Лето 2024-го, в отличие от «холодного 1953-го», выдалось исключительно жарким: сейчас в Севастополе – под +40°С. Завтра выезжаем с сыном в Екатеринбург: он – к новому месту жизни и работы, я – дальше, в Ишим, на поиски потерянных членов Рода Кручининых.
Чем-то неуловимо повторяется родовая история.
В 1918 году мой овдовевший прадед Яков Алексеевич Кручинин перебрался из Гороховецкого уезда Владимирской губернии (как сейчас бы сказали, «на ПМЖ») в уездный город Ишим Тобольской губернии. Переехал он по приглашению своего старшего сына Василия, который уже крепко в Ишиме осел. Он имел свой дом в богатом, хлебном Ишиме, работу в маслобойной артели, женился на местной барышне, Матрёне Михайловне, воспитывал сына Александра. И теперь дал пристанище своему отцу, младшим братьям и сёстрам из голодной деревни.
И приехали родственники, и воссоединились... Но потом «что-то пошло не так»; что именно – могу только догадываться. С точки зрения метода «Путь Рода» – взаимное исключение… Могу предположить, что сначала младшие дети Николай, Леонид и Евлампия, выбравшие в качестве опоры ВКП(б) и ГПУ, исключили своего отца Якова. Как кустаря-одиночку, портившего их «бедняцкую биографию».
Потом исключили своих старших братьев, Василия и Ивана, объявленных в 1937 году «врагами народа». Причём, исключили вместе с их жёнами и детьми.
Ну, а потом растворились и сами исключившие. Николай умер, не дожив до 40 лет. Леонид нашел убежище в родовой системе своей жены на Дальнем Востоке. Евлампия вышла замуж за вдовца и уехала в Омск, максимально сократив круг родового общения, по сути, повторив путь своей старшей сестры Александры…
Прошло 80 лет, и распутывать родовую историю выпало мне. Сделано многое, но остаётся два главных «белых пятна», две родовые судьбы: прадеда Якова Алексеевича Кручинина и его старшего сына, моего двоюродного деда, Василия – «вдохновителя и организатора родового переселения».
Недавно на сайте «Жертвы политического террора в СССР» (рекомендую ознакомиться с ним всем, у кого в роду были репрессированные: https://base.memo.ru/) я нашёл упоминание о нём. И теперь знаю, что, отмотав 9 лет лагерей из 10 положенных, он, летом 1946 года был отпущен на свободу по причине «неизлечимого заболевания».
Предполагаю, что последние дни его жизни прошли в Ишиме, там, где на старом городском кладбище где-то находится забытая могила его отца. И её тоже предстоит найти. Иначе «что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было». Поэтому, перефразируя Экклезиаст, «…время исключать, и время давать законное место в Роду»…
Теперь о том, зачем мне нужны эти поиски, а также вояж на Урал? И почему в самом начале я сказал, что в нашем путешествии «чем-то неуловимо повторяется родовая история». Потому что и в моих поисках, и в нашей поездке, проявляется наш (мой и сына) выбор, выбор своей судьбы. Такой выбор объясняет Липот Сонди:
«Мы говорим: судьба – это выбор, и различаем два типа действий, связанных с выбором.
Во-первых, это бессознательные действия, управляемые наследственными задатками. На данном этапе бессознательные притязания предков направляют личность в выборе любви, дружбы, профессии, различных форм заболевания и способа смерти. Часть судьбы, которая бессознательно реализуется через латентный образ предков, мы называем родовой навязанной судьбой.
Во-вторых, это сознательные действия, которые направляются персональным «Я» личности. Эта часть судьбы является нашей персональной самостоятельно выбранной судьбой. Родовая навязанная судьба и персональная самостоятельно выбранная (или – «Я») судьба составляют целостность судьбы».
Альтенвергер А., Бюрги-Майер К., Крамер М., Бернье-Хюрбин А. Юттнер Ф. Судьбоанализ Леопольда Зонди. // «Психология судьбы»
Так что пусть наш с вами выбор всегда будет осознанным. А знание своей родовой истории позволяет ему быть именно таковым.
Автор: Кручинин Леонид Юрьевич
Валеолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru