Было плохо. Из-за сильнейшей слабости и острого приступа головокружения Михай не мог голову от подушки оторвать. Так и лежал бы, да только возмущённый откровенно мерзким отношением желудок взбунтовался.
К горлу подкатил обжигающий кислый на вкус ком. Под его действием все остальные симптомы недомогания моментально отошли на второй план.
Михай опрометью побежал в уличный туалет. Честно говоря, и сам не понял, как ухитрился донести до того места столь настойчиво просящееся наружу содержимое желудка.
Проблевавшись, мужик обнаружил, что голове стало намного легче.
Только слабость снова вступила в свои права, поэтому Мехай упустил момент, когда снова очутился на кровати.
Мужика разбудил душераздирающий треск. Его гудящая от не до конца выветрившегося похмелья голова отказалась вообще что-либо воспринимать.
— Ну и гроза! — эмоционально воскликнула подоспевшая к окну матушка.
Немного погодя, странный треск электрических разрядов прекратился.
Ливень, кстати, так и не начался.
— Туман какой-то странный, — проворчала родительница и зачем-то вышла на улицу.
Через приоткрывшиеся двери противно завоняло кислятиной. Этот химический запах окончательно разбудил Михая. Он ощутил, как с новой силой разболелась голова и вернулась нудная тошнота.
Матушка, зажав нос рукой, вбежала в дом и при этом жутко ругалась.
Измученный недомоганием мужик осознал, что последний запой был совсем не кстати (впрочем, как и предыдущие), а произошедший катаклизм только ухудшил общее самочувствие страдальца.
До уличного туалета в этот раз Михай не добежал, зато успел выскочить на крылечко. Секунду спустя, его полоскало так, будто и не было предыдущей чистки желудка. Виной всему, как полагал мужик был странный химический туман.
— Быстро домой, пока окончательно не траванулся! — заругалась через приоткрывшиеся двери матушка.
— Отвали, ... без тебя тошно, — Михай довольно грубо отмахнулся и продолжил чистить желудок.
— В кого же ты вырос-то такой, а?! — завела свою привычную песню родительница через закрытые двери.
Нерадивый сын ничего не мог сказать: спазмы желудка и новые позывы не давали этого сделать.
— Все дети, как дети: выросли и женились, каждый при деле давно! И только ты беспутный оказался! Ну, посмотри на себя, в кого ты превратился! Смотреть тошно! Всю жизнь пропил, теперь сидишь на шее матери-старухи!
Ругань матери изнемогающего Михая только раздражала. Он и так знал, кем являлся, но до последнего надеялся, что всё наверстает. Правда, это раскаяние длилось ровно до очередного свидания с зелёным змием.
Матушка занудливо ворчала, а сын невежливо огрызался между спазмами.
— Пойду я, сын, приму аспирин: а то что-то голова разболелась, совсем покоя не даёт, — сказала родительница и отошла от двери.
Михай был искренне рад, что она отстала. Легче ему не становилось, но хоть рвать перестало и на том спасибо.
— А свет-то куда делся?! — снова воскликнула матушка. — Опять, наверно, провода повредило...
— Хрен на них, — отозвался сын и тут же плюхнулся на вожделенную кровать.
— Лучше бы делом занялся! — опять принялась ворчать мать. — А то дожил до пятидесяти лет и до сих пор на всё хрен ложишь.
Заглотив аспирин, она легла на соседнюю кровать.
Михай долго ворочался на кровати. Голове мужика легче не становилось, поэтому, оставив бесполезные попытки уснуть, он отправился за оставшейся в холодильнике недопитой бутылке водки.
Последний отходняк оказался неожиданно тяжёлым, но выпитая стопка сорокоградусной вообще не помогла. Долгожданное облегчение не наступило. Вместо этого Михай обнаружил, как его желудок в очередной раз заходил ходуном. Через пару секунд мужик опять побежал его чистить. Блевать уже было нечем, но тело продолжало упрямо мучить пустыми позывами. Порядком уставшему от собственного недомогания Михаю казалось, будто он сейчас вывернется наизнанку. К счастью, это издевательство прекратилось.
Зато на смену ему пришла сильнейшая жажда и она не укрощалась даже после употребления неправдоподобно огромного объёма воды.
«Больше никогда так пить не буду!», — покаянно подумал Михай.
Его живот раздулся как шар. Мужик даже нормально прилечь не мог: в противном случае выпитая жидкость бы просто вылилась обратно. Ну, хоть выворачивать перестало и на том хорошо!
Только пить Михаю хотелось по-прежнему, но физически некуда. Так и маялся он неизвестно сколько времени.
Без света было толком нечем заняться: телевизор не посмотреть, запущенным огородиком заниматься неохота.
Не придумав ничего лучше, мужик вышел прогуляться за ограду. Лучше бы он этого не делал! Просто поведение людей сильно расстраивало общительного Михая. Многие из них стали непривычно заторможенными, зависали на середине фразы или отвечали невпопад.
Плюнув на всё, пришедший в себя пьяница, вернулся домой.
В это время проснулась матушка. Вроде бы в произошедшем событии ничего необычного, но она почему-то не спешила подниматься на ноги и тупо смотрела в стену.
«Наверно, обиделась на мои выходки», — предположил Михай. В общем-то родительнице было на что сердиться, поэтому он на всякий случай проявил участие. — Как голова, матушка?
Мама проигнорировала вопрос сына. Она даже голову повернуть не удосужилась.
— Прости, я дурак у тебя, — принялся каяться мужик. — Единственный непутёвый сын, но зато всегда рядом. В любой момент помочь могу, ты главное, обращайся.
Родительница по-прежнему не реагировала на слова. Сын на всякий случай подошёл к женщине, положил на её спину ладонь. Реакция матери оказалась неожиданной: она резко поднялась на ноги и принялась ритмично раскачиваться.
Шокированный Михай едва успел отскочить в сторону. В противном случае он бы просто рухнул на пол.
— Я боюсь за тебя, мама, — испуганно прошептал сын.
Матушка продолжала раскачиваться. Её поведение сильно пугало Михая, но он ничего с этим не мог сделать.
— Мама, очнись! — мужик окрикнул родительницу.
Женщина, утробно заурчав, набросилась на сына. Перепуганный Михай едва от неё отбился. Только передышка оказалась временной: обезумевшая родительница продолжала нападать, изо всех сил пытаясь дорваться до вожделенной плоти.
Положение сына становилось ужасным, ведь он совсем не хотел вредить родной маме. По чистому везению ситуацию спас открытый погреб. Во время схватки Михай свалился туда, случайно зацепив при этом открывавшуюся наружу дверь. Это его и спасло: враз обезумевшая родительница не сообразила, их открыть.
Сын сообразил закрыть дверь на тяжёлую щеколду.
С перепугу он зарылся в лежащие на старых скамейках тряпки.
Обезумевшая матушка страшно урчала и с маниакальным упорством скреблась в дверь.
Михай решительно не понимал, что происходит, ведь самый родной человек в одночасье стал чужим.
А ведь всё началось с появления злосчастного вонючего тумана! Возможно, в нём содержалось какое-то отравляющее вещество или вирус. Если догадки мужика верны, его ожидает точно такая же участь. При ином раскладе можно было бы и повозмущаться для порядка, да поискать виноватых. Только, похоже, правдорубство ничего не даст.
Пока Михай не мог определиться, от чего недомогал больше: от вчерашнего похмелья или из-за вредного действия газа. Мужика колотило как в ознобе, по его коже то и дело пробегал неприятный холод.
Желудок в очередной раз скрутило в узел, но пока не рвало.
— Марья Ивановна, что с вами? — раздался голос, вошедшего в дом, соседа Митяя.
Михай и рад был предупредить давнего собутыльника, но физически не успевал этого сделать.
Обезумевшая родительница моментально среагировала на голос незваного гостя.
— Марья Ивановна... Марья Ивановна... а-а-а-а-а-а!!! — Митяй, наконец, сообразил, что разговоры бесполезны.
Матушка (если судить по раздавшемуся грохоту и воплю) напала на незадачливого соседа.
Он явно успел убежать, заодно избавил от неприятного соседства и самого Михая.
Мужик, несмотря на то, что дом опустел, и не думал выбираться из погреба. На самом деле у него просто не получалось взять себя в руки. Удивительно, но этот страх помог.
Количество обезумевших людей росло на территории дачного посёлка в геометрической прогрессии. Они пожирали друг друга, ещё не успевших потерять рассудок товарищей. К жуткому пиру безумцев присоединялись и не менее сумасшедшие хищники.
Михаю же не оставалось ничего иного, кроме как сидеть, сжавшись в комок, в углу да ужасаться безграничности жестокости.
К жуткому пиршеству явно присоединился кто-то более опасный. Мужик знал это на слух. Он не выглядывал, так как небезосновательно боялся собственного обнаружения.
Все звуки ужаса лишь стихли к вечеру. Только тогда Михай рискнул вылезти из кучи тряпок. Из-за долгой неподвижности его тело онемело. Мужик, чтобы сделать полноценный шаг, старательно разминался.
Потом он начал осторожными шагами измерять спасительный подвал.
Легче не становилось, Михай осознавал, что по-хорошему ему надо хоть что-то закинуть в желудок: чистка желудка и последующее голодание полезны лишь в определённых пределах. Во время стресса организму нужна дополнительная порция сил, но мужик не рискнул сразу же набрасываться на домашнюю тушёнку. Для начала он открыл банку компота, попытался сделать хотя бы глоток, но тело взбунтовалось и сразу же потребовало новый сеанс чистки. Михай от греха подальше отставил в сторону питьё.
Томительное в своей тревожности ожидание затягивалось. Вместе с ним таяли и надежды на спасительную помощь властей.
«Никому мы не нужны: накуролесили и оставили, как есть», — мрачно подумал мужик.
Темнело. Расстроенный Михай не придумал ничего лучше, как забыться тревожным сном.
Боль из-за потери матушки настигла его утром, в момент пробуждения. Следом за ней наступило время запоздалого раскаяния и самобичевания.
Мужик беззвучно плакал, прижавшись лицом к старым тряпкам. Он пожалел о многом: о бесконечных пьянках, беспутной жизни и нежелании вовремя взять себя в руки.
Теперь время упущено. Михаю не был известен подлинный масштаб катастрофы, дальнейшая судьба братьев, их жён и племянников.
Он многое понял, но теперь слишком поздно.
Легче не становилось. Из-за этого, мужику приходилось практически через силу вливать себя компот. Ресурсы организма нужно было хоть как-то поддерживать.
Михай очень долго боялся выйти на улицу. Он так бы и просидел в погребе весь следующий день, но нужда заставила покинуть иллюзорно безопасное помещение.
«Не мочиться же прямо у себя под носом», — с отвращением подумал мужик. Да, он был общепризнанным пьяницей, только пока ещё не опустился до степени полного озверения.
Добираться до ближайшего угла приходилось осторожно, короткими перебежками: мало ли какие опасности могут скрываться на просторах окуренной химией неизвестного происхождения улице.
Михай поражался самому себе, так как понятия не имел, по какой причине до сих пор жив и сохранил рассудок.
Но ещё больше он удивлялся противоестественной пустоте. Это пугало даже больше, чем кишащие монстрами улицы.
Мужик точно такими же короткими перебежками вернулся в убежище. Стабильно отвратительное самочувствие не улучшало настроение, поэтому Михай не придумал ничего лучше, как снова зарыться в тряпки.
Следующий день и ночь прошли в забытьи. Мужик чувствовал, как его сознание становилось спутанным. Нормально есть он по-прежнему не мог, поэтому продолжал пить понемногу компот.
Потом нервы Михая сдали. Он больше не видел смысла прятаться. Наплевав на субординацию и осторожность, мужик побежал, куда глаза глядят. Так он надеялся хоть кого-то из выживших людей встретить, если не сгинуть в лапах безумцев.
— Господи, помилуй! Господи-и-и-и!!! — не выдержав эмоционального накала, запричитал.
— Тихо! — коротко скомандовал женский голос. — А то всех окрестных монстров приманишь!
Михай испуганно замер, повернулся и тупо уставился на странную девчонку. А поглядеть было на что: тело девушки было в крови, из одежды на ней только не очень чистый лифчик да заляпанные джинсы. Мужик краем глаза заметил на боку у незнакомки перевязанную несвежей футболкой рану. В курах у незнакомки окровавленный кухонный топорик, и он явно был совсем недавно использован по назначению.
— Ты кто? — спросил мужик единственное, что пришло в голову.
— Сколько дней бродишь? — девушка по неизвестной причине не спешила называть своё имя.
— Не знаю... много, — растерянно проговорил мужик и тут же начал делиться пережитыми впечатлениями. — Всё нормально с посёлком было! А потом вонь такая вместе с туманом пришла. Я ваще местность узнавать перестал. Соседи жаловались, что света не стало. А мне-то чо! Давно отключили електричество за неуплату. Позже все вокруг озверели и начали жрать друг друга! Еле ноги унёс: в подвале спрятался! — Михай от избытка чувств почти рыдал, но потом вспомнил, что нечаянно солгал незнакомке. На самом деле незадолго до произошедшего события матушка всё-таки расплатилась за электроэнергию.
— Веди туда! — решительно потребовала девушка.
Честно говоря, мужик всерьёз побаивался эту странную воительницу, но не рискнул с ней спорить и повёл в своё нехитрое жилище.
— Сюда, сюда! — приглашающе махнул рукой мужик, попутно открывая дверь подвала.
— Матушка озверела, — виновато пожал плечами Михай, как только заметил излишнее внимание незнакомки к свежим отметинам на двери.
— Мне бы одежду, — коротко попросила девушка, удивительно, но она приняла на первый взгляд дикое пояснение как само собой разумеющееся.
— Сейчас! — с готовностью отозвался мужик, и поспешил открыть искалеченную монстрами дверцу шкафа.
— Они могут прийти..., — осторожно предупредил девушку Михай, заметив, что она не сильно торопится.
Незнакомка больше не стала задерживаться. Тем более уже стемнело окончательно.
Вроде бы странная девушка вела себя адекватно, но мужик всерьёз боялся её возможного помешательства. Он на всякий случай старался держаться подальше от незнакомки.
— Как себя чувствуешь? — поинтересовалась она по неизвестной причине.
— Голова болит, тошнит, и пить хочется. Травиться-то вроде нечем, — доверчиво сообщил Михай.
Девушка незамедлительно достала из рюкзака бутылку со странной мутноватой жидкостью:
— Выпей пару глотков. На запах и вкус не обращай внимания — это лекарство.
Мужик отхлебнул, даже не поморщившись. Вкус у странного напитка действительно был отвратительный, пьяница со стажем легко употреблял и более омерзительный алкоголь.
— Помогло ведь! — ошарашено прошептал он. После того как таинственный напиток попал в желудок, стало значительно легче
— Теперь живец наше всё, — сказала девушка. — Утром научу его готовить.
Михай окончательно престал что-либо понимать: «Какой живец?».
— Выжил ещё кто-нибудь кроме тебя? — продолжала допытываться незнакомка.
— Я не знаю..., — разнервничался мужик. Ему не хотелось в очередной раз проворачивать в голове пережитый кошмар. — Тут такое творилось! Люди жрали друг друга.... Сосед с собакой гулял. Так потом она его и слопала. Ещё пришла какая-то страхолюдина, а она лопала уже отъевшихся шизиков...
— Эта тварь больше никого не съест, — поделилась она неожиданной новостью. — Я её собственноручно убила.
— Как? — опешил мужик.
— Сама не знаю, ... подручные средства помогли, — вдруг начала старательно подбирать нужные слова незнакомка.
— Они были людьми, — вяло промямлил Михай. — Потом внезапно превратились в людоедов.
— Инфекция..., грибок-паразит, — пыталась хоть как-то разъяснить ситуацию девушка.
— Мы тоже заразимся? — мужик растерялся из-за услышанной новости.
— Уже заразились, ... — не обрадовала его девушка.
— Как? — у бедного Михая глаза на лоб полезли.
— Стикс — это царство особого грибка. Именно он разделяет живые создания на иммунных и заражённых. Чтобы попасть под контроль грибка, нужно быть хищником и весить больше пятнадцати килограммов, — с философским видом делилась с ним информацией незнакомка.
— Я тогда кто?! — мужик окончательно перестал понимать хоть что-то.
— Давай, спать. Я устала, — девушка в прямом смысле ушла от ставшего неудобным разговора.
Михай и рад бы поморочиться, но усталость взяла своё. Он и сам не заметил, как уснул, ... впервые за всё время после странной катастрофы.
Специально для сборника «Кисляк».
| Рассказы на канале | Кисляк | Анонсы в ТГ |
Если вы забыли подписаться на канал, сделайте это, пожалуйста, сейчас. В настоящее время продвигаются только каналы, на которых есть подписчики, регулярно возвращающиеся на канал. Спасибо за ваш интерес к нашему творчеству и поддержку!