Фла — наследственный землевладелец, независим, потому что располагает всем необходимым для жизни, и права его и сама его независимость для клана священны. Но так ли уж он независим и своеволен, как это кажется нам с нашей привычкой натягивать реальность на привычную и понятную систему координат? Давайте разберёмся.
Начнём с того, что фла — не собственник земли. Она у него в пожизненном наследуемом владении. Сделки с землёй в законах брегонов не прописаны, а что не учтено, незаконно априори. Можно заплатить фла за земельный участок, но признавать переход права или нет оставалось прерогативой клана, и тут действовало правило трёх поколений: у самого покупателя и его сына участок могли отобрать, признав сделку ничтожной, не могли — у внука. Кроме того, узнав о том, что отец семейства вздумал отрезать от владений кусок и тем самым обездолить наследников, почтительные сыновья имели полное право явиться на заключение сделки и объявить, что они категорически против, тем самым помножив все усилия отца и его контрагента на ноль. Поэтому случаи покупки земли в истории единичны, и всегда вызывали у современников брезгливость и осуждение. Единственным законным способом отделаться от земли было передать её при жизни законному наследнику. Таким образом, не столько фла владеет землёй, сколько она им. Фла, по сути своей, крепостной на своём ферране и заложник своего статуса, а никакой не феодал.
Ферраны у фла были самыми разными по размеру. У кого-то — несколько гектаров посреди болота или пустоши, а у кого-то такие, что крика петуха на усадьбе от границы не слышно. Больше не было даже у иных королей. В любом случае, запредельное богатство это не приносило, зато сразу порождало проблему: фла не может жить в клахане, как простой человек, и вопросы безопасности собственной дэривине (семьи) являются его личной сложностью. Он строит укреплённую усадьбу — рат либо дун, зависит от того, что на оборонительном валу: палисад из брёвен либо каменные стены. Жизнь спокойной не будет, потому что в усадьбе фла всегда есть, чем поживиться, стены длинные, а людей для защиты периметра всегда не хватает. И, главное, эти люди сами по себе не должны быть опасны.
И фла прекрасно вышли из положения.
Первая проблема — как сделать так, чтобы человек, которого впускаешь в дом, делал то, что велят, не кооперировался со сватьями и братьями, не мог подворовывать в пользу дальней родни, а также не посягал на хозяйскую землю под надуманными предлогами? Оптимальным вариантом оказалось поручить обработку своего феррана выходцам из других племён, не членам клана. Такого гастарбайтера называли фудир — сломанный человек. Собственной цены чести у него не было. Фла на время контракта наделял фудира четвертью цены своей чести, а жену, детей и внуков — восьмушкой. Контракт был слабый (сломанный), как и сам контрагент, и обе стороны об этом точно знали.
Для ведения хозяйства фла предоставлял своему фудиру участок под пашню и домик. Плата за удовольствие поработать была чудовищной: треть всего выращенного - за пользование землёй, треть — за пользование плугом, волами, домом и прочим имуществом, и только треть работник оставлял себе за труд, но и из неё фла умудрялся вытянуть оплату пользования мельницей, ригой (в ней сушили снопы), зерновыми ямами, пивоварней, баней и ещё за ловлю рыбы в реках и ручьях. На хлебушек оставалось, конечно, но не столько, чтобы с этого можно было разбогатеть. Арендный договор заключали на год и один день, дальше перезаключали — либо фудир с семьёй и пожитками выметался. Обратите внимание, объект аренды — не участок земли, а право на ней жить и работать. Почему же люди соглашались на это? Потому, что землю больше не производят, и в их родных местах не каждый клахан располагал достаточным количеством участков. Всё есть у человека, а ферран всё-равно не дадут. Кто-то на родине опозорился так, что ничего хорошего не светит, или совершил преступление, за которое был осуждён, но платить не хотел, а случалось, по какому-то клану прошёл каток войны, и своей земли больше нет совсем. В общем, людей трудной судьбы тогда хватало.
Возникает вопрос, не мог ли фудир приехать со своим инвентарём и всем необходимым для работы? Именно так он обычно и делал. Но, поскольку у фудира чести нет и за него никто не поручится, он даёт залог арендодателю — то самое имущество, за пользование которым заплатит треть от всего произведённого. Фла в течение года на имущество фудира и его семью не посягал, фудиры перезаключали договоры и жили и работали у одного хозяина десятки лет. Крепостное право? Нет, конечно. Фудир был волен уйти в любой момент — заплати неустойку и иди на все четыре стороны или всё равно иди, только залог останется у фла, а если доработал до конца договора — уйдёшь, с чем пришёл и небольшой выручкой.
Вторая проблема — кто будет пасти скот, охранять периметр и внушать фудирам почтение к хозяину? Разумеется, собственные взрослые сыновья и подросшие далта. Но их всегда на одного-двух меньше, чем нужно. К тому же, гонять скот слишком далеко и хлопотно, а на своём ферране много коров не прокормишь, и их с лёгкостью уведут, потому что их искать не нужно, это Вам не бескрайние пастбища в горах. И здесь ирландцы нашли уникальное решение. Фла сдавали коров в лизинг членам своего клана. Такой заёмщик назывался кейли. В условия лизинга входило возвращение приплода (фактически скот одалживали под 33%), оказание услуг заимодавцу, то есть фла, и иногда — рента продуктами питания. Был стандартный перечень условий, закреплённый законодательно, и дополнения — на усмотрение сторон.
Фла и кейли заключали договор абсолютно добровольно, интерес фла состоял в том, что он на целых семь лет приобретал верного сторонника и единомышленника, а также мотивированных помощников, в том числе и для ведения войны, не только в хозяйственных делах. Кейли поддерживали фла во время присутственных мероприятий в качестве вооружённой свиты. У фла появлялся стабильный доход, лоск и политический вес. К тому же, зимой, когда в амбарах становится слишком просторно, фла приходил в гости по очереди к каждому из своих кейли (кому это было положено по статусу и характеру договора). В гостях фла со спутниками сытно кормили, развлекали и всячески ублажали столько дней, сколько предписывал закон, ни часом больше.
Интересом кейли служили прежде всего коровы, так как для положения в обществе и проистекающей из него цены чести важно было количество коров, а не заёмные они или собственные. К тому же, в конце семилетнего срока договора коровы и больше половины приплода переходили в собственность кейли, а молоко от этих коров и так было его собственностью, как и навоз, которым коровы удобряли пастбища и поле. Бонусом было то, что обязательства поддержки были взаимными. Если у кейли возникали проблемы, первым, к кому он шёл за советом и помощью, был фла, и отказать тот не мог. Разумеется ответная услуга оставалась в пределах цены договора, но иногда можно было проблему решить простым вмешательством уважаемого человека.
Так что, упряжка из землевладельца и землепользователя, которые впряглись в заёмный договор, работала дружно и эффективно.
Подробно я сделаю отдельную статью об институте кейли и объясню, наконец, почему это не клиентелла ни в каком виде, а вполне цивилизованные экономические взаимоотношения, основанные на продуманной, проработанной и непротиворечивой законодательной базе.
Статус фла зависел не от размера феррана, а от количества кейли и условий их заёмных договоров, и от размера свиты. Самый захудалый фла — ари дейса с ценой чести в 10 нетелей занимал коров 10 заёмщикам (по 5 на договорах двух типов) и появлялся на людях во главе свиты в шесть почтенных людей. У самого богатого — аре форгил заёмщиков было 40, а цена чести — 40 нетелей. Разбирать всякие недоразумения он не один приходил, с группой поддержки. А представьте себе, что произойдёт, когда каждая семья, которая от него зависит, пришлёт парочку мордоворотов с копьями?
Благодаря кейли фла не только поддерживал штаны, но и продавливал нужное решение на народных собраниях, побеждал на выборах (а клановая верхушка вся выборная, включая короля), приводил в чувства противников, таких же фла. Управляли кланами тоже фла, причём богатые и заполучившие много кейли. Чтобы укрепить положение в обществе , фла занимали скот друг у друга, у тех, кто побогаче. Ирландское имя Флари — оттуда. Заимодавец короля.
Фла наследует землю от отца, а тот — от деда. При этом клин земли необратимо уменьшается, пока не достигнет размера, который уже не позволит выращивать всё необходимое и обеспечить пастбищем скот. Карета превратится в тыкву. Фла об этом знали и с этим боролись.
Первый способ — назначать главного наследника, который получит землю, самого достойного, но не обязательно старшего сына. При этом дэривине становится аморфной, дети и внуки наследодателя после его смерти сохраняют статус, а правнуки — только от главного наследника. Так себе решение, если учесть, что сыновья выросли в разных семьях, и при возвращении домой родственный долг у них постоянно подвергается испытаниям — комдалта, с которыми вырос, заведомо дороже родных братьев и сестёр, которых узнал уже взрослыми, родных почему-то не так жалко. Человек слаб, а грех начинается с малого.
Второй способ — стать настолько богатым, что о размере земельного клина и о самом его наличии не вспомнят. Способ беспроигрышный, но медленный, дорогой, требующий таланта и адова терпения.
Третий способ — чтобы большая часть сыновей не доживала до принятия наследства. Это — проще простого. Отсюда воинский культ, процветавший у древних ирландцев, походы за скотом к соседям, бесконечные выяснения отношений из-за того, кого куда за стол усадили, кому какой кусок поднесли, кому раньше братскую чашу (тазик с хмельным) подали и кто вперёд кого из этой чаши зачерпнул, по чести или нет принимали, привычка украшать себя блестящими предметами вместо новогодней ёлки и ритуальные поединки до смерти на пограничных бродах, кровная месть и прочие забавы, на которые у землепашцев не было времени. Инициаторами этих безобразий всегда были фла, не только молодые, но вполне зрелые, выгодоприобретателями — те, кто не участвовал, тихо сидел в стороне и выжил.
Какие коллизии происходили в дэривине аристократа, когда глава семьи уходил в мир иной, - обширная тема, и её лучше рассмотреть позже.
Градацию аристократов и функции, которые они выполняли в политической структуре клана, я решила вынести в отдельную статью: извините, опять получилось длинно. Но общество в древней Ирландии настолько несхоже со всем, что на виду и на слуху, что по-другому не получается.