Плыла река, и пьяный зной ласкал, играли блёстки ярко так и шало, и воду из посудин выливал направо и налево сам Купала. И с криками носилась ребятня, мокрохонька, а радости в том было!.. И что-то тоже там, внутри меня, по-детски и отчаянно шалило. И оттого, что таяла душа, из солнца, брызг, вся в капельках по телу, вдруг женщина красивая прошла и на меня с улыбкой посмотрела. Игриво, откровенно, не таясь, и я, наверно, клясться не устану, что не было красивей в мире глаз, и не было стройнее в мире стана. Случайная, ты из какой дали? Не с той звезды, что в ночь, скользнув, упала? Ты неба дочь? А, может, дочь земли Иванова, проказника, Купалы? Шалунья ненаглядная его? И вот сегодня, в этот день высокий, ты вняла зо́ву сердца моего и из мечты пришла моей далёкой. Тебя ли я повсюду не искал? Ты предо мной, но оттого не легче. Плыла река. И жаркий зной ласкал твоё лицо и грудь твою, и плечи. Но чей-то голос звал тебя назад. Ты уходила вновь в сплошные брызги и улыбалась. А твои глаза и губ