ГрафоМан

- А давай на пару танец забацаем, ну как те… помнишь месяц назад брейк танцевали, - Ваня азартно глянул на Костю. - А сможем? Ребята наверно в танцевальный кружок ходят. - Ты смеешься? Какой кружок? Все дома. По телеку смотрят и повторяют. И мы так сможем, - кипятился Ваня, - Вот увидишь. Он подошел к большому зеркалу в прихожей и попытался станцевать брейк. Получилось так себе, но Ваня улыбался. Ему нравилось. Костя смотрел на это критически. Если они на пару так скривляются, то их запомнят не как «танцоров диско», а как двух малолетних клоунов...

- Светка тебя не любит, - Ваня повернулся к Виталику, - Точно знаю. - Знает он, - Виталик улыбнулся, - А ты что думаешь? - бросил Косте. - Я думаю, что первым делом самолеты. - Это да, но есть в девушках такое… ну прям дух захватывает… как в полете, - Виталик замер и даже зажмурился. - Да-да, дух, - засмеялся Ваня, - А Светка все равно твоя не будет. - Будет моя, - вернулся из мечтаний и серьезно сказал Виталик. Увидев подзывающий жест инструктора, он пошел занимать переднее место в кабине планера...

Наталья Евгеньевна строго оглядела класс. На тридцатой минуте урока ребят нужно было взбодрить. История – предмет интересный, но молодые организмы, скованные школьными обстоятельствами, протестовали в виде зевоты и слипающихся век. Учитель понимала, что следует временно отступить от повествования про проблемы Пруссии и Австро-Венгрии в середине XIXвека и вернуться в реальное время. Нет, урок спасать необходимости не было, несколько пар глаз следило за ее перемещением по классу и повествованием с интересом...

Утро. Пока готовится кофе, принимаю водные процедуры. Разглядываю себя в зеркале, и в очередной раз убеждаюсь, что жизнь проходит не бесследно. Морщины, поблекшие глаза и, захватывающая все больше площади, растительность на лице – только начало пути в старость. Нахлынуло. Работа давно не интересна, зарплата не бодрит, дома нескончаемый ремонт, жену заел быт, дети выросли, друзья разъехались… Задолжал я Вселенной за успехи молодости...