Валентина Васильевна вышла из машины и с трудом разогнула затекшую от долгого сидения спину: как давно она не была здесь!
Она взяла из багажника цветы, бутылку с водой, тряпки, веник с совком, пакет для мусора и, оглядываясь по сторонам, медленно пошла к могилам своих родных…
На первый взгляд, здесь, за много лет, ничего не изменилось, но это только на первый взгляд. На самом деле – деревья стали выше, могил стало значительно больше, да и памятники на могилах стали более вычурные и дорогие, не то, что когда-то, только кресты стояли, да фотографии усопших на них.
Валентина Васильевна неспеша шла вдоль могил, вглядываясь в надписи на памятниках. Как же много её ровесников уже покинуло этот свет! Толя Рыжиков – одноклассник Валентины. Когда-то он бегал за Валей, дарил ей всякие безделушки. Люда Горохова, соперница Вали: в седьмом классе им нравился один и тот же мальчик из девятого класса, но он считал их малышками и не обращал внимания не на одну из них…
Сердце Валентины замерло… С красивого памятника на неё смотрел Лёнька… Тот самый Лёнька, которого она любит до сих пор и, который так резко изменил её жизнь. Двадцать лет прошло, а она помнит каждый миг проведённый с ним, помнит тот насмешливый взгляд его больших зеленых глаз, маленькую родинку на правой щеке..,
Она открыла калитку оградки и вошла внутрь. Присев на удобную скамейку, отделила от букета цветов две красные розы и положила их на могилу.
Мысли её унеслись туда, в юность…
… … …
Они были из одного посёлка, но он был старше Вали на три года. Валя училась в школе, когда Лёнька уехал в северную столицу поступать в институт. Поступил сразу, так как был отличником. Валю он не знал, но знал, что а посёлке живёт семья Новиковых и, что у них двое детей.
Когда Валя Новикова получила аттестат и отправилась в Санкт-Петербург поступать в юридический, родители Лёньки попросили её, передать сыну небольшую посылку. Он встретил Валю на вокзале и предложил проводить её до института. В общежитие девушке заселиться не удалось, надо было подождать пару дней, пока высохнет краска в отремонтированных комнатах.
Лёнька предложил Валентине остановиться у него – родители снимали ему небольшую квартиру в Московском районе города. Валя согласилась.
В институт она поступила без конкурса, так как была золотой медалисткой. Общежитие ей дали на Новоизмайловском проспекте, в четырёх остановках от дома, где жил Леонид.
Они часто виделись, вместе ходили гулять, Лёня показывал девушке достопримечательности города на Неве и, постепенно, они поняли, что не могут жить друг без друга. Прошло два года. Лёня закончил вуз и устроился инженером на один крупный завод, а Валя перешла на третий курс своего юридического.
Середина девяностых была довольно сложной. Продукты питания отпускались по талонам, дефицит был на всё, а цены были атомными. Молодые жили в съемной квартире Лёни. Он работал, она училась и подрабатывала секретарём в деканате.
Домашние продукты им передавали с поездом родители. Это была консервация из их собственных огородов, варенье, тушёнка и картошка – всё то, что существенно облегчало жизнь ребят. Обе семьи понимали, что надо готовиться к свадьбе и ждали, когда Валя закончит свой институт.
Диплом Валентины решили “обмывать” в родном посёлке. К этому событию Лёня приурочил свой очередной отпуск.
Лето было в разгаре. Погода стояла отличная. На субботу назначили банкет по случаю окончания Валей института.
Рано утром в субботу, надо было съездить к родственникам в соседнюю деревню за посудой для стола. Гостей пригласили много, а посуды своей не хватало. Лёня взял мотоцикл отца, Валя села позади него и они помчались…
… … …
Валя очнулась в больнице, закованная в гипсовый панцирь. Её мама сидела рядом на стуле и, бесцветными от слез глазами, смотрела на дочь. Увидев, что дочь очнулась, мама громко заплакала от радости и стала звать врачей,
Приговор был страшным…
Повреждён позвоночник.
… … …
За 15 лет было проведено семь сложнейших операций, но всё безрезультатно - надежд на то, что Валя когда-нибудь встанет на ноги, не было никаких. С физической болью тесно сплелась и душевная боль: её Лëнечки больше нет, а без него не было смысла жить.
Родители Вали купили в застройке небольшую двухкомнатную квартиру в Санкт-Петербурге и переехали туда жить. Всё-таки, в большом городе больше возможностей для лечения и восстановления их дочки. Славик, старший брат Вали, остался жить в посёлке, в их доме.
Пришлось Валентине заново учиться сидеть и привыкать к инвалидному креслу. Она понимала, что надо чем-то себя занять, чтобы от безделья не сойти с ума.
Постепенно, Валя устроилась в одну юридическую контору на удаленку. Она, по заказам составляла договора и прочие пакеты документов для предприятий и частных лиц.
Всё, вроде, наладилось, но ещё одна беда свалилась на плечи девушки и её мамы: внезапно умер отец. Неожиданно, рано утром, стал подниматься с кровати и резко упал, коротко вскрикнув от боли. Экспертиза показала, что оторвался тромб.
Похоронили отца в родном посёлке. На похороны Валя поехать не смогла, так как была зима, а ехать в инвалидном кресле это не самое лучшее решение.
Мама вернулась с похорон убитая горем и стала постоянно болеть. У неё совершенно пропал интерес к жизни. Она переживала за Славика, которому было 36 лет, а он всё ещё не был женат и жил один. Ещё она переживала, что не может пойти на кладбище и посидеть у могилы любимого мужа, так как до посёлка, где он похоронен, более восьмисот километров.
Валя понимала, что мама с удовольствием бы уехала жить в посёлок, но не может себе этого позволить из-за того, что Вале трудно справляться с бытом и ей нужна помощь.
Однажды ночью Валентину разбудил телефонный звонок. Вызов был с телефона Славика, но в трубке раздался незнакомый голос:
– Доброй ночи! С вами говорит посторонний человек. Я сейчас был очевидцем того, как мужчину насмерть сбила машина. Машина уехала, а я подошёл к потерпевшему, но он, к сожалению, уже мёртв. Я взял его телефон, вызвал полицию и звоню вам. Вы записаны в его телефоне, как сестра.
Валя не знала что ответить. Она ещё не проснулась толком, а тут такая новость:
– Здравствуйте! Да, я сестра этого человека. Где вы находитесь? Где его сбила машина?
Дело в том, что я инвалид-колясочник и не смогу приехать туда. Попробую отправить маму, – сквозь слезы, кричала в трубку Валя.
Сонная мама заглянула в комнату Вали и всё поняла:
– Что? Что со Славиком? – закричала она.
Вдруг, мама “ойкнула”, схватилась за левую грудь и стала медленно оседать по стенке.
– Мамочка… Маамааа!!! - кричала Валя, пытаясь дотянуться до лежавшей на полу мамы. Она машинально набрала номер телефона соседки, которая жила в соседней квартире и попросила её зайти к ним. Валентина подогнала коляску к двери и открыла замок…
… … …
Как быть и что делать, Валя не знала. Она и рада бы что-то сделать, но в силу своих физических (не)возможностей, была не способна даже выйти на улицу…
Надо отдать должное соседке, которая
подключила к решению всех вопросов, местного депутата, а уж тот задействовал социальную службу их района и её представители организовали похороны мамы и брата.
Учитывая прижизненную просьбу мамы быть похороненной рядом с отцом, Валя решила похоронить маму в родном поселке. Для этого наняли машину для перевозки трупа и бригаду рабочих. Валя, по известной причине, поехать не смогла. Она была в депрессии и не хотела жить – на всём белом свете у неё не осталось родни и, она чувствовала себя никому не нужной.
Больше месяца Валя не жила, а существовала. Она тупо лежала в постели, ничего не хотела есть и всё время плакала. Соседка наняла ей хорошего соцработника, женщину, которая ответственно относилась к своим обязанностям и имела медицинское образование. Кое-как Наташа (та самая женщина) стала убеждать Валю, что надо жить дальше, а для этого – начать что-то делать.
Постепенно, хоть и очень медленно, Валя вернулась к своей прежней удалённой работе. Она стала неистово загружать себя делами, чтобы не оставалось, даже минуты, на посторонние мысли.
Однажды, к Валентине обратился мужчина по очень непростому вопросу, связанному с рейдерским захватом его бизнеса. Как не странно, но Валентине удалось зацепиться за один маленький нюанс, благодаря которому, удалось выиграть судебный процесс и вернуть законному владельцу его бизнес. С тех пор, благодаря “сарафанному радио”, к Валентине Васильевне потянулись клиенты.
… … …
Тот самый бизнесмен с которого всё началось, решил, во чтобы то не стало, помочь Валентине встать на ноги. По своим каналам он узнал, что в Израиле проводятся операции по восстановлению подвижности позвоночника и настоял на том, чтобы Валентина Васильевна согласилась на проведение такой операции.
Игорь Владимирович оплатил все расходы, связанные с операцией и последующей реабилитацией. Всё прошло успешно и спустя два года после операции и труднейшего восстановления после неё, Валентина смогла встать на ноги. А ещё через год – самостоятельно ходить.
Она устроилась начальником юридического отдела в фирму Игоря Владимировича, восстановила свои водительские права и стала мечтать о поездке на свою родину, на могилы своих родных.
Шеф был человеком холостым и оказывал Валентине недвусмысленные знаки внимания, но она боялась сказать ему “да”, ей шёл уже сорок первый год. Она понимала, что, из-за возраста, не сможет создать полноценную семью и родить ребёнка – слишком поздно было рожать.
А так хотелось быть кому-то нужной и родной, но время упущено.
… … …
И вот она, наконец-то, снова на родине…
Сидя у могилы своего Лëнечки, Валя не замечала, как слезы струйкой стекают по её лицу. Она медленно поднялась и пошла искать могилы родителей и брата.
Она собирала в пакет мусор, чтобы отнести его в контейнер, который стоял у входа на кладбище, когда к ней подошла девочка лет семи на вид:
– Тётя, если вы дадите мне немного денег, я отнесу мусор в контейнер.
Валя внимательно посмотрела на малышку: неухоженная, в грязных колготках с вытянутыми коленками, в непонятного цвета, трикотажном платье, с растрепанными косичками… На Валю смотрел маленький беспризорник.
– Что ты здесь делаешь? – удивлённо спросила она у девочки.
– Я здесь живу, вон в той избушке (она показала рукой на стену какого-то строения). Только никому не говорите, а то меня в детдом отправят, – попросила она.
Валентину передёрнуло:
– А что же ты кушаешь, где спишь, тебе не страшно одной???
– Бывает страшно, но у Семилетовых страшнее. А кушаю я всё, что придётся. Щавель, ягоды, иногда на могилках собираю еду, но в основном это хлеб и конфеты с печеньями. Сегодня ещё не кушала… – девчушка вздохнула.
– А Семилетовы – это кто? И как тебя зовут? – спросила Валя.
– Это мои опекуны. Тётя Римма, сестра моей мамы, которая умерла зимой. Но они с дядей Васей бьют меня и заставляют сидеть с их Кешкой. А Кеша специально вредничает, чтобы меня наказывали… А зовут меня Юлькой, – горько вздохнула малышка.
Валя закончила убираться на могилах, она позволила Юле отнести в контейнер мешок с мусором, посидела ещё немного, глядя на памятники и мысленно поблагодарив семью Леонида, которые установили на могилах такие памятники, поднялась со скамейки и, подождав Юлю, отправилась с ней к машине:
– Ты меня, Юля, не бойся, я тебя не обижу. Сейчас мы поедем в кафе, хорошенько покушаем, а потом купим тебе приличную одежду и будем разбираться с Семилетовыми.
– Не надо к Семилетовым! – в глазах Юли стоял такой ужас, что Валя испугалась.
– Не бойся, я тебя у них не оставлю. Надо будет решить вопрос с твоими документами. А пока, пару дней мы поживём у моих хороших друзей. – Валя обняла девочку и прижала её к себе.
– Ты, как моя мама пахнешь… – грустно сказала Юля.
… … …
Две недели жила Валентина в доме Самариных, родителей Леонида. Несколько лет назад они, по доверенности Валентины, продали её родительский дом, а часть денег от продажи, потратили на установку памятников. Оставшиеся деньги переслали Валентине, ей они тогда были очень кстати.
Благодаря связям Ивана Дмитриевича, отца Лёни, решить вопрос с Юлей оказалось не так сложно. Органы попечительства лишили бывших опекунов девочки права опеки. Юлю хотели временно поместить в детдом, пока Валентина будет переоформлять опеку на себя, но комиссия вошла в положение и разрешила Валентине оставить девочку при себе, до решения всех вопросов.
Валентина собиралась, по приезде в Санкт-Петербург, удочерить Юлю. Она понимала, что с этим будут сложности, так как она не замужем, а поэтому, решила обратиться за помощью к Игорю Владимировичу, у которого были большие связи.
Тот, не долго думая, явился к Валентине домой с огромным букетом и с обручальным кольцом и официально сделал ей предложение стать его женой.
– Мама, соглашайся! – радостно захлопала в ладоши Юля, сама не заметив, как назвала Валю мамой.
Валя на миг замерла от услышанного, а потом обняла одной рукой Юлю, а другой Игоря и произнесла:
– Да! Да! Да! Я люблю вас, мои дорогие… – по щекам её текли слезы, но это были слëзы счастья.
Вдруг, Валя заметила, что девочка как-то насупилась и погрустнела.
– Что с тобой, Юленька? – спросила она.
– Я подумала сейчас, что это всё неправда, не по-настоящему... Почему это вдруг, я из несчастной стала такой счастливой? Разве так бывает? – она с надеждой смотрела на Валю.
– Доченька моя… Как долго я тебя ждала…