Миновал июнь, длинные дни и короткие ночи. Ночи-то короткие, да бывает, сколько дури наснится!
×××
И снится мне сон. Будто мы с мужем в Стамбуле, и заболел у мужа зуб. Присоветовали ему местное зуболечебное заведение, взяли под белы рученьки да сопроводили. А ещё сказали те добрые люди, что клиенту дантиста выдаётся бесплатно чашечка кофе.
Повели мужа лечиться, а я следом пробираюсь. Смотрю, район-то вроде знакомый - в прошлый раз, когда мы были в Стамбуле, так тут и жили, в районе Фатих. В двух шагах от Святой Софии. Рассуждаю: после турецкого лечения мужу точно будет не до кофе. А выпью-ка я его сама, пока он там...
Да, говорят мне, вот ваш кофе. Хороший был кофеек, пью - и думаю, что никогда такого вкусного не пила....Допиваю и ухожу - бесплатно же!
А турок орёт - плати! И зубы скалит. Белые такие зубы.
А я-то знаю, что все деньги у мужа. А муж неведомо где.
Надеясь неизвестно на что, открываю кошелёк. А там вдруг лиры турецкие, бумажка в пять лир (я знаю, что не бывает таких бумажек, но сон же!)
Сколько должна, спрашиваю. Турок: сорок восемь лир!
Да знаю я, что не бывает таких цен, да и национальная валюта их там мало интересует. Но сон же!
Перебираю банкноты в кошельке. Вдруг большая такая вынимается, с картинкой...достоинством в сорок восемь лир!
Занавес.
Муж, когда я это ему рассказала, припомнил анекдот советских времен.
Сидят два фальшивомонетчика, купюры штампуют. Зазевались как-то, отвлеклись - и вышла у них купюра в пятнадцать рублей.
Один говорит другому:
- Схожу-ка я к соседу, попрошу разменять. Он, как известно, дурак. Авось и разменяет.
Приходит назад в двумя купюрами в руке.
- Я же говорил, он полный кретин! Разменял! Вот, по семь и восемь.
×××
Дурацкая получилась статья. А что вы хотели, в такую-то жару.
ххх
Необходимый, как мне кажется, постскриптум. Сон и соответствующее сочинение случились летом, действительно в разгар умопомрачающей жары. Публиковать я эту статью на дзен не собиралась - дурь ведь полная. И не стала бы, не приключись со мной подло и на ровном месте болезни, лишившей меня 150% (именно так) моей обычной работоспособности. Сейчас вот только и хватило, что добраться до возлюбленного Мёдова и осесть в розах. К счастью, засуха и отсутствие полива почти на месяц моего отсутствия розам не повредили. Наоборот - цветут и здоровы. Разве что розе Бенджамин Бриттен - досталось ему, жертве летней пересадки, в этом сезоне - какая-то насекомая гадость отъела макушку. Такие полукруги в листьях выгрызены. Да бутоны розы Дойче Вэлле обсыпаны меленькими белыми тварюшками, которые, если бутон потрясти, сыплются, точно перхоть. Пропала молоденькая свежепосаженная астильба. Засох клопогон, а также инкарвиллея - но она, бурно цветущая все лето напролёт, дала вызревшие семена, так что ей, возможно, пора пришла отмереть до весны. Клопогон, однако, я пересажу; вдруг да оживёт. Обнаружились же зелёные листья у бузульника, который к моменту моего приезда был похож на кучу хвороста. К чему я: истощился мой запас статей, а новых писать пока нет сил. Вот и вытащила из дальнего сусека.
Постскриптум получился едва ли не длинее статьи. Но это ничего: должна же я рассказать что-то про сад! Мы с ним так давно не виделись...