Друзья, спешу порадовать вас новостью об одном очень важном, с моей точки зрения, события - выпуск двух виски в серии посвящённой выдающимся деятелям российской культуры производителем виски с мировым именем - Samaroli. В то время, когда все мировые бренды ушли из нашей страны, плюс активно стараются отменить российское культурное наследие, принято видеть, что есть те, кто продолжает выпускать лимитированные издания для нашей страны, при этом посвящённые выдающимся россиянам, внёсшим огромный вклад в мировую культуру. При этом, производитель в лице Антонио Блеве сам решил, кому посвятить первые два релиза и какой виски выбрать для этого. Плюс подобрал для этого отдельные описания, которые написаны на контр этикетках на русском языке.
И вот два виски, посвящённые Антону Павловичу Чехову и Петру Ильичу Чайковскому уже пришли к нам в Россию и доступны у дистрибьютера Samaroli - компании FortWine. А я люблю пробовать интересные новинки, особенно когда это получается сделать одним из первых. Но про сам виски я расскажу отдельно, а сейчас я хочу обратить внимание на оформление этикеток, которое опять-таки придумал сам Антонио Блеве. Пётр Ильич Чайковский смотрит в окно, за которым находится вишнёвый сад, в то время, как Антон Павлович Чехов любуется лебединым озером. Самое интересное, что всему этому есть интересная историческая подоплёка (классный виски должен идти с не менее хорошей историей, а без этого сложно). И я хочу коротко поделится интересными фактами, про которые узнал лишь после того, как увидел эти виски. Так что, иногда увлечение этим интересным напитком помогает и глубже изучать историю, культуру, открывать новые для себя факты. Поэтому этому вопросу я и стараюсь уделять отдельное внимание на моём канале, а не просто писать о том, какой виски лучше купить в сетевых магазинах со скидкой и подешевле, при этом и чтобы от него голова не болела после распития бутылки. Увы это не мой конёк. Для меня важен не только сам виски, но и то, что за ним стоит.
Всё началось 19 апреля 1887 года, когда рассказ А. П. Чехова «Письмо» («Миряне»), опубликованный в газете «Новое время», был прочитан П. И. Чайковским. И он настолько ему понравился, что уже 20 апреля Чайковский отправил письмо Чехову на адрес редакции «Нового времени», где высказал «свою радость обрести такой свежий и самобытный талант» (этого письма Чехов не получил). Их личная встреча и знакомство произошли 14 декабря 1888 года за завтраком у М. И. Чайковского. В дальнейшем, 12 октября 1889 года Чехов сообщает Чайковскому, что хочет посвятить ему сборник рассказов «Хмурые люди». Получив от Чехова письмо, в котором писатель 6 раз спрашивал разрешения на посвящение ему сборника «Хмурые люди», Чайковский пришел в дом на Садовой-Кудринской, чтобы лично поблагодарить Чехова. И как раз при этой встрече они «разговаривали о музыке и о литературе» и «обсуждали содержание будущего либретто для оперы “Бэла”, которую собирался сочинить Чайковский. Он хотел, чтобы это либретто написал для него по Лермонтову брат Антон. Бэла — сопрано, Печорин — баритон, Максим Максимыч — тенор, Казбич — бас». Около 23 марта 1890 года вышел сборник «Хмурые люди» с посвящением Чайковскому (рекомендую почитать).
План совместного создания оперы на сюжет лермонтовской повести не осуществился, Чайковский был отвлечен новым замыслом — в Италии он начал работать над «Пиковой дамой». Чехов в это время готовился к поездке на Сахалин. В последующие годы отношения Чехова и Чайковского сохранили свою первоначальную тональность, но на расстоянии; связующим звеном между ними был М. И. Чайковский, с которым Чехова объединяли общие драматургические интересы и круг петербургских литераторов.
В эти годы возникают в чеховском творчестве упоминания о Чайковском в самых значительных контекстах. Его музыка служит камертоном душевного состояния героев — самого чистого, непосредственного и глубоко лиричного; она пробуждает в душе молодой девушки радость жизни, жажду поэзии и красоты («После театра», 1892); в ленивом и равнодушном человеке она открывает то, что «за суетой и пошлостями» он сам в себе «не успевает понять и оценить» (Грузин в «Рассказе неизвестного человека», 1893).
На смерть Чайковского Чехов откликнулся словами: «Известие поразило меня. Страшная тоска… Я глубоко уважал и любил Петра Ильича, многим ему обязан. Сочувствую всей душой. Чехов».
Мне видеться, что Антонио Блеве был знаком с этой историей. Кроме того, эти виски являются неким посвящением нереализованным шедеврам, великим союзам, которым по стечению обстоятельств не суждено было осуществиться. Надеюсь, что это вдохновит вас прочитать или перечитать рассказы Чехова, а также послушать гениальную музыку Чайковского, можно к этому добавить и драм одного из этих двух виски по настроению.
Как вы видите, оформление бутылок вызвало у меня желание узнать, как были связаны два великих деятеля российской и мировой культуры. Так что, при правильном подходе, виски - это не только предмет получения эффекта опьянения (я всегда выступаю против этого), а прежде всего проводник в мир истории и искусства, когда начинаешь глубже изучать людей, которые связны с конкретными брендами и винокурнями, а также интересными историческими событиями, которые могут вдохновлять и на выпуск очень интересного виски, но об этом поговорим уже в следующих частях, а пока АНТРАКТ.
Употребляйте крепкие напитки умеренно. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ! Всем отличного настроения! Slàinte!