В 1818 году полярный исследователь Джон Росс, тогда еще никакой не «сэр», отправился на поиски Северо-Западного прохода на двух кораблях, «Изабелле» и «Александре». Его план заключался в том, чтобы обогнуть северо-восточное побережье Америки и пройти через Берингов пролив.
Добравшись до пролива Ланкастер в Канаде, Росс посмотрел в свой телескоп и «увидел», что путь ему преграждает огромный горный хребет. Он развернул свои корабли и вернулся домой, к большому недоумению своих офицеров. Никто на кораблях, кроме Росса, не видел этих призрачных гор, и все настаивали на продолжении пути.
Вернувшись домой, Росс упорно стоял на своём. Он даже подробно описал горы в своём журнале и дал им название - Крокеровы Холмы, в честь секретаря Адмиралтейства Джона Вильсона Крокера. Год спустя, когда бывший старший помощник Росса, Уильям Эдвард Парри, спокойно прошёл «сквозь» Крокеровы Холмы, Россу пришлось признать свою ошибку. Критики даже предлагали переименовать горы в «Чокеровы Холмы» (одно из значений слова choker в английском – неудачник, лузер).
Опозоренный тем, что принял мираж за горный хребет и назвал его в честь чиновника Адмиралтейства, Росс отчаянно пытался восстановить свою подмоченную репутацию. В 1829 году он предпринял новую попытку найти Северо-Западный проход, но на этот раз Адмиралтейство отказалось предоставить ему корабли. Тогда он обратился к своему другу Феликсу Буту, разбогатевшему на производстве джина Booth's Gin, с просьбой профинансировать экспедицию. И так уж получилось, что единственная в истории масштабная арктическая экспедиция, организованная на частные средства, привела к тому, что один из самых больших полуостровов в Северной Америке был назван в честь алкогольного напитка и его создателя – Бутия.
Росс отправился в плавание на небольшом стареньком пароходе под названием «Виктори», преисполненный надежд, но радость его была недолгой. Всего через несколько недель пути он так разозлился на неисправный паровой котёл корабля, что приказал выбросить его за борт. Затем он направил судно в ледяную ловушку (которую, конечно же, назвал «заливом Бута»), откуда «Виктори», несмотря на героические усилия офицеров и команды, так и не смогла выбраться.
Подкрепляясь джином, любезно предоставленным спонсором, в условиях невыносимых лишений, Росс находил время, чтобы поднять флаг в честь дня рождения короля. Когда белый медведь откусил ногу одному из членов экипажа, Росс приказал корабельному плотнику изготовить протез. Долгое время считавшийся погибшим, Росс, в конце концов, был спасён и вернулся домой из этого эпического путешествия с необычным сувениром – черепом своего друга, местного аборигена-инуита, который, по мнению Росса, идеально подходил для изучения френологии.
И снова картографические таланты Росса вызвали споры. Вернувшись в Англию, он, пользуясь своим авторитетом руководителя экспедиции, назвал группу островов, которые никогда не видел, «Островами Кларенса», а затем добавил к ним несколько вымышленных островов, чтобы произвести впечатление на нового короля (и бывшего герцога Кларенского) Вильгельма IV. В конце концов, в 1834 году Джон Росс был возведен в рыцарское достоинство и стал именоваться сэром Джоном, чему в большей степени поспособствовало его умение тонко чувствовать политический момент, нежели реальный вклад в географическую науку.