В мировой прокат вышла драма Джеффа Николса про байкеров 1960-х, фильм с превосходным мужским ансамблем (Остин Батлер, Том Харди, Майкл Шеннон и другие) и оттеняющей его Джоди Комер. К реву моторов прислушивался Станислав Зельвенский.
Станислав Зельвенский
Критик Кинопоиска
В начале 1960-х дальнобойщик Джонни (Том Харди), впечатленный фильмом «Дикарь» с Марлоном Брандо, решает организовать в своем чикагском пригороде байкерский клуб. Поначалу к нему присоединяется дюжина приятелей (Майкл Шеннон, Бойд Холбрук, Эмори Коэн, Дэймон Херриман и другие). Они, как положено, берут дерзкое имя («Вандалы»), катаются на пикники пить пиво, а в остальное время с независимым видом сидят в баре. Самый красивый и импульсивный среди «Вандалов» — молодой Бенни (Остин Батлер), который с равной страстью любит мотоциклы и девушку по имени Кэти (Джоди Комер).
Сценарист и режиссер «Байкеров» Джефф Николс — одно из самых интересных режиссерских имен, прозвучавших в США в 2010-е: хитовый «Мад», смутно фантастические «Укрытие» и «Специальный полуночный выпуск», трогательный «Лавинг». Николс зарекомендовал себя вдумчивым и оригинальным исследователем американы, региональных комплексов и поэзии. Потом он пропал на целых восемь лет: один за другим проекты разваливались или уходили к другим (среди них — приквел «Тихого места», выходящий в прокат через несколько дней). «Байкеров» Николсу все же удалось довести до конца — странный, несвоевременный и вроде бы непонятно кому нужный фильм, но тем и интересный.
Если «Лавинг» про межрасовый брак примерно в ту же эпоху вырос из документалки, «Байкеры» отталкиваются от фотоальбома. Магнумовский фотограф Дэнни Лайон (поныне здравствующий) с 1963 по 1967 год снимал группу байкеров и брал у них интервью. Идея, видимо, висевшая в воздухе, — почти одновременно вышла книга Хантера С. Томпсона про «Ангелов ада». Николс уважительно ввел Лайона в фильм в качестве персонажа (его играет Майк Фейст из «Претендентов»). Впрочем, он не столько персонаж (характер там особо не просматривается), сколько рабочий инструмент, рука с микрофоном. Беседует Лайон почти исключительно с героиней Джоди Комер, которая таким образом становится основной рассказчицей, комментируя различные перипетии в истории «Вандалов». Поскольку Кэти — девушка наблюдательная и, так сказать, нормис, ее трезвый взгляд на происходящее обеспечивает нам комфортное место в гуще событий.
Вычленить из «Байкеров» сюжет в традиционном понимании не так легко — это тоже своего рода фотоальбом, групповой портрет. На первом плане стоят герои Батлера и Харди, но просто как самые заметные. Батлер за весь фильм произносит, наверное, пару десятков фраз. И не только потому, что крутые парни не чешут языком, а потому что сказать ему особенно и нечего, кроме того что ему нравится ветер на шоссе. Характерно, что его метод ухаживания заключается в том, чтобы молча сидеть на байке у крылечка любимой. Лучшую свою реплику Бенни выдает в самом начале фильма: «Чтобы я снял свою куртку, вам придется меня убить». Он из тех самых беспечных ездоков, которых уже через несколько лет, к концу 1960-х, перемелет суровая реальность.
Фильм как раз и подводит нас к этому моменту, фиксируя, как байкерские клубы из не то чтобы идеалистического, но достаточно невинного хобби превратились в криминальные группировки. Если Бенни — герой романтический (хотя и с воздушными кавычками), то Джонни, персонаж Харди — более приземленный; он не только жертва, но и рычаг криминальной метаморфозы «Вандалов». Отдельно смешно, что Джонни с его брутальными манерами и неожиданно высоким голоском косплеит Брандо, притом что сам Харди, очевидно, наш ответ Брандо в плане актерского метода.
Остальные байкеры — впечатляющая актерская сборная, но играть им особенно нечего, хотя, например, у Майкла Шеннона, любимого актера Николса и звезды всех его фильмов, есть неплохой монолог, и еще слегка выделяется Эмори Коэн. Николс использует своих артистов именно как ансамбль — коллективный образ нервозной маскулинности 1960-х, сформированной войнами, социальным раскрепощением, подъемом женского движения и так далее.
Все это достаточно убедительно и неизменно живописно — минимальное требование, наверное, к экранизации фотоальбома. Квазисексуальный, в том числе гомоэротический, потенциал байк-атрибутики и ее носителей (Харди, Комер и Батлер бессознательно образуют что-то вроде любовного треугольника) отработан ровно настолько, чтобы ласкать глаз, не опрокидываясь в фетишизм.
Можно сказать, что в отсутствие интересной истории ценность этого меланхоличного ностальгического панно почти исключительно декоративная. Но это вечная ирония жизни: все, что начиналось как протест и бегство от обыденности, однажды заканчивается на чьем-то кофейном столике.