Кому как везет, а у меня со свекровью Екатериной Сергеевной отношения сложились… Скажем так, нормальные. Никогда не ругались, но и близкой душой я ее не воспринимаю.
Она же наоборот – много лет пыталась заменить мне родную мать. Даже дочкой иногда называла, вот до чего дошло. Но, как показала жизнь, все это было не совсем искренним.
Началось все с того, что мой муж Павлик в очередной раз собрался в баню с друзьями. Это у них такая традиция аж с 90-х – примерно каждые месяца полтора шастают греть кости.
Ничего плохого в этой привычке нет. Напротив, радостно, что у супруга есть настоящие верные товарищи, с которыми он уже не первый год не разлей вода.
И все бы ничего, если бы он не приходил из своей бани, мягко говоря, подшофе. По факту – в свинском состоянии. Без исключения, каждый раз.
Кстати, против этого я тоже особо ничего не имею. Пусть мужик порадуется – если это не рушит наш быт, то почему бы и нет? Изредка, конечно.
Так вот... Мы с супругом собрались ехать в Москву по важным делам, загодя подготовились, распланировали все мероприятия. А он накануне собрался в баню. Внезапно. Ему позвонили, он начал мочалки с вениками паковать.
- А ты куда это вечером перед отъездом? - спрашиваю я, видя повышенную активность мужа.
- В баню. Ребята собираются, меня требуют.
- Нет, не пущу, - отвечаю я категорично.
- Почему?!
Объяснила. Сказала, что если он придет домой в том виде, в котором обычно, то мы не то что в Москву не попадем, из подъезда-то не вылезем.
Ох, как Пашка рвал и метал! Назвал меня самодуркой, бессердечным железным дровосеком и тупой овцой. Обидно, кстати, но я стерпела. Понимаю эмоции благоверного – он настроился, а я подрубила на взлете.
Зато в столицу скатались образцово. Сделали свои дела, до кучи купили много полезных и нужных шмоток. Муж дуться перестал уже к следующему утру, так что поездка прошла безупречно – даже ни разу не цапнулись. Ну и все, дальше жизнь потекла размеренно и спокойно.
Я уж и думать забыла о том эпизоде, как вдруг нарисовалась свекруха. Несмотря на наши с ней традиционные любезности, она показала себя как-то холодно. Прошла на кухню, присела на табуретку, в глаза не смотрит. Даже от чашки чая, предложенной от чистого сердца, отказалась.
- Скажи, а ты себя считаешь главой семьи? - внезапно заговорила раскатистым басом Екатерина Сергеевна. - Думаешь, что можешь как угодно вершить судьбы своих домашних?
- Чего-чего? Это вы шутите, да? - я нервно улыбнулась, но быстро поняла, что свекруха говорит абсолютно серьезно.
- Какие уж тут шутки. Павлика держишь в стальных рукавицах, продыху ему не даешь. Ну сходил бы он в баньку, с тебя убыло бы?!
- Ах вы вот о чем… - шепнула я скорее себе, чем ей. - И откуда ж вы это знаете?!
- А сын сам пожаловался. У него от меня нет секретов, давно пора понять.
Вот так и живем. Мужики сорока с лишним лет от роду жалуются своим мамам на нехороших жен, а те потом бегут к невесткам с претензиями и разборками. Весело, ничего не скажешь!
Но я на эмоции не сорвалась, на все свекрухины вопросы ответила спокойно и честно. Пояснила, что обычно Паша приходит из бани в невменяемом состоянии, а наутро болеет. Нам же предстояла поездка в Москву, сорвать ее было никак нельзя.
Свекровь внимательно меня выслушала, покивала, поцокала языком и выдала такое, от чего мне реально едва не стало дурно.
- Уж и в баньку мальчику сходить нельзя, подумаешь. Ради такого случая можно и перенести было поездку свою! Ишь, избаловалась, фифа какая, посмотрите-ка на нее.
- Вы серьезно сейчас говорите? А вам не кажется, что Павел уже не мальчик, как вы выразились, а взрослый мужчина? И что он хоть как-то должен оценивать последствия своих действий и решений…?
- Не грузи меня! Я больше это обсуждать не собираюсь! Не смей обижать моего сына!
Классно. Злые жены не пускают сорокалетних мальчиков в баньку, а те потом жалуются мамкам… Жесть.
Никогда не думала, что столкнусь с таким прямо у себя на кухне. Павлу, кстати, ничего говорить не стала. Смысл? Если он считает такое поведение нормальным, то простые слова тут бессильны.