Вампиры бывают разные. И я сейчас не о том, что нужно побрызгать вокруг святой водой и на всякий случай рассыпать рис. А о том, что это очень подвижный образ, и каждый автор может слепить из него именно то, что нужно ему. Это может быть нечто романтичное, как блестящий на солнце Эдвард или обаятельный плохиш Деймон Сальваторе. Это могут быть красивые, величественные вампиры с выкрученной на максимум эмоциональностью Энн Райс. Это могут быть монстры Стокера или Кинга. Вампиризм может быть эпидемией, как у Матесона. Можно перечислять до бесконечности, чтобы подсчитать все существующие вампирские книги не хватит и дня.
И этим длинным абзацем я вела к тому, что я люблю вампиров. Они меня очаровывают в большинстве своих ипостасей. Но вот с вампирами Светланы Поделинской у меня не очень сложилось. И на это есть несколько причин.
Эдгар — вампир уже двести лет. Двести лет ожидания, чтобы наконец-то заполучить желаемое. Девятнадцатилетняя Лаура уже сама идет ему в руки, не в силах сопротивляться этой связи. Она — частичка его длинного рода. Его суженая. Его избранная.
У Лауры всегда была только сестра. Родители, конечно, тоже есть, но мама предпочитает игнорировать ее существование, а папа слишком любит маму, чтобы его сердце вмещало кого-то еще. Именно Джемайма ее самая близкая семья, подруга, защитница. Та, которую больнее всего потерять.
Эта книга — это двухвековая история одной семьи, наполненная пороками, кровосмешением, страстями и несчастьем. Как будто над ними просыпали проклятье, да так старательно, что понадобится добрых двести лет, чтобы начать очищаться.
— У тебя нет ничего своего, — сказал ей Эдгар, и в его мягком, бархатном голосе отчетливо обозначились металлические нотки. — Ты просто сгусток моей крови, отражение моих мыслей, плод моего воображения. Я нахожу в тебе только то, что хочу видеть. И прошлого у тебя нет.
Страстей много, но никто не вызвал у меня сочувствия. А для меня в книгах важно зацепиться хоть за одного персонажа, чтобы смотреть на историю его глазами. Глазами Эдгара у меня посмотреть не получилось, такого эгоиста еще нужно поискать. Вампризм ему очень подходит, его напыщенной, эгоистичной и насквозь черной душе, которая думает только о себе. Есть еще глаза Лауры, но она осталась пустышкой, слишком сломанной куклой, чтобы заинтересовать. Потенциал был у Джемаймы, но она родилась не в той семье. Пусть она и выбрала свой путь, родовое проклятье настигло и ее.
Поэтому я осталась наедине с собой и кучей героев, к которым я не испытывала ничего, кроме отдаленного болезненного любопытства, с которым я разглядываю змей или пауков. Но за образ Эдгара готова поаплодировать писательнице, он живой и очень раздражающий.
Как ни странно, атмосфера книги — это еще одна причина, почему у меня с историей не сложилось. Она есть, довольно густая, напоминающая готический роман, но в меня не попала. Скорее всего просто не мой слог, такое бывает, когда я очень спотыкаюсь о красивости текста, а хочу бежать вперед.
Я понимаю, за что эту историю любят и понимаю, за что ругают. В ней есть то, что вызывает эмоции: токсичные, нездоровые отношения, насилие, жестокость и депрессия всех мастей. Это не романтичное фэнтези, на идею о котором может обманчиво натолкнуть быстрый взгляд на обложку. А довольно кусачий роман о деструктивной семье.
Проходите, располагайтесь, Книжный Енот вам всегда будет рад и расскажет о самых уютных, захватывающих и интересных книгах.