Отношения у Людмилы и Марии Антоновны наладились совсем недавно. Больше пятнадцати лет женщины враждовали между собой.
Все было относительно, как у многих. Мать мужа посчитала Люду недостойной своего сына Макара и всячески пыталась разрушить их брак.
Ухудшения произошли после того, как молодая жена забеременела первым ребенком.
Мария Антоновна вдруг осознала, что нерожденный мальчик не даст ей в будущем никаких шансов разрушит семью Макара.
Что только не придумывала женщина, на какие ухищрения только не шла, чтобы развести супругов по разные стороны.
Она приписывала Людмиле и несуществующих мужчин, к которым та якобы бегала от мужа по ночам, и лень, и отсутствие желания работать.
- Она хочет детей нарожать и присесть тебе твою шею, - капала Макару на мозги женщина.
Мария Антоновна рассчитывала, что сын поддержит ее, но крупно просчиталась.
Макар встал на сторону жены и даже попросил женщину больше не совать свой нос в его семью.
- Считай, что у тебя есть только я! - решительно произнес мужчина.
Мария Антоновна тут же поспешила возмутиться и стала снова наговаривать на сноху.
- Дожила я! Внуков увидеть не дают! Совсем тебя Людка под себя подмяла!
- Разве ты заслужила того, чтобы их видеть? - задал вопрос Макар.
Мария Антоновна тут же поспешила обидеться на сына, и пятнадцать лет они вообще не контактировали друг с другом.
Женщина слышала новость о том, что у нее, помимо внука, теперь и внучка есть.
Ей даже удалось увидеть их фотографии, но познакомиться в живую никак не выходило.
В день рождения Макара Мария Антоновна засунула подальше всю свою гордость и осмелилась поздравить сына.
Так слово за слово, они снова стали общаться. Сначала мать писала ему раз в неделю, а потом стала чаще напоминать о себе.
- Хоть бы мне внука и внучку показал, - с укором произнесла женщина. - Большие уже совсем, наверное.
Макар повелся на слова матери и пообещал приехать с детьми в выходной день.
Людмила к новости о том, что муж решил показать бабушке внуков, отнеслась прохладно.
Ей не верилось, что свекровь за пятнадцать лет одумалась и решила жить тихо и мирно.
- Не верю я твоей маме, - нахмурив брови, прошептала Вадиму жена. - Неспроста все это...
- Ты надумываешь, потому что уже был печальный опыт, и автоматически ждешь подвоха, - стала оправдываться мужчина.
- Нет, знакомь, я не против, - равнодушно ответила Людмила.
- Сама не хочешь съездить? - отважился на неожиданный вопрос Вадим.
- Нет, думаю, пока нам точно не стоит общаться с Марией Антоновной. Я как вспоминаю о твоей маме, так мне становится дурно, - честно ответила женщина.
В субботу мужчина взял шестнадцатилетнего сына и четырнадцатилетнюю дочку и поехал к матери.
Мария Антоновна встретила троицу с распростертыми объятиями. Пригласила за стол и стала угощать тортиком.
Внуки держались скромно и были совсем немногословны. Они отлично знали, почему бабушки столько лет не было в их жизни.
- Вкусный торт хоть я купила? - хитро улыбнувшись, поинтересовалась Мария Антоновна. - Наелись?
- Да, спасибо, - в унисон ответили внуки и переглянулись.
- Вот и отлично! - женщина медленно встала из-за стола и одернула подол платья. - Поели, теперь пришла пора поработать, - добавила она и поковыляла в комнату.
- Пап, о чем она? - девочка удивленно посмотрела на отца.
Однако Вадим ничего не успел ответить дочери, поскольку Мария Антоновна вернулась с кучей одежды в руках.
Бросив ее на пол, она отряхнула от пыли цветастое платье и громко откашлялась.
- Разбирайте! Кому что подойдет!
- Зачем? - внук недоверчиво посмотрел на старушку.
- Чай с тортиком попили, пришла пора его отрабатывать, - деловито проговорила бабушка. - У меня во дворе и на огороде куча дел. Я и так все пятнадцать лет сама спину гнула. Моим приятельницам дети и внуки помогают, а я все сама да сама.
Сестра с братом переглянулись и с немым вопросом в глазах уставились на Вадима.
- Мама, мы просто заехали. Ты ничего не говорила, - заерзал на стуле сконфуженный мужчина.
- Зачем я буду предупреждать? Если бы я заикнулась про огород, вы бы шиш приехали, - рассмеялась Мария Антоновна, чем еще сильнее шокировала растерянного сына. - Разбирайте одежду, - добавила она и кивнула на кучу грязной одежды.
На пару секунд на кухне воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только жужжание мух на окне.
- Нет, я не стану ничего делать! - произнес мальчик и вышел из-за стола.
Его тут же поспешила поддержать сестра, для которой слова новоиспеченной бабушки стали шоком.
- Ты это слышал? - подбоченилась Мария Антоновна и с вызовом посмотрела на Макара. - Ничего себе вы их воспитали! Хотя чего я ждала от меркантильной лентяйки. Какая мать, такие и дети!
Внуки с осуждением посмотрели на пожилую женщину и молча покинули кухню.
- Ты чего сидишь? Верни их немедленно! Кто им позволил так себя вести? Какое неуважение ко взрослым людям! - заохала Мария Антоновна.
Макар понуро опустил голову. Он вдруг понял, что Люда оказалась права, и мать за пятнадцать лет не изменилась.
Впервые встретившись с внуками, вместо того, чтобы наладить с ними отношения, Мария Антоновна решила их отправить в огород.
- Мама, ты понимаешь, что сейчас сделала? - сурово спросил Макар.
- Я сделала? Это твои дети сделали! Плюнули мне в душу! Видят меня в первый раз, и так себя ведут! - яростно запротестовала женщина. - На кой черт мне нужны такие внуки, от которых нет никакой помощи? Зато потом будет: баба, дай то, баба, дай это! Шиш! Никому ничего не дам! На мой дом тоже могут свой рот не разевать, я лучше его спалю дотла!
- Ничего ты так и не поняла, - мужчина медленно встал из-за стола и направился к двери.
- Мне и даром не нужно такое родство! - крикнула ему в спину Мария Антоновна. - Больше мне не звони и не пиши.
Макар обернулся, молча покачал головой. Возражать матери не было никакого смысла.
Сын и дочь ждали отца у машины. Мужчина молча открыл автомобиль и кивнул детям.
Они без слов все поняли и сели внутрь машины. До дома ехали в полнейшей тишине.
Людмила, услышав, как стукнула входная дверь, выскочила в прихожую. По лицам мужа и детей она поняла, что знакомство с бабушкой не удалось.
Лишь через пару часов Макар рассказал жене о том, что случилось в доме матери.
- Она и правда не меняется, - пожал плечами мужчина.
Больше сын и мать не общались. Ни у кого из них не было желания контактировать.