Я умудряюсь не знать, как я пишу. По наитию пишу. Иных, это чувствующих, это бесит. Кого в большей, кого в меньшей мере. Могу рассказать один нюанс… Бывает, я чую какое-то бессилие писать. Так я и не пишу. Жду, когда мне захочется. Будто муза какая-то ко мне то прилетает, то улетает. А иногда, наоборот, аппетит приходит во время еды. – Сейчас вот – именно этот случай. Дело в том, что есть такой историк искусства Кира Долинина, много пишущая об изобразительном искусстве и практически никогда не разрешающая себе анализировать произведения. Даёт сразу синтез и часто – не по одной картине, а по целому творчеству художника имярек. Ну а я обожаю анализ. Так она для меня, получается, кладезь тем для спора. Спора тем паче, что она, либерал и люто ненавидит советскость, а я – наоборот. Хоть в СССР был диссидентом. Левым. (Их наличие в конце существования СССР некоторые считают вообще сомнительным: общее-то движение было – предательство коммунизма.) Но я отвлёкся… Я утром встал, исполнил всё пол