Тополиный пух, жара, июль! Это было то лето, когда трое Иванушек взорвали все чарты и все наши уши. На выпускном вечере моя теперь уже любимая учительница лит-ры, узнав, что я не поступила в театральный, подняла указательный палец вверх и молвила: "Но ты БУДЕШЬ режиссером! Это Я тебе говорю!"
Средняя школа благополучно ушла в воспоминания, а впереди было последнее лето детства... и мы его прожигали как могли. Уходили гулять в обед, возвращались, когда гасли фонари, давая нам знать, что время ровно 2 ночи и пора бежать домой, потому что уже ровно 2 часа, как наши родители тревожно ходят друг к другу в гости в поисках нас. Что за время было?! Ни пейджера, ни почтовых голубей! А мы жили в самом цыганско-криминальном районе Юрмалы на исходе 90ых. Как мы выжили? Зато у меня не оставалось ни минуты на рефлексию по-поводу своего НЕ поступления в театральный.
Потом наступила первая взрослая осень. Все подруги разбежались по институтам. Рижский ТЮЗ постоянно пытались закрыть, поэтому моя работа ассистентом режиссера была под большим вопросом. И вот тут началооось: "я унылое никчемное говно" и все такое....
А из моего двухкассетника доносилось:
"Я - ворона, я - ворона на-на-на-на..."
