Инициатива всегда наказуема. Но неравнодушие если с твёрдой верой всегда оправдана. Так было и с мучеником Волковым и Никитой Сухаревым. Они оба входили в двадцатку которые защищали интересы последнего, из тогда служивших в городе Орехово-Зуеве Московской области, храма Рождества Богородицы. И хотя долго не продолжалось его строительство и благоукрашение, и вот-вот казалось будет вновь действовать, но радость прихожан сменилась печалью. Наступило время безбожников и в 1939 году храм был закрыт. Есть одно молитвенное прошение, которое очень важно для человека. Сохраняйте его у себя, что бы не забыли: https://t.me/molitvaikona/5805.
И вот о нем как раз и хлопотала официально зарегистрирована двадцатка. Старостой ее бы Димитрии Иванович Волков. Выходец, из крестьянской семьи. Грамоте был научен родителями, пастырями и богослужением в храме. Работал столяром, а под конец когда исполнилось ему 69 лет вышел на пенсию. И как раз началось его время церковных дел.
Но чтобы храм открылся, нужно было много о нем походатайствовать. И для этого в первую очередь зарегистрировать священника.
Старосте Волкову пришлось очень много мытарств, чтобы этому было место быть. Представитель и участники двадцатки сделали все возможное, чтобы храм открылся. От прихода они собрали и выплатили 3 тысячи рублей за все налоги и сделали ремонт. И только потом храм мог открыться. Потому что власти под разными предлогами требовали им дать разрешение на открытие храма.
Но так и не дали на него разрешение. Никита Сухарев же очень беспокоился о судьбе храма и не меньше, чем староста приложил усилия. Но председатель совета сказал, что на митингах рабочие местных фабрик требуют закрытия храма.
Позже им и вовсе поставили вопрос ребром и сказали, чтобы добивались уже разрешения в верховном совете РСФСР.
15 мая 1941 года Дмитрий Иванович и Никита Андреевич отправились в приемную Верховного Совета с жалобой на действия местных властей и с просьбой открыть храм. В ней писалось: «В целях обеспечения за гражданами свободы совести, Церковь в СССР отделена от государства и школа от Церкви. Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.
Мы, община, несколько раз обращались в Орехово-Зуевский горсовет о регистрации священника к нашему храму. Каждая община, если она зарегистрирована, то имеет право этого требовать, если она выполняет все взятые на себя по договору обязательства...
Все обязательства, взятые нами, – выполнены, а также и налоги, согласно выписанных документов райисполкома, нами выплачены. В чем же дело?»[1]
Ответа на свое письмо верующие та ки не дождались вместо этого их оклеветали и якобы они требовали открыть храм путем провокаций и лжесвидетельств. В этом случае читайте краткие молитвы ко Господу нашему Иисусу Христу. Для этого переходите по ссылке: https://t.me/molitvaikona/5888.
По открытию храма большую роль сыграл Никита Андреевич Сухарев, который, исходя из своих глубоких религиозных убеждений, и ходатайствует за его открытие. «Никита Андреевич обижается на советскую власть, потому что советская власть закрывает церкви, – сообщил осведомитель. – 31 мая 1941 года Никита Андреевич сказал: “Дали нам конституцию, по ней мы имеем право хлопотать, а на самом деле хлопотать очень трудно, – значит, конституция одно, а на деле другое...” В апреле 1941 года в церкви... Никита Андреевич говорил: “Все, что делается у нас в стране сейчас... взято с римского времени: как раньше было гонение на христиан... так и у нас сейчас делается. Вот взять учение Маркса-Энгельса, – этим учением одурачили наш народ, и народ отошел от Церкви... Какие выпустили законы! – за каждый малейший проступок судят, сажают в тюрьму”»[2].
Но когда началась Великая Отечественная война дело приняло другие обороты и они уже оба были арестованы и обвинены в контрреволюционных преступлениях. Долго на них давали, пытались найти доказательства об антисоветских действиях, но они оба не были уличены ни в чем подобном.
27 декабря 1941 года Особое Совещание при НКВД приговорило Дмитрия Ивановича Волкова и Никиту Андреевича Сухарева к пяти годам ссылки в Омскую область. Несмотря на приговор к ссылке, они, однако, не были освобождены из тюрьмы. Преклонный возраст, едва переносимые условия этапа, изнурительные круглосуточные допросы, содержание в тюрьме на голодном пайке, да еще во время войны, когда и солдаты не получали в достатке продуктов, быстро приблизили их смерть. Церковный староста Дмитрий Иванович Волков скончался 4 марта 1942 года в омской тюрьме № 1 и был погребен в безвестной могиле. Член церковной двадцатки Никита Андреевич Сухарев скончался через четыре месяца в той же тюрьме, 4 июля 1942 года, и также был погребен в безвестной могиле.