Имя этого актера для нас навсегда будет связано с такими фильмами как "Новые амазонки" и "Дежавю". Польский актер Ежи Штур стал одним из символов навсегда ушедшей эпохи, в которой всё было иначе, а такие люди как Ежи дарили нам минуты радости своим огромным комедийным талантом.
Ежи Штур родился в 1947 году в польском городе Кракове. Его отец был австрийцем, а мать полькой. С ранних лет Ежи увлекался иностранными языками, и первый язык, который он выучил почти в совершенстве еще в 5 классе, стал русский. В дальнейшем он выучит немецкий, итальянский, английский и еще несколько языков. Получив после школы профессию филолога, молодой человек понял, что влечет его совсем другое - актерское искусство. В 1972 году он окончил Государственную высшую театральную школу в Кракове, после чего вплоть до 1991 года работал в Старом театре в Кракове.
Сниматься он начал еще на студенческой скамье. Его карьера быстро шла в гору. А после выхода фильма "Новые амазонки" его узнали во всех соцстранах. В СССР на сеансы "Амазонок" выстраивались немыслимые очереди, а после выхода "Дежавю" он вошёл в списки самых популярных актеров у советских зрителей.
У Штура был редкий дар доводить зрителя до смеховой истерики, не делая ничего. Он мог довести зал до хохота одной улыбкой.
В 27 лет Ежи женился на скрипачке Барбаре и прожил с ней 50 лет. Пара воспитала двоих детей - сына Мацея и дочь Марианну.
Ежи Штур никогда не скрывал своей симпатии к России, даже тогда, когда любить русское стало немодно. Он часто приезжал на российские кинофестивали и всегда признавался в любви к нашей культуре и к советским фильмам - "Летят журавли", "Баллада о солдате", "Судьба человека". В одном из интервью он сказал, что эти фильмы навсегда остались в его душе.
- Я счастлив, что в театре много работал и работаю с русским репертуаром. Это было настоящее счастье, когда с режиссером Анджеем Вайдой работал с пьесой «Бесы» по роману гениального Достоевского. Когда я в «Преступлении и наказании» играл Порфирия Петровича, это тоже было высшей нотой актерского счастья. А Чехов! Его «Вишневый сад», что может быть лучше?!
Не боялся Ежи Штур высказывать своё мнение и о политике, признавая при этом, что после таких слову у него могут быть неприятности на родине:
Политика - дама неверная, и она сделала все, чтобы наши связи стали менее теплыми и крепкими. Для меня это больно. Я считаю, что наши страны много теряют из-за этого искусственного отдаления. Поэтому, как человек и как художник, я использую любой шанс сблизить нас на самом благодатном — культурном поле. Ведь раньше польское кино было популярным в Советском Союзе, а советское кино знали и любили поляки. Я стал тем, кем стал, благодаря советскому кино, которое люблю.
Сегодня взгляд на Россию в Европе изменился, и Польша здесь не исключение. Пропаганда делает свое дело. Например, я до конца не знаю, какая на самом деле ситуация в России. Пропаганда все искажает. Для меня Россия будет всегда великой страной, ее размеры трудно даже вообразить. Семь часов на самолете летишь из Москвы на восток, и это все Россия. А можно лететь и восемь часов и даже девять до Камчатки, и это тоже все будет Россия.
Россия велика не только размерами, но и своим духом и своим характером, который никто и никогда не смог изменить. С Россией нужно разговаривать, а не приказывать ей. Я очень уважаю русских людей. У людей из великого края другой характер, это надо понимать. А маленькие страны Европы пытаются разговаривать с Россией в повелительном тоне. Это же смешно.
К сожалению, еще с молодых лет у Ежи отмечались проблемы с сердцем. Первый приступ у него случился в 37 лет. Врачи сказали, что придётся сменить профессию, но перестать играть - как? Разве такое возможно? И он продолжал сниматься. В 64 года - новое испытание. Рак. Ежи проходит лечение, болезнь удалось победить. Но в четыре года спустя случился инфаркт, в 2020 - инсульт. И вот 8 июля Ежи Штур в возрасте 77 лет опять попал в больницу. Сутки спустя его не стало...