- Светка тебя не любит, - Ваня повернулся к Виталику, - Точно знаю.
- Знает он, - Виталик улыбнулся, - А ты что думаешь? - бросил Косте.
- Я думаю, что первым делом самолеты.
- Это да, но есть в девушках такое… ну прям дух захватывает… как в полете, - Виталик замер и даже зажмурился.
- Да-да, дух, - засмеялся Ваня, - А Светка все равно твоя не будет.
- Будет моя, - вернулся из мечтаний и серьезно сказал Виталик.
Увидев подзывающий жест инструктора, он пошел занимать переднее место в кабине планера.
Эти разговоры перед полетами отвлекали от волнений и размышлений о риске. Ребята второй год занимались в городском аэроклубе, и второй год летали на чешских планерах L-13 Blanik. Курс обучения завершался и предполагал скорые самостоятельные вылеты. Но, то погода останавливала полеты, то перестраховки инструкторов заставляли в очередной раз строить «коробочку» над аэродромом или летать в «зону» под присмотром с заднего места безмоторной металлической птицы.
Ваня и Костя были одноклассники, а Виталик учился в другой городской школе. Вместе их собрала мечта о полете и открывшаяся три года назад планерная секция аэроклуба ДОСААФ. Ребят на курсе было около пятнадцати, но эти трое сдружились и дополняли друг друга. Ваня был невысокого роста, коренастый, с цепкой памятью и упрямым характером. Виталик отличался легкостью в общении и удивительной способностью получать желаемое. Костя любил поразмышлять и не спешить с выводами, был начитан и мог дать совет, если спрашивали. Всем троим в прошлом году исполнилось по шестнадцать лет. А это добавляло забот и волнений.
Девочки. Их было пятеро в парашютной секции аэроклуба. Всего в этой секции было тридцать курсантов. Юноши готовились к службе в ВДВ, а девчонки записались за компанию со знакомыми ребятами. Изначально их было больше, но после первых занятий осталось пять самых стойких. Светка Покровская выделялась из этой пятерки красотой лица и статью. Все ребята на нее поглядывали, и она принимала это внимание как должное. Понимала что-то в свои шестнадцать. Подружки, а оставшиеся девочки быстро сдружились, признали ее первенство и весело смеялись над неудачливыми кавалерами, подходившими к Светке.
Обучение и в парашютной, и в планерной секции аэроклуба состояло из теории, проходившей в осенне-зимний период, и практики с выездом на аэродром весной и летом. Парашютистов готовили быстрее. У них не было аэродинамики, самолетовождения и штурманской подготовки. Только умение укладывать парашют Д-5, что оттачивалось до автоматизма, и лекции о том, что нужно делать после прыжка… ну если парашют раскрылся. Кстати, инструктор по парашютному делу Владислав Владимирович Бобров любил постоянно вставлять в свои лекции всякие фатальные шуточки и нехорошие случаи из своей богатой практики. Старшему прапорщику ВДВ в запасе было о чем рассказать ребятам.
Планеристы, сами называвшие себя летчиками, посматривали на парашютную братию свысока. Но парашютная подготовка была и у них. Без нее не допускали к полетам. Зал для парашютной подготовки позволял укладывать десяток Д-5 одновременно. Практические занятия проводились для двух секций разом. Сначала ребят разбивали на группы по три человека для укладки одного парашюта, потом, за неделю до прыжков, каждый укладывал парашют себе сам. У Вани, Виталика и Кости уже было по три прыжка в прошлом году и они пришли уложить парашюты для четвертого, допускного к полетам в этом году. Увидели девчонок, увидели Светку.
Ваня собирал свой купол рядом со Светланой. Отлично зная правила укладки, подсказывал соседке очередность операций и даже помогал находить нужные стропы. Бобров сначала покрикивал на них. Потом, хмыкнув, отошел. Пооперационный контроль проходил быстро, уложив парашюты и ожидая «добро» инструктора, Ваня и Света болтали о всяком разном. Ване нравилось внимание девушки, а она была благодарна за помощь. Но подбежавшие сразу после приемки укладки подружки прервали идиллию и забрали Светлану. Ваня провел остаток дня в задумчивости, слабо реагируя на шуточки Виталика и вопросы Кости.
В Ан-2 вошла команда парашютистов. Костя должен был прыгать сразу за Светланой, в середине группы. Виталик вторым, а Ваня последним. «Кукурузник» нехотя выкатился на старт и пошел на взлет. У девчонок, а их кроме Светки было еще две, был первый прыжок. Бобров решил, что с бывалыми ребятами им будет легче прыгнуть. А чтобы не отказались, поставил их в середину группы.
- Ну что, полетели покойнички, - сказал он свое привычное напутствие.
Побледнели даже бывалые, но быстро взяли себя в руки. Костя поглядел на замершую Светку и попытался улыбнуться. Вышло не очень. На высоте 900 метров Бобров открыл дверь, стало ветрено. Самолет накренился и все увидели землю, маленькие домики и спешащие по автостраде машинки. Светка непроизвольно нащупала Костину руку и сжала ее. Он удивился, взглянул на нее и подмигнул. Костя уже справился с волнением и готовился к прыжку. Видимо его уверенность тактильно, через касание рук, передалась Светлане. Прозвучал сигнал. Группа встала и прыжки начались…
Ваня и Костя скучали уже пять минут на месте сбора с парашютными сумками. Их четвертые прыжки прошли штатно. Попытку ветра унести их в рощу они побороли и приземлились на поле почти рядом. Ждали Виталика и глядели вдаль, пытаясь разглядеть его среди возвращающихся с мест приземления парашютистов. Вот он показался, да не один. С девушкой. Догадаться, что это Светка было не трудно, две ее подруги из команды стояли рядом на месте сбора. Ваня нахмурился, Костя улыбнулся, а Виталик словно не торопился к друзьям, весело жестикулируя смеющейся от его рассказов Светке. Не шел, а парил над землей, нагруженный своей и Светкиной сумкой с парашютом…
Виталик встречался со Светой около года, Ваня ревновал, Костя смотрел на это с иронией. Поцелуй в губы Светлана Виталику подарила, а потом уехала с родителями из города далеко. Переписка у ребят не задалась… Остались воспоминания.