Скачкообразное повышение сложности каменных орудий, обнаруженное учеными, позволяет предположить, что знания гоминидов внезапно возросли около 600 тыс. лет назад. Этот факт объясняет, как предки человека научились адаптироваться к новой среде.
Это время, которое потенциально может даже «предшествовать разделению неандертальцев и предков современных людей и быть общей производной чертой обеих ветвей», — объясняют антрополог Джонатан Пейдж из Университета Миссури и антрополог Чарльз Перро из Университета штата Аризона, которые сообщают об этих выводах в новой работе.
Исследователи проанализировали технологии изготовления каменных орудий за 3,3 млн лет эволюции человека. Они распределили 62 этапа изготовления орудий труда в порядке возрастания их сложности для орудий, найденных на 57 стоянках древних людей. Самый ранний артефакт был обнаружен в Африке, однако в анализ были также включены орудия из Евразии, Гренландии, Сахула, Океании и Северной и Южной Америки.
Пейдж и Перро обнаружили, что до 1,8 млн лет назад последовательность изготовления каменных орудий состояла из двух-четырех этапов. В течение последующих 1,2 млн лет сложность орудий возрастала, доходя до семи этапов. Однако только около 600 тыс. лет назад наши предки вышли на новый уровень.
К этому моменту сложность изготовления орудий могла достигать 18 этапов. По мнению Пейджа и Перро, столь значительный технологический прогресс обусловлен тем, что знания передавались от предыдущих поколений. Это является признаком кумулятивной культуры. В последующих поколениях сложность каменных орудий продолжала быстро расти.
«Кумулятивная культура — это накопление модификаций, инноваций и усовершенствований на протяжении нескольких поколений посредством социального обучения, — пишут Пейдж и Перро в своей статье. — Усовершенствования, модификации и удачные ошибки на протяжении поколений могут породить технологии и ноу-хау, намного превосходящие то, что один человек мог бы изобрести самостоятельно в течение своей жизни. Когда ребенок наследует культуру своих родителей, он наследует результат тысяч лет удачных ошибок и экспериментов».
Кумулятивная культура приносит пользу популяции различными способами, увеличивая шансы на решение проблем путем проб и ошибок на протяжении многих поколений, подобно тому как эволюция делает это путем случайных мутаций и естественного отбора. Она также позволяет людям использовать и развивать технологии без необходимости полностью понимать все аспекты их создания, обеспечивая постоянно растущий и адаптирующийся пул знаний.
По мере роста этого коллективного знания и связанного с ним поведения гены, влияющие на обучение, также могли подвергаться отбору. «Продуктами этого процесса коэволюции генов и культуры могут быть увеличение относительного размера мозга, продолжительная жизнь и другие ключевые черты, лежащие в основе уникальности человека как вида», — объясняют Пейдж и Перро.
Несмотря на то что результаты исследования дают надежное подтверждение присутствия кумулятивной культуры в начале среднего плейстоцена, этот тип культурного интеллекта мог возникнуть еще раньше в нашей эволюционной истории, отмечают Пейдж и Перро, но не так легко сохранился.
«Вполне возможно, что именно благодаря кумулятивной культуре ранние гоминины развили сложные социальные, кормовые и технологические формы поведения, которые не прослеживаются археологически, — пишут они. — Опора на кумулятивную культуру могла обеспечить мощную селективную силу, которая сформировала многие уникальные черты современного человека».
Загадка вымирания неандертальцев, в то время как человек выжил, остается одним из ключевых вопросов в истории человечества. В течение долгого времени ученые задумывались, не стали ли наши вымершие близкие родственники жертвами вирусных инфекций, которые по-прежнему поражают современного человека. Эта теория сталаболее правдоподобной с обнаружением древней ДНК трех вирусов, найденных в костях неандертальцев возрастом 50 тыс. лет, обнаруженных в пещере Чагырская в России.
