поцеловал ее в щёчку, обнял за талию и повел к выходу из парка.
Как-то раз две моих подруги были приглашены молодыми людьми в один из баров. Следует заметить, что бывали в таких местах мы крайне редко, а в этот раз девчонкам захотелось посмотреть, что же так привлекает молодежь. "Сами мы не местные", пошли туда, куда повели.
Обстановка в баре была приятная: звучали песни в исполнении Д. Дассена, в воздухе витал запах хороших сигарет, царил полумрак.
Наши уселись на низенькие кожаные диванчики, перед которыми стояли низенькие же столики, сделали заказ и болтали ни о чем.
Коктейли в высоких бокалах принесли быстро.
Только-только друзья начали их пробовать, как в зал вошёл наш Е. М. Один.
Наши растерялись, повскакивали со своих мест, не зная, то ли здороваться, то ли прятаться... А он очень приветливо поздоровался со своими студентами и произнес фразу, которую ну никак не ожидали услышать наши студентки:
-Продолжайте, товарищи, продолжайте!
Девчонки потом пару дней сильно переживали, тряслись, ожидая вызова в деканат для разбора полетов. Ведь посещение таких заведений, распитие спиртных напитков никак не вязалось со светлым образом и моральным обликом комсомольцев, строителей коммунизма и, что важнее всего, будущими учителями, сеятелями разумного и вечного.
К слову, ни разу Е. М не вспоминал об этой случайной встрече, хотя иногда злился на студентов, если они чего-то не догоняли, распекал за лень и пропуски занятий.