– Роковая красавица у тебя растет! Ух, сколько женихов у нее будет! Долго в девках не засидится, – говорили друзья и знакомые Нине Степановне, глядя на ее дочку Эльвиру.
– Нет уж! Эля будет при мне жить! Сын уехал свою жизнь устраивать, а уж дочку я от себя не отпущу! – неизменно отвечала она.
Эльвира родилась в небольшом районном городке и с пятнадцати лет мечтала посмотреть мир.
Пока она была маленькой и каталась на трехколесном велосипеде по двору, ей жилось замечательно.
Детский садик в двух шагах от дома и рядом с ним школа. Простые и понятные этапы жизни.
Но с возрастом родной город становился Эльвире мал и душен своей вечно сонной атмосферой и постоянными сплетнями кумушек у подъезда.
«Вот бы поехать поступать в областной центр! У меня и двоюродная сестра там живет, давно приглашает», – мечтала Эльвира, глядя на свой аттестат, пестреющий пятерками.
Она знала, что мама будет против. Знала, но однажды не удержалась от вопроса:
– Мам, может, мне поступить на медика? Правда, придется уехать…
– Нет уж! И слышать не хочу. Витя вот как уехал, так домой в лучшем случае пару раз в году приезжает погостить. Тут тоже есть где учиться.
– Только на рабочие специальности.
– Вот и отлично. Нечего выдумывать про поездки всякие… Совсем меня хочешь замучить?
Отец твой ум.ер, брат уехал, так теперь еще и ты куда-то собралась. Это что же мне тут одной куковать? Ох, аж сердце заболело.
Что стоишь, глазами хлопаешь? Принеси скорее лекарство, а я пока прилягу. И нервы мне больше не поднимай!
Эльвира принялась хлопотать вокруг матери и окончательно смирилась со своей судьбой.
«Значит, буду тут учиться. Как маму бросить?»
Учеба давалась Эльвире легко, а вот личная жизнь не ладилась.
Во-первых, мама очень серьезно следила, чтобы Эля нигде не задерживалась после учебы, и старалась загружать ее работой по дому и даче.
Во-вторых, стоило только какому-либо молодому человеку оказывать Эле знаки внимания, как мама принималась критиковать и ухажера, и дочку:
– Не о том думаешь! Об учебе надо думать, а не глазами по сторонам стрелять! Пока институт не окончишь, чтобы я ни о каких воздыхателях твоих и не слышала!
На двадцатилетие мама подарила Эльвире совместный летний отдых на море. По рекомендации знакомых устроились жить в просторной комнате, которую владельцы дома сдавали приезжим.
Хозяйкой была уже немолодая, серьезная и спокойная женщина. Она, как и Нина Степановна, рано овдовела и одна вырастила сына с непривычным для слуха, но звучным именем Ролан.
– Сын теперь совсем взрослый и самостоятельный: только на выходные приезжает, а всю неделю работает. Трудягой вырос, как и его отец, – делилась со своими гостьями хозяйка дома у моря.
Отдых проходил замечательно: Эльвира впервые увидела море и каждый раз с трудом уходила с пляжа.
– Море так звучит, словно говорит, что все будет хорошо, – думала девушка, готовая часами слушать шум прибоя.
Все стало еще интереснее, когда навестить свою мать приехал Ролан.
Увидев Эльвиру, мечтательно смотрящую в сторону моря, он влюбился с первого взгляда. А пообщавшись с ней, принял серьезное решение.
– Нина Степановна, понимаю, что это для вас неожиданно, но я бы хотел сделать предложение вашей дочери.
Она необыкновенная девушка, и я полюбил ее, – искренне признался молодой человек.
– Ты просто парень молодой, вот и все, – холодно отвечала Нина Степановна.
– Я очень серьезно отношусь к своим словам. Не думайте, что это просто порыв. Я хочу приехать в ваш город на весь отпуск.
Познакомимся поближе, а потом я надеюсь увезти с собой Эльвиру в качестве своей невесты.
Я уже давно работаю. В прошлом году купил участок и начал дом строить.
Будем тут жить в мире и любви, – пытался достучаться до насупившейся женщины Ролан.
– Нет. Эльвире ты, может, голову и вскружил, но я ее от себя не отпущу. Завтра же уедем домой.
Спасибо, нагостились, – решительно заявила Нина Степановна и ушла к себе в комнату, дав понять, что разговор окончен.
Сколько ни пытался Ролан и его мать поговорить с Ниной Степановной, у них ничего не вышло.
На следующий день, подталкивая заплаканную дочь, она отбыла домой, как и обещала.
– Ишь! Собралась она на море жить! Наслушалась сказок! Больше мы с тобой на море, значит, не поедем, раз ты так себя ведешь! – без устали отчитывала на обратном пути свою дочку Нина Степановна.
Следующий раз вдохнуть воздух свободы Эльвира смогла лишь благодаря обязательной в те времена практике, которую она должна была проходить на заводе областного центра.
Нина Степановна вынуждена была на время отпустить дочь.
– Смотри там, не натвори такого, за что мне бы краснеть пришлось. Сама знаешь, люди везде все видят и подмечают.
Не рассчитывай, что, мол, за сто километров от меня уедешь: мне обо всем расскажут!
Ты туда едешь учиться, а не женихов себе искать! – напутствовала Эльвиру мать.
Когда практика была окончена, Эльвире даже предложили работать на заводе, пообещав сразу выдать комнату в общежитии.
– Еще чего! Есть и у нас рядом с домом завод! Нечего тебе там по общагам жить.
Тут квартира имеется, так что не придумывай. Пожалей мои нервы, – заявила Нина Степановна.
Эльвира с тяжелым сердцем отказалась от работы и вернулась домой.
Вскоре грянула перестройка, а за ней лихие девяностые годы, и о работе на местном заводе пришлось забыть.
Эля устроилась торговать на рынке. Ее некогда озорной взгляд все чаще становился тревожным и грустным, а душа, словно одеревенев, уже не рвалась к лучшей жизни.
Зато работа подарила знакомство с Дмитрием, разведенным отцом-одиночкой, на пятнадцать лет старше ее.
«У него собственная квартира есть, неподалеку от моей. А я уже устала чувствовать себя одинокой», – прагматично рассуждала Эльвира.
К тому же трехлетний сын Дмитрия по имени Денис очень понравился Эльвире.
– Как же так случилось, что мама Дениски его оставила тебе?
– Она говорила, что матерью быть не хочет, да только я думал, что это так – отговорки, – признался Дима. – Я был так влюблен, что не замечал ее недостатков.
Такая она была очаровательная и веселая. Только вот веселиться она предпочитала в компании с ал.кого.лем.
Дениса могла бросить и отправиться с кем-то из пригласивших друзей на гулянку.
В результате, когда я стал на нее давить, просто ушла, оставив мне сына. Сказала, что я ее утомил.
– Не понимаю, как такого классного мальчугана можно было бросить? – искренне недоумевала Эльвира.
Спустя некоторое время Нина Степановна заметила частые отлучки дочери из дома и заставила ее признаться в том, что она встречается с мужчиной:
– С кем же ты спуталась в этот раз?
– А не скажу, – неожиданно дала отпор Эля. – Всех, про кого я говорила, ты отвадила.
Он живет неподалеку, и я буду к нему ходить в гости. Все?!
Тебя я не бросаю, так что можешь не переживать.
Нина Степановна удивилась неожиданному отпору дочери. Поразмыслив, решила, что это лучше, чем если бы Эльвира взбунтовалась окончательно и уехала куда-нибудь прочь из дома.
Шли годы.
Эльвира, переехавшая к Дмитрию, растила маленького Дениску, как собственного сына, теперь просто ежедневно навещая мать.
Своего ребенка она родить так и не решилась:
«Не хочу от старого рожать», – грубо отвечала она на расспросы знакомых о причинах бездетности.
Была ли это отговорка или правда, не могла сказать даже сама Эльвира.
Дмитрий действительно любил Эльвиру и неоднократно предлагал ей выйти за него замуж.
– Нет. Маме это понравится, – полушутя, полусерьезно отвечала Эля, отказывая ему снова и снова.
Лишь после смерти матери Эльвира согласилась на замужество. Впрочем, после оформления брака Дмитрий прожил всего пять лет.
Немалую роль в его скоропостижной кончине сыграл любимый и единственный сын, который вырос точной копии своей биологической матери.
Несмотря на все вкладываемое в него отцом воспитание, Денис рано пристрастился к курению и употреблению ал.кого.ля.
– Бедовый парень растет, – подмечала и Эльвира, но продолжала баловать пасынка.
Всю свою нерастраченную любовь и нежность она дарила Денису, но ему это явно не шло на пользу.
Оставшись без отца, он, почуяв вседозволенность, принялся еще больше прожигать жизнь, постоянно обращаясь к мачехе за деньгами.
Эльвира понимала, на что ее пасынок тратит деньги, но не могла устоять перед его просьбами и требованиями.
– Сколько ты еще сыночка своего кормить будешь? Работаешь на его гулянки. Ему двадцать лет, пускай учится зарабатывать на жизнь сам, – внушала Эле ее двоюродная сестра.
– Жалко его, понимаешь? Когда он меня просит, не могу отказать!
– Учись! Он деньги просто твои прогуливает ведь! Весь в маму вырос, хоть ее и не знал. Гены пальцем не раздавишь, сама видишь!
– Знаю, что плохо себя ведет. Да только у меня теперь больше никого нет. Своих детей не родила, так хоть о Дениске позабочусь, – грустно говорила Эльвира.
– Попортила мама тебе жизнь своими прихотями, конечно. Берись сейчас хоть за ум.
Оставь сыночка своего и переезжай ко мне в город. Тут на работу тебя хорошую устрою, а то сколько же можно торговать?
– Нет, куда уж мне теперь. Права была мама: где родился, там и пригодился, – лишь вздыхает в ответ Эля.