Вступление (игриво)
Умеют ли полоть ваши дети и внуки?
Полоть, это значит:
- избавляться от нежелательных растений на грядках и клумбах с желательными растениями, чтобы обеспечить им больше света, воды, питательных веществ.
- помочь культурным растениям в борьбе за выживание.
Так мне объясняли в раннем детстве бабушка и дедушка. И учили отличать культурное растение от сорняка, нужное от ненужного. Показывали на очень доходчивом примере борьбы с крапивой в садике и на огороде. То, что крапива – это враг, было понятно ребенку без лишних слов. Сколько раз, попадая по незнанию в ее заросли голыми ножками, я с криком выскакивала, усиленно расчесывая покрывшуюся волдырями кожу.
Меня не надо было уговаривать, что с врагами нужно бороться. Крапива жгла руки, поэтому мне показывали, как ее обмануть, взявшись за самый низ стебля и потянуть с большой силой, чтобы удалить самый корешок. А все, что осталось, разбредясь в разные стороны и образовав подземную сеть, выбрать руками, прорыхлив землю. Ведь, если этого не делать, а просто сорвать «вершки», то от каждого кусочка корешка вырастет новая крапива.
Я никогда не видела, чтобы дедушка или бабушка, выполняя эту работу, надевали перчатки. Но ничего в моей жизни не было мягче, теплее и нежнее бабушкиных рук.
Первый куплет (живо, оптимистично)
Встает в памяти летнее воскресное утро. Мне чуть меньше пяти лет от роду, и я постоянно живу у бабушки и дедушки в рабочем поселке в дальнем Подмосковье.
Окно открыто, солнце залило комнату. Из столовой доносится запах свеже поджаренных гренков из белого хлеба. Их бабушка обмакивает в смесь молока с яйцом, и они покрываются аппетитной корочкой. «С добрым утром, с добрым утром и с хорошим днем!» - разносится приветственная воскресная песенка из радиоприемника.
Дедушка уже давно вышел в садик под окном, вооружившись топором.
Он постоянно ведет неравный бой с корневой порослью тополей, растущих у скамеечек на общем дворе многоквартирного двухэтажного бревенчатого дома.
Этим тополям невдомёк, что на грядке отказывается расти клубника, заботливо посаженная стариками, чтобы ею лакомилась любимая внучка. Дедушка еще работает в заводской бухгалтерии, поэтому не теряет ни одного часа в свой единственный выходной день. Вдруг агрессор решит, что человек «опустил руки» и сдался!
Бабушка радуется погожему деньку и тому, что внучка без капризов позавтракала, а не пришлось начинать день со спектакля, призывая к окошку дедушку, который якобы хочет отобрать у ребенка все самое вкусное, и отвлекать его от дела.
«Нешто и мне пойти пополоться?!» - мечтательно говорит бабушка.
Слово мне незнакомо, и я внимательно наблюдаю за бабушкой. Чем таким увлекательным она собралась заняться, и стоит ли мне к ней присоединиться?
Куплет второй (торжественно)
Бабушка переодевается в новый отглаженный халатик, подпоясывается чистым фартуком, повязывает на голову белоснежную, скрипящую от крахмала косынку. Похоже, ожидается праздник! Но на ноги она натягивает видавшие виды дедушкины сапоги.
С сомнением я спрашиваю: «А меня ты возьмешь с собой … «пополоться»?
«Я иду на огород. Там уже огурчики завязались и картошка взошла. За пару часов я управлюсь, к обеду вернусь. А ты лучше пойди, поиграй с подружками во дворе», - говорит бабушка.
Куплет третий (серьёзно)
Для нас, многочисленной дворовой детворы, огород – это запретное место. Огороды есть у каждой семьи, они находятся «на задах». Рядом с помойкой, сразу за общественной уборной типа «сортир» с четырьмя кабинками и вечно распахнутыми дверями, на которых всегда сломаны деревянные запоры-вертушки.
Сами огородные участки расположены в гиблом месте. Кругом топи болот. То, что там сажают для пропитания семьи, может расти только на высоких грядках, которые приходится готовить каждую весну. За высокими заборами из горбыля можно видеть, как в глубоких межах медленно двигаются соседки и торчат только их согнутые спины. Изредка они переговариваются между собой, часто сопровождая сказанное изысканным «матерком».
Вот такой он, весёлый женский праздник в воскресный день!
Куплет четвертый (цыганочка с выходом)
Через пару часов дедушка говорит: «Нешто пойти проведать бабушку?»
Он откладывает в сторону топор, наливает в белое эмалированное ведро теплую воду. Берет полотенце и бабушкины единственные лакированные башмачки на каблуке с большим бантом спереди – мои любимые, не раз примеренные мной на детскую ногу в надежде поскорее вырасти.
Всё это дедушка берет с собой и отправляется на огород. Я - за ним, пытаясь одновременно заткнуть пальцами нос, отказывающийся выносить удушливые запахи, и отогнать от лица назойливых огромных мух с перламутровыми крыльями, называемых «навозными».
Оказывается, дедушка подоспел вовремя. Бабушка застряла в меже и пыталась, заливисто смеясь, сдвинуться с места, вытаскивая уходящие в топь ноги в сапогах. Опираясь на дедушкино плечо, ей удалось вытащить только ноги, а сапоги, всплывшие в болотной жиже, ловил уже сам дедушка. Потом они оба, смеясь, поливали друг друга из ведра: лицо, руки, ноги. Вытирались, передавая друг другу полотенце.
Бабушка переобулась, и они весело пошли через двор по направлению к своему подъезду. И только съехавший набок и утративший свою белоснежность платок на бабушкиной голове напоминал о происшествии. Да капли пота (или воды?), сбегавшие по лбу, свидетельствовали о нелегком труде. Дедушка с ношей и застенчивой улыбкой на лице шел чуть позади, пропустив бабушку на полшага вперед. С ее лица не сходила счастливая улыбка. (Воспитание, впитанное с молоком матери, не позволяло появляться прилюдно под ручку: это неприлично!)
Припев (страстно)
С того самого дня для меня имеют особый, отличный друг от друга смысл слова «полоть» и «полоться». И я ничего с этим не могу поделать. Меня не нужно переубеждать, что второй формы этого слова в русском языке не существует.
И особое отношение в нашей семье существует к «исконной русской речи» - мату! В присутствии членов нашей семьи даже самые отъявленные, вечно пьяные деревенские «матершинники» подбирали слова из нормативной лексики. Каждый раз, когда до моих ушей долетает «священная брань» или ее заменители, я внутренне сжимаюсь в комок, будто меня окунают в тот самый «сортир» или в помойку возле деревенского огорода моего детства.
Бабушке и дедушке посвящены многие статьи на моем канале. Я предлагаю тем, кто с ними не знаком, вспомнить две из них:
Из воспоминаний Татьяны Евгеньевны Свириной