Скиталец

День меркнет ночью,

А человек печалью.

(Народная пословица)

Гадание на зеркалах

Снег за окошком серебрился,

Свеча мерцала на столе,

Два зеркала, и три девицы

Сидели в полной тишине.

Какое сладкое желанье —

Узнать, взглянуть судьбе в глаза,

Что впереди, что там, за гранью,

И от свечи дрожит слеза.

У Даши дух перехватило:

Что-то мелькнуло меж зеркал,

Сердце тревожно колотило,

Лик старика пред ней предстал.

Она, от страха цепенея,

Взор не могла свой отвести,

А лик сменился, перед нею

Был юноша, просил спасти.

Внезапно образы исчезли,

И Даша дух перевела.

Чтоб они снова не воскресли,

К дверям, шатаясь, подошла.

«Мне что-то душно, подышу», —

Подругам второпях сказала.

«Что делаю, зачем грешу?» —

Шла и сама себя ругала.

Роковая встреча

«Но всё-таки, кто это был,

Старик и юноша печальный?

Зачем спасти его просил

Тот юный образ зазеркальный?»

Видение вселяло страх,

Беду ей словно предвещало.

Она как будто бы впотьмах

Шла, ничего не замечала.

Внезапно силуэт мужской

Возник перед её глазами —

Едва одет, угрюм, худой,

До плеч с седыми волосами.

«Как оказалась ты одна

В безлюдном месте в поздний час?

Видать, это твоя судьба,

И для меня теперь ты спас».

«Вы просто проходили мимо,

А я случайно здесь брожу,

Я вам не спас, на мне нет схимы,

Да и вообще, я ухожу».

«Постой, не уходи, два слова,

Тебе меня не позабыть,

Сведёт нас провиденье снова,

Не сможешь ты как прежде жить.

Страдать и мучаться ты будешь.

Меня найдёшь, здесь буду ждать,

А нет — сама себя погубишь,

От горя будешь умирать».

Он приоткрыл лицо своё,

И Даша не дыша стояла.

Холодный пот прошиб её,

Она лицо это узнала.

Этот измученный старик

Смотрел на Дашу из зеркал,

Она едва сдержала крик!

«Это судьба», — старик сказал.

Мучительный выбор

Подругам вида не подала,

Всё думала: «Как дальше жить?»

Но в глубине души уж знала:

Ей ничего не изменить.

С тех пор она занемогла

И посиделок избегала,

Хандра ей душу извела,

Даша тихонько угасала.

Старик ей неприятен был,

Быть рядом с ним она боялась,

Но жить так дальше нету сил.

Она меж двух огней металась.

Однажды сон приснился ей:

Лодку выносит по теченью,

Течение всё быстрей, быстрей,

Она на лодке, нет спасенья.

Вдруг с неба тень,

Стервятник страшный её когтями зацепил,

Взмахнул крылами, поднял в небо

И тихо на берег спустил.

Спаситель вмиг преобразился

И статным юношей предстал,

Она узнала, он явился

К ней на гаданье, из зеркал.

Проснулась Даша и решила:

«Сон в руку, так тому и быть,

Судьбу мне показать просила,

Теперь её не изменить».

Вещей с собой не собирала,

Она спешила по тропе,

Там неизвестность поджидала,

Пошла, покорная судьбе.

Начало трудного пути

Старик стоял, где должен быть.

Она с трудом ему сказала:

«Я больше не могу так жить,

Мне очень трудно, я устала.

Кто вы, что от меня хотите?

Готова я теперь на всё,

Но только пытку прекратите,

Ведь я не вынесу её».

«Ты перешла через порог,

Все недуги твои уйдут.

Всё расскажу тебе в свой срок,

Надо идти, нас уже ждут».

«Я не собралась в долгий путь,

И нам не избежать беды!» —

«Про эти мелочи забудь,

Ни в чём не будет нам нужды.

Отныне я твой опекун

И позабочусь, чтоб всё было». —

«Вы кто, всё могущий колдун?» —

Даша испуганно спросила.

Старик на Дашу посмотрел,

Холодный взгляд, как в лютой стуже,

Затем немного помрачнел:

«Да нет, пожалуй, даже хуже».

Они пошли в лес, напрямик,

А ближе к ночи — стужа злее.

«Возьми, надень — сказал старик, —

Тебе сейчас станет теплее».

Он вещи тёплые ей дал,

Она без лишних слов оделась,

Не спрашивая, где он их взял,

И после этого согрелась.

«Но как же вы? Ведь лютый холод!», —

Даша с тревогою сказала.

«Не страшен холод мне и голод,

Я редко ем, и сплю я мало».

Тревожных мыслей рой кружился,

И на душе была тревога:

«Куда идём? Он кто такой?

И в чём моя ему подмога?»

«Всё, отдохнём, присядь на пень,

Хороший ужин, сон, покой,

Нас ожидает трудный день,

Сейчас я всё это устрою».

Еда, питьё, шалаш возник,

Костёр дымится и искрится.

«Даша, ты кушай, я привык,

Без пищи долго обходиться».

«Скажите, кто же вы такой?

Вам человеческое чуждо». —

«Я, Даша, средь людей изгой,

И ничего мне здесь не нужно».

Костёр потрескивал, луна

Светила ярким ровным светом,

Он начал свой рассказ, она

Старалась не дышать при этом.

Трагедия старика

«Мать моя рано овдовела,

И нищета вошла в наш дом.

От нас родные отвернулись,

И выживали мы с трудом.

Мать прокормить меня старалась,

Сама ж питалась через день,

Любой работы не гнушалась,

Работала и в ночь, и в день.

Родная тётя — негодяйка,

Мать не пускала на порог

И обзывала попрошайкой,

Никто нам так и не помог.

Богатым людям не понятны

Нужда и просьбы бедняков.

Они глумливы и отвратны,

Они в нас видели рабов.

Меня обиды не сломили,

Учился с детства я терпеть,

Меня и беды закалили,

Я не умел себя жалеть.

Мне от отца досталась честь,

И я не признавал узды,

Я беден, но ведь силы есть,

Чтоб мать избавить от нужды.

Есть руки, ноги, голова,

Батрачил, не жалел себя

И помнил мамины слова:

«Сыночек, я дождусь тебя».

Прошли года, я смог скопить

Немного денег, чтоб начать

Нам с мамою безбедно жить,

Хозяйство ставить, развивать.

Решил я, что пора домой,

Увидеть мать, обнять её,

Увидел дряхлое жильё,

И сердце обожгло моё.

Я опоздал, мать умирала,

Никто ей корки не подал,

Я плакал, мама мне сказала:

«Я дождалась, какой ты стал!»

Роковая сделка

Я хоронил, глотая слёзы,

Гроб сколотил, выстругал крест.

Могильный холмик под берёзой —

Остался я один как перст.

От горя я был как в огне,

И словно дикий зверь рычал:

«О! Кто-нибудь, дай силы мне,

Я бы тебе, что есть, отдал!»

«Зачем покойников пугаешь?»

Я вздрогнул: «А ты кто такой?»

«Я — Кто-Нибудь, ко мне взываешь,

Ты звал — и вот я пред тобой».

Нечёткий, словно лунный свет,

Неясный голос в тишине:

«Я помогу, что дашь в ответ?

В тебе есть то, что нужно мне».

«Я жажду наказать людей,

Несправедливых, жадных, злых,

Губителей судьбы моей.

Я люто ненавижу их!»

«Ну что ж, я силу тебе дам,

Ты сможешь отомстить всем им,

Увидишь их позор и срам,

И будешь ты — неуязвим.

Когда виновников найдёшь,

Накажешь всех за их вину,

Ты эту силу мне вернёшь,

А я залог тебе верну».

«А что же хочешь ты в залог?

Есть у меня немного денег,

Бери, что заработать смог,

Они чисты, я не мошенник».

«Нет, деньги — это не залог, —

Потом добавил не спеша:

— У тебя денег будет много,

Нет, мне нужна твоя душа!

С душою месть не совместить,

Ты мне её сейчас отдашь,

А верну, как кончишь мстить,

Всё без обмана — баш на баш!

Подвоха в сделке не найдёшь,

Душа останется со мной,

Если ты слово отзовёшь». —

«Я подтверждаю выбор свой!»

Полнеба вспышка осветила,

И гулом раскатился гром,

Так небо сделку подтвердило,

Гарант между добром и злом.

Месть

Сомнения напрочь отлетели,

Эмоций нет, один расчёт,

Я знал, что я достигну цели,

И воля повлекла — вперёд.

Имел я крепкую основу,

Доступно то, о чём мечтал.

Да, Кто-Нибудь хозяин слову,

Он дал мне то, что обещал.

Событий цепь ясна мне была:

Болезнь подтачивала мать,

Больная мать сестру просила

Хоть корку хлеба в долг ей дать.

Надменный муж толкнул ногой,

Мать на коленях перед ним:

«Вон, попрошайка, прочь, домой,

Мы ничего не подадим!»

«Ну что ж, тогда начну с тебя, —

Я хладнокровно рассуждаю, —

Играешь ты в рулетку зря,

Я на крючок тебя поймаю».

Вот он свой урожай продал

И шёл довольный в казино,

В буфете выпил, жрать не стал,

Спешил, он не играл давно.

«Держись, игрок, — подумал я, —

Азарт раздую до небес,

Фортуна хитрая, маня,

Затащит в нищету, балбес».

Он проиграл свой урожай,

И дом, и землю, и скотину,

А после плакал, негодяй,

И его вытолкали в спину.

Коварный обман

Я радость мести испытал

И его горем наслаждался,

Я негодяя наказал,

А сам я на ярмарке остался.

Когда в деревню я пришёл,

Узнал, что, нищим став, помещик

От горя тронулся умом

Раздал, оставшиеся вещи.

Но его дети, в их глазах

Пылало истинное горе,

Они стояли все в слезах!

Я услыхал: «Ну что, доволен?»

Передо мною Кто-Нибудь:

«Как ловко я тебя подставил,

Теперь про душу позабудь!» —

«Но я же не нарушил правил!»

«Ты изменил событий связь

И влез в законы мирозданья,

Людские жизни, судеб вязь —

Небесных сил сиё деянье.

Он был готов в конце пути

Раскаяться в своём грехе,

Но ты не дал ему дойти

До этой точки, хе-хе-хе!»

«Но люди мстят по всему миру,

Никто ткань жизни не меняет?» —

«Но ты использовал сверхсилу,

И этот факт всё нарушает.

Свобода выбора — дар людям,

Поступки — выбор их судьбы,

А ты из личных побуждений

Лишил их выбора, борьбы.

Ты что, решил, что просто так

Дана сверхсила и сверхзнанье?

Да нет, за каждый твой сверхшаг

С тебя сверхспрос, сверхнаказанье».

«Мстить дальше я не собираюсь,

Свою сверхсилу забирай.

Грех искупить я постараюсь,

Но только душу мне отдай!»

«Ты как ребёнок говоришь,

Гарант у сделки — небеса,

Пока ты всем не отомстишь,

В моём плену твоя душа.

Наш разговор ты не забудешь,

Я накажу тебя слегка,

Отныне странствовать ты будешь

Под видом злого старика.

Теперь ты для меня обуза,

Ты мне не нужен, ты изгой,

Живи с сверхсилой, в виде груза,

Среди своих людей — чужой».

Слабая надежда

Я обречён был на страданье.

Судьба вела, и я шагал

Туда, где ждали наказанья,

Где грех над всеми правил бал.

Я не хотел ломать им судьбы

И тем развязку отдалял,

Я лишь надеялся на чудо,

А на какое — я не знал.

Я вызывал у всех людей

Страх, отвращенье, вражду.

Им я казался как злодей,

Несущий за собой беду.

Стучался я в мороз трескучий,

Никто мне не открыл дверей.

И я подался в лес дремучий

И стал там жить среди зверей.

Моя сверхсила помогала

Тепло и пищу добывать,

Стая волков своим признала,

И я стал к стае привыкать.

И вот однажды, на рассвете

Меня приветствовал старик.

Я от волненья не ответил:

С людьми я говорить отвык.

Он, видно, понял, что со мной,

Своею дланью лба коснулся,

Сделал пасы над головой,

И я как будто бы проснулся.

«Тебе не должно средь зверей

Быть долго, про зверей забудь.

Ты должен полюбить людей,

Души иначе не вернуть.

Пойдём со мной, я знаю, кто ты,

Есть путь к твоей душе прийти,

Ты отказался мстить, и это

Последний шанс тебя спасти».

Могучий маг, я понял это,

Пошёл и я за ним след в след,

Надежда есть, теплилась где-то,

Я верил, что придёт рассвет!

Маг мне сказал, что в горнем мире

Душа томится и скорбит,

Что нужен мне товарищ верный,

Идти нам вместе предстоит.

«Товарищ сам тебя найдёт,

Не ведая, не сознавая.

С тобой ко мне он пусть придёт,

Его я лично испытаю».

«Меня злым стариком создали,

Лишь стоит на меня взглянуть,

То станет ясно, что едва ли

Пойдёт со мною кто-то в путь».

«Взгляд твой таинственно мерцает,

Он как любовный приворот.

Если товарищ взгляд поймает,

То обязательно пойдёт».

Даша, тебе не повезло,

Зря ты мой взгляд тогда поймала,

Теперь с тобой мы заодно,

Поспи немного для начала.

Испытания мага

Даша была потрясена,

Как он несёт такое горе?

Как исковеркана судьба,

Как мало лет и столько боли.

Она тяжёлым сном забылась,

Колдун предупреждал её:

«Раз ты помочь ему решилась —

Забудь про прежнее житьё.

Ты знаешь, этот путь опасен.

Шанс возвратиться очень мал,

И твой товарищ не всевластен,

Он смерти ищет, он устал.

Кто он тебе? Простой прохожий,

Не сват, не брат и не жених,

Изгой, на старика похожий —

Нет обязательств никаких.

Тебе домой скорее надо,

Подруги ждут уже давно,

Сниму зависимость от взгляда,

И позабудешь ты его.

Совет — оставь эту затею,

Пусть сам замаливает грех,

Я искренне тебя жалею,

Ведь шансов мало на успех».

Даша сказала: «Не могу,

Несчастен он и одинок,

Попал в большую он беду,

Он ищет, кто б ему помог».

«Для жизни жалость как отрава,

Кого жалеют — унижает,

А кто жалеет — величаво

Себя учителем считает».

«Речь не о том, чтоб горделиво

И снисходительно жалеть,

А в том, что стыдно и противно

Мне будет в зеркало глядеть».

«Мы говорили с тобой тайно,

Наш разговор не выдавай,

Судьба свела вас не случайно,

Я ухожу, ты досыпай».

Что это было: просто сон?

Но ей подобное не снилось.

Она не сомневалась в том,

Что что-то важное случилось.

\

«Раз к магу мы вдвоём идём,

Как называть тебя, избранник?»

«Что тебе в имени моём?

Скиталец я, по жизни странник».

До мага шли под жуткий вой,

У Даши кровь застыла в жилах,

«Не бойся, Даша, я с тобой,

Волки напасть на нас не в силах».

Напутствие мага

Вой стих, и воздух зазвенел,

И им был слышен каждый шаг,

К ним кто-то шёл, и снег скрипел.

Пред ними появился маг.

Даша узнала старика:

Во сне он обсуждал борьбу,

И выбор был — наверняка,

Он изменил её судьбу.

Маг подал знак обоим им

Идти за ним его путём,

Они послушно шли за ним,

Не размышляя ни о чём.

«Терять мы времени не будем.

Вас привела ко мне беда.

Мир горний недоступен людям,

А вам попасть надо туда.

На ваши тонкие тела

Перенесу ваше сознанье.

Вы будете, как два крыла,

Лететь навстречу испытаньям.

Даша путь в горний мир найдёт,

Только не нужно ей мешать,

Мне недоступно, что вас ждёт,

Что делать дальше — вам решать.

Там пребывает много душ.

Скиталец, душу там найдёшь,

Смотри, надежду не разрушь,

А то вовек не обретёшь!

Как будто лёгкая искра,

Сознание покинет тело,

Связь с телом — нить из серебра.

Она прочна, летите смело.

Для Даши горний мир закрыт,

Скитальцу, чтоб туда пройти,

Надо отдать ей свою нить,

Связь с телом не даёт войти.

Теперь ложитесь на матрас,

Здесь вы дождётесь возвращенья.

Сознание покинет вас

И в горний мир начнёт движенье».

Путь в горний мир

Маг начал что-то бормотать,

Реальность словно растворилась.

Толчок, их стало поднимать,

Сознанье их освободилось.

Как будто бы со стороны

Они смотрели с удивленьем:

Они лежат, маг у стены

Бормочет что-то с упоеньем.

От них к телам спускалась нить,

Она им вовсе не мешала.

Легко могли они кружить,

Такого раньше не бывало.

Красивым юношей стал странник,

Как тот, что жил в её мечтах,

Она узнала — он избранник,

Что появлялся в зеркалах.

«Я снова стал таким, как был,

Старик — лишь маска в наказанье.

За то, что больше я не мстил,

Я обречён был на изгнанье».

Всё было очень необычно:

В движеньях лёгкость, простота.

Светло, и видно всё отлично,

И не пугает высота.

Жара и холод, голод, жажда

Не изнуряли их в пути,

И даже запахи и звуки

Совсем не те, что во плоти.

Ландшафт немного изменился:

Кусты, деревья и река.

Но иногда к ним доносился

Тревожный звук издалека.

Сквозь дымку показались горы,

Звук стал и резче, и сильней,

Нечеловеческий злой хохот

Пронизывал их до костей.

«Кто это? — вырвалось у Даши, —

Зачем следят они за нами?» —

«Это отверженные души,

Они застряли меж мирами.

Ты не горюй об этом сброде,

Грехи им были только всласть,

Их бесами зовут в народе,

И в горний мир им не попасть.

Они почувствовали душу,

Они пугают всех всегда,

И ты не трусь, и я не трушу.

Они не причинят вреда».

Они спустились чуть-чуть ниже,

И визг, и хохот прекратились,

А горы становились ближе,

Всё ближе то, к чему стремились.

Ну вот и горы, скрытый грот,

Конец далёкого пути.

«Мне не войти в этот проход, —

Сказала Даша. — Ты прости».

«Я знаю, я пойду один,

Возьми мою земную нить.

Моё спасенье, мой почин —

Мне и придётся завершить».

«Я сохраню земную нить,

Чтоб ты вернуться смог домой,

Её я буду сторожить,

И знай, я мысленно с тобой».

Покаяние скитальца

Оставив страхи позади,

Скиталец скрылся внутри грота,

Прошёл немного, впереди

Увидел крепкие ворота.

«Подумай прежде, чем зайти,

Твой риск велик, ведь, может статься,

Не сможешь душу ты не найти

И будешь обречён скитаться».

Но строгое предупрежденье

Не остудило его пыл:

«Я принял твёрдое решенье,

Ведь я бездушным долго был!»

«Ну что ж, иди, попытай счастья,

Отвергнул душу ты легко,

Здесь ты один, не жди участья,

И не поможет тут никто».

Но делать нечего, скиталец

Закрыл ворота за собой,

А перед ним толпились души

С немым вопросом: «Ты за мной?

Кого ты ищешь, может, я

Та, что потеряна тобою?

Ты вспомни всё, вернись назад

И поделись своей бедою».

Он вспомнил сделку роковую

И как он хладнокровно мстил —

Он мстить решил напропалую, —

И понял, что он натворил.

Пред ним все души расступились,

Стоять осталась лишь одна.

Боль и печаль из глаз струились,

Скорбела, мучилась она.

«Я виноват перед тобою,

Свой грех хочу я искупить.

Я понял, чего я в жизни стою,

Мне без тебя нет смысла жить.

Предательства я не забуду,

Прошу, прости мне этот грех,

Я дорожить тобою буду,

Оберегать буду от всех!»

«Я вылечу твоё сознанье,

И впредь ты береги себя,

Я принимаю покаянье,

Мне очень трудно без тебя.

Пойдём, где Даша тебя ждёт?

Ей нужно встретиться с тобой,

И маг вас в мир перенесёт

Назад, чтоб встретиться судьбой.

Забудешь ты беседу нашу,

Про страхи и про трудный путь,

Забудешь и про свою Дашу,

Но про меня ты не забудь!

Тебе придётся вновь решать,

Как дальше с горем тебе жить.

Тебе придётся выбирать:

Мстить негодяям иль не мстить.

Ты постарайся всё исправить

И помни, что ты обещал,

Вернёшься ты к тому моменту,

Когда ты сделку совершал».

Изменение судьбы

И вот он снова у могилы:

«Я опоздал, прости меня,

Чтоб дальше жить, где взять мне силы?

Что буду делать без тебя!»

Он шёл, а в спину ему голос:

«Сестра ей хлеба не дала!

Ты что, простишь ей эту подлость?

Сожги ей дом, сожги дотла!»

«Нет, мстить не буду, чужим горем

Мне не залить свою беду,

На добрых мыслях жизнь построю

И счастье для себя найду».

Месть больше душу не калечит,

Со временем боль растворилась,

Закон природы — время лечит,

И жажда к жизни пробудилась.

И лето красное прошло,

И осень пролилась дождями,

И снежная зима пришла

Неслышно, тихими шагами.

Крещенье, сказочная ночь,

На небе звёзды и луна.

И дома усидеть невмочь,

Мечтами вся душа полна.

Он шёл по тропке, снег скрипел

Под его твёрдыми шагами,

Он ждал чего-то, он хотел

Согреться сладкими мечтами.

Ему пришлось остановиться,

Чтоб на тропинке не столкнуться.

Шла девушка ему навстречу,

И им никак не разминуться.

«Это судьба», — шальная мысль

В его мелькнула голове.

«Чудес на свете не бывает», —

Он усмехнулся сам себе.

«Как оказалась ты одна,

В безлюдном месте в поздний час?»

Невольно вздрогнула она:

«Простите, не видала вас».

Глаза их встретились на миг,

Его как будто обожгло,

Она едва сдержала крик,

Но на душе было светло.

«Как странно, в множестве тропинок

Мы оба выбрали одну,

Мне кажется, что я вас знаю,

Не знаю только почему?»

«Я просто шла, куда идти,

Мне было, в общем, всё равно,

И у меня есть ощущенье,

Что мы знакомы, и давно».

«Меня Ильёй звать, а как вас?» —

«Меня зовите просто — Даша,

Я поверну, пойду назад,

Освобожу дорогу вашу».

«Давайте вместе погуляем,

Так тихо, и ни ветерка,

Поговорим и помечтаем,

Согласны? Вот моя рука».

Её влекло необычайно,

И Даша нравилась ему.

Они не знали свою тайну,

Да это им и ни к чему.

Сыграли свадьбу по весне,

Нарадоваться не могли

И были счастливы вполне,

Любовь к друг другу берегли.