Как возник, кто поддерживал. Лидеры и условия, способствующие его распространению, борьба с ним.
Содержание:
1. Начало дагестанского ваххабизма
2. Три направления ваххабизма в Дагестане
3. Противостояние с традиционным исламом
1. Начало дагестанского ваххабизма
Дагестан — оплот ислама на Северном Кавказе. Ислама суфийского. Это историческая данность.
М. Н. Покровский писал:
«Дагестан снабжал весь Восточный Кавказ знатоками арабского языка, чтецами, муллами, кадиями … Эта груда скал была едва ли не самым грамотным местом на Кавказе».
Дагестанские религиозные деятели традиционно имели как официальные, так и не официальные связи с Ближним Востоком и Центральной Азией.
Первые ячейки ваххабитов появились в Дагестане, еще в 60-е годы. «Основателями» являются Ахмад-Кади Ахтаев и Багаутдин Кебедов (Мухаммед Кизилюртовский, Багаутдин Дагестанский, мулла Багаутдин) и его брат Аббас.
Тем не мене это направление распространения не получило и его удавалось держать в своего рода «маргинальных рамках». Это можно объяснить не только работой органов госбезопасности, но и довольно высоким уровнем жизни в СССР, а также активным противодействием представителей традиционного ислама.
Надо понимать, что учение, основанное Мухаммадом ибн Абд аль-Ваххабом ат-Тамими — это ислам для бедных и необразованных (в первую очередь в религиозном смысле) слоев общества, Своеобразная лайт-версия. Сегодня, это направление назвали бы «Возвращение к истокам».
Такой подход опасен примитивизацией, одной из величайших мировых религий, насчитывающей более 1,9 млрд последователей.
Суфийский ислам (традиционный для нашей страны) — ислам образованных. Считающих, что Коран, как и любая священная Книга, сложнейшее для понимания послание. Для постижения его смыслов, совсем недостаточно его прочитать, необходимы годы и десятилетия кропотливого труда.
В этом главное, принципиальное различие между суфийским и ваххабитским пониманием Ислама, пусть и показанное несколько примитивно.
После краха СССР, политическая и религиозная обстановка коренным образом изменилась. Наметился резкий рост количества верующих придерживающихся салафитского направления в исламе и в первую очередь ваххабизма.
Основными факторами, обусловившими такое развитие событий были:
- Обнищание населения, значительно более сильное чем в среднем по России
- Рост уголовной преступности при полном параличе правоохранительной системы.
- Абсолютно коррумпированный, этно-криминальный режим, созданный в Дагестане Ельциным и поддерживающей его бандой политико-экономических отморозков.
- Идеологический и во многом, религиозный вакуум, возникший после развала СССР
- Ничем не ограниченная «миссионерская» деятельность зарубежных исламских проповедников, зачастую запрещенных в своих родных странах
- Поддержка религиозных экстремистов федеральным центром. В Москве считали лучше они, чем «красно-коричневый реванш». На мой взгляд это один из важнейших факторов.
2. Три направления ваххабизма в Дагестане
В середине 90-х годов в Дагестане существовало три направления (центра) «ваххабизма»
Умеренные, возглавляемые шейхом Ахмад-Кади Ахтаевым
Шейх Ахмад-Кади выступал за объединение мусульман на основе позитивных идей преобразования окружающего общества.
Он сочувствовал чеченским боевика в середине 90-х, участвовал в работе совместных дагестано-чеченских исламских структур, но он также понимал, что Кавказ связан с Россией. Он слыл противником вооруженного джихада.
По его мнению, за стратегией варваризации и примитивизации мусульманского движения, стояли те, кто хотел бы, чтобы в обществе господствовали только одни ценности — «долларовые»
«Начинается четвертая мировая война. На этот раз американский «новый мировой порядок» выбрал себе жертвой Ислам…. По всему миру ведется тотальная война, без всяких правил, в невиданных масштабах и всеми доступными средствами»
«Началась четвертая мировая война. Это война идей». Написано задолго до 11 сентября.
Выдвинул идею православно-исламского союза, противостоящего западной политики глобализации.
Естественно, такие взгляды не пользовались поддержкой КСА и стран Залива. К середине 90-х практически все финансирование шло через Б. Кебедова
После нападения на воинскую часть в Буйнакске в декабре 1997 года среди ваххабитов начались аресты и задержания. Проводились обыски, конфисковывалась пропагандистская литература.
В феврале 1998 года А. Ахтаев, на Дагестанском телевидении, выступил с резким осуждением этого нападения, а уже в марте, скоропостижно скончался от сердечного приступа.
Существует версия, что он был убит (отравлен) спецслужбами. Может это и так, однако тогда возникает вопрос — чьими
Просто досмотрите до конца ролик ниже. Узнаваемые лица, не так ли? Убийцы и работорговцы толкают речи с угрозами на территории, контролируемой силовыми структурами РФ. И после этого кто-то скажет, что у них не было «крыши» в Москве и на самом высоком уровне?
Радикалы, руководимые Багаутдином Кебедовым
Борец с «традиционным исламом» Проповедовал концепцию такфира, что в условиях Дагестана вело к религиозной войне.
В середине 90-х пришел к необходимости «военного джихада» против России.
В тоже время, как и Ахтаев, понимал, что и Россия, и Кавказ всегда будут рядом.
Представитель «политического ислама», по его мнению, ислам — это:
«… целостная система человеческой жизни. Уже поэтому она не могла не включать в себя попыток построения исламского общества и государственности».
Ультра-радикалы, руководимые Ангутой Омаровым (Аюб Астраханский)
Отличалась мракобесием и ксенофобией. «Если ты не считаешь кафира кафиром, то сам — кафир».
Собственно, только Аюб и его последователи являются мусульманами. Однако весь их ультра-радикализм только на словах или в теологии. Идею джихада в Чечне не поддержали. Авторитетом не пользовались. Даже у радикалов имели репутацию беспредельщиков.
После смерти Ахтаева, его сторонникам не оставалось ничего другого, как примкнуть к радикалам. Б. Кебедов стал единоличным лидером Дагестанского джамаата.
Уход джамаата в Гудермес, а затем в Урус-Мартан позволил вести подготовку к вооруженному противостоянию на качественно более высоком уровне. Связи со сторонниками в Дагестане были сохранены.
Влияние «принимающей стороны» — чеченских ваххабитов, также было значительно усиленно.
Надо понимать, что «чеченский ваххабизм», был порожден войной, и послевоенными межтейповыми противоречиями. Те, кто послабее, решили усилиться таким путем, славы «героев войны» было маловато.
В Дагестане ваххабизм был осмысленный, значительно более теологически проработан и являлся в некоторой степени продуктом внутренних процессов. Естественно настолько, насколько им может соответствовать чуждая религиозная концепция.
Впрочем, это не удивительно, Дагестан, в вопросах религии, всегда довлел над остальным Северным Кавказом.
В этом и заключается важность республики для понимания процессов, происходящих в Северно-Кавказском регионе и сегодня.
3. Противостояние с традиционным исламом
Распространение/продвижение чуждого Дагестану религиозного направления не могло не встретить самого активного противодействия со стороны традиционного для Дагестана Ислама – суфийского.
К наиболее значимым его представителям можно отнести Верховного муфтия, Председателя ДУМД Саидмагомед Хаджи Абубакарова и шейха Саида-Афанди Чиркейского (Ацаева)
Саидмагомед Хаджи Абубакаров— достаточно молодой, образованный человек пользовался не малым авторитетом у верующих, да и не только у них.
С. Абубакаров выходец из знатного рода, поступивший в медицинский институт в возрасте 15 лет, пришел в ислам уже в зрелом возрасте. Являлся непримиримым врагом ваххабизма.
Он был чужд экстремизма и считал, что главное — это борьба за умы и сердца мусульман. Не боялся вступать в публичные дискуссии с оппонентами, хотя окружающая действительность была на их стороне.
Понимал всю важность борьбы с экстремистами
«В противном случае, религиозные фанатики превратят нашу страну в Афганистан».
«…Мы — идейные противники. Их учение построено на зыбучем песке. Они отрицают то, во что верили наши деды и прадеды. Можно ли осквернять могилы наших предков только потому, что ваххабиты считают, что на кладбищах не должно быть могильных плит?»
«Ваххабизм — псевдоислам, он лишь носит исламскую маску, это идеологическое и политическое течение с экстремистским уклоном. Хаттаб ислам в Чечню не принес, он его идеологизирует, сам глубоко его, не зная» если Хаттаб «объявил газават ради Аллаха, почему он не пошел в Палестину, ближе к Иордании».
С. Абубакаров считал, что государство не должно самоустранятся от борьбы с этим религиозным течением
«Как быть, если КамАЗами завозят идеологическую литературу, а ты и брошюру не можешь отпечатать? Они вооружены, а у тебя только одно оружие — слово, убеждение, а у них «зеленые», без счета, подбрасываемые из-за рубежа, а ты «отделен от государства».
Незадолго до смерти, муфтий Абубакаров сказал:
«В Судный день готов предстать перед Аллахом с незапятнанной душой и честью мусульманина».
Уверен, что все было именно так.
21 августа 1998 г. у въезда на территорию махачкалинской Джума мечети сработало радиоуправляемое СВУ на базе 125-мм артиллерийского снаряда.
Служебный автомобиль ГАЗ-3110, в котором находились муфтий С. Абубакаров, его младший брат Ахмад Хаджи и водитель Хайдар Омаргаджиев, был разорван на части. Все находившиеся в нем погибли.
На видео ниже, два муфтия (Дагестана и Чечни) и оба они погибли в результате террористических актов. Настоятельно рекомендую любителям вспоминать, кто в кого стрелял в какой войне, помнить об этом.
Убийство муфтия, конечно же, еще более накалило обстановку в Дагестане. Однако далеко не в той степени как могли рассчитывать его организаторы.
Часть населения поверила, что это дело рук ваххабитов. Другая, не менее значительная часть, понимала, что далеко не все приписываемое им преступления, совершают именно они.
Был убит человек, обладавший огромным авторитетом и абсолютно чуждый религиозному экстремизму. Дагестан двигался, или его подталкивали, к религиозной войне.
Саид-Афанди Чиркейский был самым известным шейхом Дагестана, а возможно и всего Северного Кавказа из обладающих правом распространять тарикаты "накшбандийа" и "шизалийа" и передавать их своим мюридам. У шейха было не мене 25 000 учеников.
В одном из выступлений шейх Саид-Афанди сказал:
«А какой газават мы должны объявлять сегодня, когда в Дагестане построено и функционируют более трех тысяч мечетей, в каждом городе и во многих селах открыты медресе и исламские институты, по пятнадцать тысяч дагестанцев ежегодно совершают хадж и повсюду за рубежом в исламских заведениях учатся наши дети.
То, что люди делают, прикрываясь словом “газават”, — это настоящая фитна (смута), а не газават»
28 августа 2012, в результате теракта, совершенного смертницей, шейх Саид-Афанди Чиркейский был убит. Вместе с ним погибло еще 5 человек, включая его жену и 11 летнего ребенка.
Так как самоподрыв был произведен «по правилам», то террористке оторвало голову, и проблем с установлением ее личности не возникло.
Смертницей оказалась 30-летняя Аминат Курбанова (Алла Сапрыкина), приехавшая несколько лет назад из Центральной России, принявшая ислам и вышедшая замуж за участника НВФ.
В это время она уже разыскивалась МВД за участие в двойном теракте 3 мая на посту ДПС в Махачкале, в ходе которого погибло 13 человек и более сотни были ранены. Самоподрыв произвели ее соседи по улице, брат и сестра Алиевы, Ризван и Муслимат, 23 и 19 лет.
Она состояла в группе из 5 смертников, в которую кроме нее и Алиевых входили еще две женщины, задержанные в Северной Осетии, еще до майских праздников. другие две женщины были задержаны в Северной Осетии, ранее еще до майских праздников.
И после смерти шейх, вызывал у ваххабитов, ненависть и злобу.
В мае 2018 года, могила Саида-Афанди Чиркейского, была взорвана членами Хасавюртовского НВО. К счастью, сама могила шейха не пострадала, однако упал могильный камень.
По оценкам дагестанского руководства, в середине 90-х годов, «ваххабитского» направления придерживались, порядка 6% верующих. В ЦРУ считали, что 9.
На первый взгляд количество не значительное. Однако это была организованная, сплоченная и религиозно-идеологически однородная сила.
В конце концов «Есть такая партия» в 1917 году имела в своем составе всего несколько тысяч членов.
Слабость российского государства в 90-е годы и концепция «политического ислама» вкупе с поддержкой части влиятельных полевых командиров, практически независимой ЧРИ, не могла не привести к политическому и вооруженному противостоянию.
Апогеем которого явилась попытка установления шариатского правления в Республике Дагестан летом 1999 года.
Попытка абсолютно провальная, заранее обреченная на неудачу. Лидеры Дагестанского джамаата, да и чеченские участники этого «мероприятия», просто не могли этого не понимать.
Следовательно, цели вторжения были несколько отличными от декларируемых. А вот, что это за цели, вопрос не то, что дискуссионный, а реально закрытый и сегодня.
Ниже даны ссылки, на материалы рассказывающие о Республике Дагестан тех лет, в ракурсе, несколько отличном от официально пропаганды: